Готовый перевод After secretly peeking at my beloved, I am being hunted by the Heavenly Dao / После того как я украдкой взглянула на своего возлюбленного, меня преследует Небесный Закон: Глава 101

Монах с напускной важностью погладил бороду, слегка приподняв подбородок, думая про себя: «Сначала завлеку старуху этим заклинанием, а потом уже буду решать, как действовать дальше».

— Именно так! — произнёс монах вслух.

Императрица-матерь кивнула и уже собиралась продолжить расспросы о заклинании.

В этот момент, словно призрак, в помещение ворвалась тень — это был Инь Вэй.

— Ваше Величество, — безэмоционально произнёс Инь Вэй, — на улицах распространяются слухи… — Он оглянулся и на мгновение замолчал.

Императрица-матерь нахмурила брови, её голос стал резким:

— Какие слухи? Говори прямо, не тяни!

Инь Вэй наклонился к её уху и едва слышно прошептал:

— Говорят, что Ваше Величество хочет воспользоваться этим случаем, чтобы навсегда избавиться от императора и посадить на трон своего сына. Ещё говорят, что принц это…

— Говори! — в гневе воскликнула Императрица-матерь, её лицо исказилось от ярости.

Она с силой ударила по подлокотнику кресла из красного дерева, отчего чашка на столе подпрыгнула и едва не опрокинулась.

— Говорят, что принц — плод связи Вашего Величества с духом-хорьком, что он не человек, а уж тем более не законный наследник престола! — выпалил Инь Вэй, стиснув зубы.

— Вон отсюда! — крикнула Императрица-матерь, и Инь Вэй мгновенно исчез.

Он слишком хорошо знал, на что способна Императрица-матерь в гневе.

На самом деле, Императрица-матерь была третьей принцессой народа цзяорэн.

Восемнадцать лет назад Сяньди вернулся из Дянь Наня, привезя с собой шестилетнюю девочку, которую он назвал Сяо Цзюй Цзюй и окружил заботой.

В тот же год во дворец прибыла новая наложница, чья красота и пение, подобное соловьиному, пленили Сяньди. С тех пор он проводил ночи в её покоях, забыв о других наложницах. Лишь императрица, мать И Хэна, изредка удостаивалась его внимания.

Третья принцесса цзяорэн, привыкшая к свободе в морских глубинах, ради своей цели — найти на земле чистую любовь, чтобы создать «слезную жемчужину», — покинула родные воды. Никто из самых могущественных магов цзяорэн за тысячи лет так и не смог создать эту жемчужину, ведь для её создания нужна была искренняя любовь, лишённая всякой примеси.

До сих пор третья принцесса лишь однажды ощутила подобное чувство в одном человеке.

К сожалению, ненависть этого человека к ней не позволяла ей получить эту «чистую» любовь.

Теперь же эти слухи лишь усилили его ненависть. Этой женщиной, с которой она до сих пор не могла справиться, была законная жена Сяньди, мать И Хэна.

Императрица-матерь дрожала от ярости, её грудь резко вздымалась.

— Наглость! Кто распространяет эту клевету? — На её шее выступили вены, а на руках начали проявляться чешуйки цзяорэн.

Цай Юэ стояла рядом, едва дыша, опустив голову и съёжившись.

— Я… я не знаю, эти слухи… они распространились мгновенно, как будто на крыльях.

Императрица-матерь была вне себя, обвиняя Цай Юэ в том, что та скрыла от неё эту информацию. Если бы не сообщение Инь Вэя, она бы до сих пор ничего не знала.

Императрица-матерь протянула руку, чтобы указать на Цай Юэ, но случайно задела изысканную шкатулку с золотым узором.

— Бам! — Шкатулка разбилась, и три тщательно подпиленных ногтя упали на пол, сверкая на свету.

Императрица-матерь посмотрела на осколки, её лицо стало ещё мрачнее, губы посинели от ярости, а кулаки сжались так, что суставы побелели.

Она сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони, а вены на руках выступили ещё больше.

— Расследовать! Немедленно расследовать! Я хочу, чтобы этот клеветник был найден!

Цай Юэ, дрожа, прошептала:

— Ваше Величество, не нужно расследования! — Её голос дрожал.

— Что ты имеешь в виду? — резко спросила Императрица-матерь.

Цай Юэ отступила на три шага, упала на колени и замерла, дрожа как лист:

— Ваше Величество, прошу вас успокоиться. Всё окружение говорит об этом, даже…

— Кто? Говори! — Чешуя на руках Императрицы-матерь затвердела, её лицо выражало смесь гнева и замешательства, а глаза сверлили Цай Юэ.

— Даже министр Сюэ говорит об этом! — Цай Юэ опустила голову ещё ниже, боясь, что гнев Императрицы-матерь обрушится на неё.

Она прижалась к полу, не смея поднять взгляд.

Цай Юэ видела, как Императрица-матерь проглотила одну из служанок, и этот образ навсегда остался в её памяти.

http://tl.rulate.ru/book/144783/7687204