Готовый перевод Above the White House (Infinite Flow) / Над белым домом (бесконечный поток): Глава 29

Вань Тун ещё крепко спал, когда вдруг почувствовал, как кто-то тыкает его в щёку. Он открыл заспанные глаза, и в них сразу же утонули круглые глаза Лянь Сяосяо.

— Ты проснулась, — сказал он, опираясь на локоть, когда сознание ещё не до конца вернулось к нему. Тело действовало на автомате, и его пальцы скользнули по её запястью, ощущая пульсацию. — Как ты себя чувствуешь?

Его голос звучал хрипло.

Там, где прошлись его тёплые пальцы, кожа будто горела. Это тепло, столь отличное от её собственной ледяной температуры, передавалось по пульсирующим сосудам прямо к сердцу, и ей вдруг захотелось заплакать.

— Мне снился долгий сон, — неожиданно проговорила она, словно размышляя вслух или доверяя тайну.

Хотя ответ не соответствовал вопросу, Вань Тун мягко отреагировал:

— Что тебе снилось?

Его голос всегда был полон нежности.

— Не помню, — Лянь Сяосяо сдержала слёзы и подавила бурлящие внутри эмоции, оставшиеся после сна.

Вань Тун убедился, что её сердце бьётся нормально, и уже хотел убрать руку, но Лянь Сяосяо ловко перехватила её. Он удивлённо посмотрел на неё, и ему вдруг пришло в голову, что неплохо бы заглянуть ей в мозг — не превратились ли извилины в годовые кольца после того, как она побывала деревом.

— Но я слышала, как ты звал меня, — сказала она, не отводя пристального взгляда.

Вань Тун опустил голову и другой рукой небрежно почесал свои растрёпанные волосы.

— А, точно, кажется, я даже охрип.

Когда он поднял глаза, по щеке Лянь Сяосяо уже катилась слеза.

Э-э, неужели она снова собирается покончить с собой?

Лянь Сяосяо растерянно перевела взгляд на потолок. Она не помнила сон полностью, но старые смутные воспоминания вдруг прояснились, и даже появились новые. Она отчётливо помнила ощущения из сна — впечатанные в душу, словно это была её настоящая жизнь: отчаяние, ярость, ненависть и при этом болезненная привязанность.

Она погружалась в этот вязкий водоворот всё глубже, не в силах выбраться. Руки, тянувшие её вниз, превращались в проклятия, и именно тогда она услышала, как Вань Тун зовёт её по имени.

— Я не хочу, чтобы ты умирала.

— Врежь эти слова себе в мозг.

Внезапно она могла слышать только его голос.

Может, я всё же заслуживаю жить?

Я могу жить, раз чувствую это тепло, возвращающееся к моему сердцу, даже если его совсем немного.

Во лбу отозвалась глухая боль, и образ Вань Туна из мыслей, чёткий и твёрдый, совпал с реальным Вань Туном перед ней, когда её зрение сфокусировалось.

— Никаких лишних мыслей. Ань Е серьёзно ранена, так что если тебе вздумается снова пытаться покончить с собой — держись.

Лянь Сяосяо дотронулась до лба, где он её стукнул, и ощутила остаточное тепло.

Раздался щелчок, за ним быстрые шаги, и послышался лёгкий голос Су Цзая:

— Лянь Сяосяо, ты проснулась?

— Угу, — глухо ответила она, поднимаясь с дивана.

Вань Тун взглянул на Су Цзая, который выглядел не так измученно, как вчера, а скорее свежим и довольным, и спросил:

— Ты в порядке?

Су Цзай смущённо потрогал ухо, затем уверенно кивнул.

— Да.

Вань Тун горделиво поднял голову.

— Ну конечно, без меня этот дом просто развалится.

Его гордость продержалась недолго — живот предательски заурчал.

Су Цзай и Лянь Сяосяо не сдержали смешка. Это был первый раз, когда Лянь Сяосяо улыбнулась — лёгкая, осторожная улыбка, пока она опиралась на руку, а её тихий смех звучал почти как плач.

Вань Тун растерянно посмотрел на Су Цзая, тот в ответ пожал плечами, показывая, что тоже удивлён.

— Я приготовлю еду, — Су Цзай направился на кухню, обходя диван.

Вань Тун хотел пойти помочь ему, но не решался оставить Лянь Сяосяо одну. Подумав, он решил позвать её с собой.

— Лянь Сяо...

— Иди помогай Су Цзаю, я в порядке. Сейчас я не хочу умирать.

— Правда? Вань Тун уже не раз обжигался и теперь с трудом верил.

— Правда.

— Если станет плохо — позови.

— Хорошо.

Вань Тун направился на кухню, но за эти несколько шагов обернулся семь раз, будто беспокойная нянька. Даже зайдя на кухню, он высунул голову, чтобы украдкой проверить, всё ли в порядке.

Лянь Сяосяо сжала запястье, где только что была его рука, подавляя хаотичные голоса в голове, которые требовали её смерти. Впервые в жизни у неё появилось хоть немного сил и смелости, чтобы сопротивляться.

В памяти всплыло лицо улыбающейся женщины. Казалось бы, такое доброе, но при одной мысли о той улыбке ей хотелось разрезать и разорвать это лицо ножом или руками.

И в то же время она чувствовала, что зависит от этой улыбки.

Хотя она лежала в тёплом и мягком месте, её сердце сжималось от страха и бессилия, но где-то внутри таились ожидание и привязанность. Она хотела, чтобы этот человек пришёл, и не хотела этого. В тумане она видела, как открывается дверь, но кто за ней?

В памяти всплыли новые обрывки: её привязали к дереву, а мужчина её возраста прыгал вокруг, пел, кричал в небо и безумно смеялся, а потом поджёг дерево, чтобы сжечь её.

Она прижалась к углу дивана, обхватив колени, и изо всех сил пыталась вспомнить тех, кого не разглядела. Ей нужно было вспомнить всё — только так она могла выжить.

Вань Тун, словно будильник, каждые пять минут выглядывал из кухни, чтобы проверить, чем занята Лянь Сяосяо.

Вернувшись, он сказал Су Цзаю, который разделывал мясо:

— Меня пугает, как тихо ведёт себя Лянь Сяосяо.

— Если волнуешься — иди посиди с ней.

http://tl.rulate.ru/book/144376/7622011