Готовый перевод Блэк: возрождения: Глава VIII: Шепоты под льдом

Глава VIII: Шепоты под льдом

В феврале в Хогвартсе царила холодная погода, и замок словно погрузился в тишину. С серого неба медленно падали снежные хлопья, порой достигая размеров монеты, и оседали на застывших ветвях деревьев. Озеро замёрзло до самого дна, и лёд, покрытый инеем, сверкал, словно зеркало.

Кассий нередко стоял у окна своей спальни в Слизерине и смотрел на этот белый мир, ощущая, как тьма зовет его из-под льда. За последние недели шёпот Морриган стал громче и яснее. В его снах озеро превращалось в бездну, и из глубины тянулись к нему прозрачные руки. Он просыпался с холодом в груди, и в его душе рождалось лёгкое эхо страха — и предвкушения.

В тот день завтрак в Большом зале был особенно шумным. Ученики обсуждали предстоящее второе испытание Турнира Трёх Волшебников. Вчера пришли письма с инструкциями: в конце февраля чемпионы должны будут явиться к Чёрному озеру. Эта тема не сходила с уст: кто-то говорил о водяных демонах, кто-то — о русалках, а третьи пытались угадать, что именно придется делать под водой.

Кассий молча ел, чувствуя на себе пристальный взгляд Дафны. Она сидела чуть ближе, чем обычно, словно желая убедиться, что он здесь, рядом с ней, а не снова где-то в своих мыслях.

— Ты совсем не волнуешься? — наконец спросила она, аккуратно разламывая круассан.

— Волнение бесполезно, — тихо ответил он. — Я готовлюсь.

Дафна чуть нахмурилась.

— Ты опять уходил ночью?

Он бросил на нее короткий взгляд.

— Мне нужно было… поговорить.

Она знала, с кем он разговаривает.

С той, чьё имя он однажды произнес вслух.

И это имя до сих пор эхом отзывается в её сердце, заставляя её ревновать к невидимой сопернице из древней магии.

После уроков профессора попросили чемпионов зайти в учительскую, чтобы обсудить правила безопасности второго испытания.

В углу стоял Дамблдор, задумчиво вертя в руках хрустальный шар, который отражал свет камина.

Его глаза за полукруглыми очками мерцали, словно он видел больше, чем происходило в зале.

Когда остальные ученики вышли, Дамблдор тихо обратился к Кассию:

— Мистер Блэк, задержитесь на минутку.

Кассий замер, ощущая, как напряжение пробегает по его позвоночнику.

— Вы обладаете… весьма редким талантом, — начал директор, подходя ближе. — И я говорю не только о вашей… хм… анимагии.

— Я готовлюсь к испытанию, — спокойно ответил Кассий, но его взгляд скользнул в сторону.

Дамблдор мягко улыбнулся.

— Испытания бывают разные. Одни проверяют вашу ловкость, другие — характер. Но есть испытания… — он на мгновение замолчал, и в комнате стало так тихо, что Кассий слышал, как потрескивает камин, — …которые проверяют вашу душу.

Кассий почувствовал, как Морриган словно шевельнулась внутри, и слова Дамблдора прошли сквозь него, как холодная вода.

— Помните, мистер Блэк, — тихо добавил директор, — сила — это не только то, что вы берёте, но и то, что вы готовы отдать.

Эти слова долго звучали у него в голове, когда он покинул учительскую.

Вечером Кассий отправился в библиотеку.

Снежный свет луны проникал через высокие окна, озаряя полки с древними книгами. В воздухе витал аромат пергамента и пыли.

Кассий искал заклинания, способные помочь ему дышать под водой, а также старинные тексты о русалках и водяных духах. Он разложил перед собой три книги:

* «Тёмные воды: магия глубин»;

* «Заклятия дыхания и водной адаптации»;

* И потрепанный фолиант на латыни с изображением трехглазой русалки.

— Опять здесь, — раздался знакомый голос.

Гермиона подошла к нему, держа в руках охапку книг. Она села напротив, и на её лице отразились тревога и любопытство.

— Ты собираешься использовать тёмную магию для испытания? — спросила она шёпотом.

— Я намерен выжить, — ответил Кассий холодно. — И победить.

— Но… какой ценой? — тихо повторила она слова, которые когда-то уже звучали в его голове.

Кассий не ответил. Он чувствовал, как внутри него пробуждается нечто, что невозможно остановить.

И Морриган шептала ему:

«Вода примет тебя, дитя теней…»

Глубокой ночью он оказался на берегу Чёрного озера. Под ногами скрипел снег, а в отражении луны на льду был словно проложен серебряный путь. Он опустился на колени и приложил руку к холодному льду.

Сначала была лишь тишина.

Затем из глубины донесся глухой шёпот:

— Cassius…

Он закрыл глаза.

Внезапно перед его внутренним взором промелькнули образы:

цепи, уходящие во тьму, силуэт русалки с белыми глазами, мерцающий камень где-то в пучине.

Он открыл глаза, чувствуя, как его дыхание становится таким же холодным, как и вода.

В этот момент за его спиной послышался тихий шаг.

— Ты снова здесь, — произнесла Дафна, кутаясь в мантию. — Я знала, что ты вернешься.

Кассий не обернулся.

— Скоро лёд сломается, Дафна. И кто-то утонет.

***

Февраль медленно сменялся мартом, и с каждым днём холод в Хогвартсе становился всё более пронизывающим.

По утрам в коридорах витал запах мокрого камня и воска, а изо рта учеников вырывался пар, словно замок дышал вместе с ними.

На высоких окнах сверкали узоры инея, похожие на крылья невидимых птиц.

Кассий всё чаще проводил ночи на берегу Чёрного озера, ощущая, как в глубине пульсирует что-то живое.

Морриган шептала ему теперь не только во сне — иногда он слышал её голос, даже когда просто проходил мимо воды.

На одной из утренних тренировок профессора Макгонагалл лично наблюдала за тем, как Кассий отрабатывает заклинания подводного дыхания.

Слизеринцы столпились у бассейна в подземельях, куда их временно пустили для тренировок.

— Gillyaqua! — четко произнес он, касаясь горла кончиком палочки.

На мгновение грудь обожгло холодом, и он вдохнул — вода из кубка рядом не вызвала ни удушья, ни дискомфорта.

Ученики зашептались.

— Прекрасно, мистер Блэк, — похвалила Макгонагалл, хотя её брови всё ещё были слегка нахмурены. — Но помните, трансфигурация под водой требует предельной концентрации.

— Я знаю, — уверенно ответил он. — Я не утону.

Он не стал рассказывать, что уже несколько раз нырял ночью в заколдованное озеро, чувствуя, как тьма воды обволакивает его тело.

На следующей неделе их вызвали на дополнительный инструктаж. В учительской, помимо Дамблдора и Бэгмена, теперь стоял Аластор Грюм — высокий, суровый мужчина с волшебным глазом, который вращался в глазнице. Его взгляд, казалось, мог пронзить любого насквозь, словно пытаясь уловить ложь.

— Итак, чемпионы, — хрипло проговорил он. — Второе задание станет настоящим испытанием вашей выдержки. Под водой всё иначе. Там вы — лишь гости, а хозяева — русалки, вьюны и другие морские существа.

Он обошёл вокруг и внезапно остановился напротив Кассия. Магический глаз вращался, словно сканируя его душу.

— А ты, парень, — сказал он, прищуриваясь обычным глазом, — явно что-то скрываешь. Я это чувствую.

Кассий уверенно встретил его взгляд.

— Я просто готовлюсь лучше остальных, — сказал он.

Грюм усмехнулся.

— Запомни, самоуверенность может привести к тому, что ты упадёшь быстрее, чем камень на шею, — предупредил он.

Эти слова ещё долго звучали в ушах Кассия, даже когда они с Дафной возвращались в подземелья.

За три дня до испытания Кассий снова отправился к озеру.

Снег таял медленнее, и лёд был прочным, но в лунном свете он казался тонким, как стекло.

Он присел на корточки, коснулся пальцами льда и ощутил вибрацию.

В глубине озера что-то шевелилось.

И Морриган шептала:

«Ты готов, дитя теней. Вода примет тебя, но только если ты примешь её тьму».

— Lumos… — прошептал он.

Свет палочки отразился от льда, и на мгновение ему показалось, что внизу мелькнули глаза.

Большие, бледные, нечеловеческие.

Он закрыл глаза и сосредоточился.

Силы, которые он обрёл летом в особняке Блэков, теперь струились по его венам.

Кольцо на пальце чуть нагрелось, словно реагируя на магию воды.

Возвращаясь в замок, он размышлял о предстоящем испытании. В последнее время Дафна стала более замкнутой, а Гермиона, напротив, старалась чаще общаться с ним, словно проверяя, не отдалился ли он окончательно от друзей.

Кассий осознавал, что это испытание станет не просто частью Турнира, но и испытанием его самого: наследника темного рода Блэков, мастера новых заклинаний и будущего соперника Воландеморта.

В ту ночь он долго не мог заснуть. Лунный свет разливался по каменному полу спальни Слизерина, а в голове эхом звучал голос Морриган: «Под водой ты узнаешь цену своей силы...»

***

Этим морозным утром Хогвартс словно застыл в волшебной тишине. Выпавший за ночь снег укрыл башни и крыши замка, а от замерзшего Черного озера веяло пронизывающим холодом.

Тонкий лёд на поверхности озера отражал бледное зимнее солнце, превращая его в зеркало.

Кассий Блэк проснулся задолго до рассвета и теперь сидел у маленького окна в подземелье Слизерина, наблюдая за колышущимися тенями водорослей за стеклом. Сегодня был день второго испытания Турнира Трёх Волшебников, и Кассий был полон решимости доказать себе, что нет преград, которые он не сможет преодолеть.

— Ты вообще спал? — тихо спросила Дафна, подходя к его кровати с кружкой горячего какао в руках.

— Немного, — ответил Кассий, застегивая тёплый плащ. — Этой ночью меня больше привлекало озеро, чем подушка.

Дафна нахмурилась.

— Постарайся хотя бы вернуться живым.

— Я всегда возвращаюсь, — произнес он с лёгкой улыбкой.

Гермиона, стоявшая у дверей, вздохнула, скрестив руки.

— Ты всегда так говоришь, Кассий, но однажды это будет сказано в последний раз.

Он взглянул на неё долгим взглядом и произнес:

— Тогда я постараюсь, чтобы это «однажды» наступило как можно позже.

Трибуны были переполнены учениками, а вокруг флагов факультетов развевались гирлянды из инея.

На берегу стояли чемпионы: Гарри, Седрик, Виктор Крам, Флёр Делакур и Кассий.

Флёр казалась спокойной, но в её глазах читалась тревога. Она бросила быстрый взгляд на Кассия, и он едва заметно кивнул ей в ответ.

Дамблдор поднял руки:

— Чемпионы! Сегодня ваше задание — спуститься на дно Чёрного озера и достать то, что для вас наиболее ценно. У вас есть час на выполнение этой задачи.

Грозный Глаз добавил, сверкнув магическим глазом:

— И помните: озеро — это не купальня. Там живут существа, которым вы не понравитесь.

Как будто это меня остановит, — усмехнулся про себя Кассий.

Салют прогремел, и чемпионы один за другим бросились в ледяную воду Чёрного озера.

На мгновение всё вокруг погрузилось в тишину.

Эта тишина давила на сознание, словно тяжёлая завеса. Мир над поверхностью озера словно исчез, и осталась лишь вязкая тьма.

Холод мгновенно обжег кожу, пробрался под мантии и сковал мышцы. Кассий ощущал, как сердце бьётся где-то в глубине груди, словно отдаленный барабан.

Заклинание подводного дыхания сработало, но воздух, которым он дышал, казался чужим — густым и солёным.

С каждым метром вниз свет тускнел, превращаясь в зыбкую рябь. Стая серебристых рыб метнулась в сторону, растворяясь во мраке.

Огромная тень скользнула мимо, но Кассий не отвел взгляда — его глаза привыкли к темноте.

И вдруг — голос.

Тихий, будто изнутри самого озера.

— Дальше… глубже… — шептала Морриган, и её слова будто скользили по воде. — Там, где конец света отражается в твоих глазах.

Он продолжал плыть, пока перед ним не открылось зрелище, от которого по спине пробежал холодок.

На дне озера, среди водорослей и острых скал, возвышался подводный город русалок.

Башни из кораллов, светящиеся раковины, мрачные улицы, по которым плывут силуэты с серебристыми хвостами...

В центре города — площадь.

И над ней, прикованные цепями, медленно покачиваются четыре фигуры.

Рон.

Гермиона.

Дафна.

Маленькая Габриэль Делакур.

Кассий застыл на месте, словно его душа покинула тело.

Русалки запели. Песнь была холодной и древней, как сама вода, в которой звучала тема долга и выбора.

Кассий слышал эту песню, но не мог понять слов. Он лишь чувствовал, как она проникает в его разум, нашептывая:

«Выбери одного. Остальных забудь».

Он подошёл ближе.

Гермиона — неподвижная, её волосы колышутся в воде, как нити янтаря.

Дафна — бледная, её губы чуть дрожат, словно она вот-вот проснётся.

Габриэль — такая крошечная, и струя холодной воды уже поднимает её тело вверх, как перышко.

И тут Флёр, находившаяся неподалёку, отчаянно рвётся вперёд, но гриндилоу хватает её за ногу, утягивая в темноту.

Её крик превращается в глухой пузырь.

Мир будто замер.

Шёпот Морриган становится ледяным:

— Один. Только один. Таков закон.

И тогда он тихо произнес:

— Я не подчиняюсь чужим законам.

Он поднял палочку, и в его руке появилась едва заметная искра.

Затем последовала чернильная вспышка, за которой развернулся вихрь теней.

— Ignis Umbra! — воскликнул он, и в тот же миг вспыхнуло пламя — черное, живое, с алыми прожилками, словно само озеро загорелось изнутри.

Пламя не горело — оно пело.

Оно чувствовало.

Цепи расплавились, как воск, освобождая Дафну и Гермиону.

Огонь обвился вокруг гриндилоу, и существо рассыпалось в прах.

Флёр, ошеломленная, наблюдала, как тьма пляшет вокруг Блэка, но не причиняет ему вреда.

Он схватил её за руку, а другой освободил Габриэль.

Пламя образовало вокруг них кольцо, защищая от русалок.

Морриган шептала:

— Чувствуешь? Это сила, Кассий. Это твой выбор — нарушать.

Он не ответил.

Схватив четырех спасённых, он рванулся к поверхности, неся их на себе.

Свет ударил в глаза.

Волны вздымались в пену, и над поверхностью показались пять фигур.

Толпа на берегу закричала.

Ученики один за другим вставали со своих мест. Грозный Глаз, потеряв равновесие, уронил посох, а Дамблдор, прищурившись, наблюдал за происходящим. Вокруг Кассия вода продолжала дымиться, но не от жара, а от магии.

Флёр, дрожа, крепко держала его за руку.

— Merci… — прошептала она, глядя ему в глаза.

Дафна, едва держась на ногах, стиснула его плечо.

— Ты сумасшедший, Блэк. Но я рада, что именно ты стал нашим чемпионом.

Гермиона, мокрая и с растрепанными волосами, произнесла тихо, почти с болью:

— Иногда ты пугаешь меня…

Кассий улыбнулся уголком губ.

— И это хорошо. Значит, я ещё жив.

Толпа ревела, но где-то в глубине его сознания Морриган шепнула почти ласково:

— Теперь они знают, кто ты.

И Кассий, стоя среди вспененной воды и инея, впервые почувствовал, как в нём просыпается нечто, что уже нельзя остановить.

Праздник закончился быстро. Толпа разошлась, фонари погасли, и над озером вновь воцарилась тишина.

Снег медленно падал с серого неба, растворяясь в черной глади воды.

Кассий стоял на берегу озера, всё ещё в мокрой мантии, ощущая, как пронизывающий ветер пробирает до самых костей.

В его глазах отражался свет Хогвартса, но сам он не поднимал взгляда. На ладонях, где недавно плясало пламя, остались тонкие следы, похожие на ожоги.

Он провёл пальцем по коже, не ощущая ни боли, ни жара — лишь лёгкое гудение, как от заклинания, которое ещё не отпустило.

— Они видят в тебе героя, — раздался голос.

Морриган. Её отражение возникло в волнах — женское лицо, словно высеченное из ночи.

— Но ты и сам знаешь, Кассий, что геройство — это всего лишь красивая форма одиночества.

Он не ответил, лишь посмотрел на своё отражение в воде. В нём не было мальчика — лишь силуэт ворона с раскрытыми крыльями.

— Ты нарушил правило, — продолжала она мягко, почти с восхищением. — И спас всех. За такое не прощают.

Кассий вздохнул, застегнул мантию и медленно двинулся прочь от озера.

— Пусть не прощают. Я не ради прощения живу.

Ветер тронул поверхность воды, и тень ворона растаяла.

Над замком, в свете тусклой луны, промелькнула темная тень — словно расправив крылья, она словно бы обещала что-то.

http://tl.rulate.ru/book/144870/8400821