Готовый перевод The Scheming Concubine Is Charming and Reckless, Gets Rid of The Father to Keep The Son, Leaving Everything In Ruins / Коварная наложница: Родить наследника, убрать отца, получить всё: Глава 87. Глупая девушка-двойник взошла на трон с ребёнком на руках 23

Платье цвета фуксии с вышивкой бабочек и хвостом феникса было невероятно ярким и роскошным. В сочетании с накидкой из парчи, отороченной мехом, оно делало свою обладательницу ещё прекраснее цветка.

За время, проведённое в заботе и уходе, Сяо Де разумно довела свою красоту до совершенства.

Теперь, когда Юэ Шуан уложила ей волосы и нанесла немного румян и пудры, слуги в комнате не могли отвести от неё глаз.

Юэ Шуан тоже была поражена. Красоте её госпожи не нужно было быть похожей на чью-то ещё.

Даже если бы не было благородной наложницы Чжэнь, император всё равно влюбился бы в её госпожу.

Нет, не только император.

Любой, у кого есть глаза, разве мог бы не полюбить её госпожу?

Но такая ослепительная красота вызывала и зависть. Юэ Шуан на мгновение задумалась, не стоит ли посоветовать госпоже быть скромнее.

К тому же, во дворце все знали, что благородная наложница Чжэнь предпочитает сдержанные цвета и никогда не носит ярких нарядов.

Другие наложницы следовали её примеру и тоже в основном носили платья нефритового и голубого цветов.

Наряд её госпожи был слишком вызывающим.

Но, видя, как госпожа радуется своему отражению в зеркале, Юэ Шуан стиснула зубы. Пусть так и будет!

Она подберёт для госпожи красивую шпильку-буяо, чтобы ослепить всех вокруг!

В конце концов, они уже раз умерли, кого им бояться?

Юэ Шуан, сказано – сделано, выбрала шпильку из чистого золота с рубином в виде цветка камелии, которая, словно последний штрих, сделала красавицу ещё живее и соблазнительнее.

Они вышли на улицу, и через несколько шагов с неба снова посыпался мелкий снег.

Юэ Шуан хотела вернуться за зонтом, но Сяо Де уже накинула капюшон накидки и, подобрав юбку, убежала, как будто её и след простыл.

При беге из-под белоснежной парчовой накидки мелькал подол платья цвета фуксии.

Он притягивал взгляды, заставляя смотреть только на Сяо Де.

Когда она вбежала во дворец Юнчунь, все собравшиеся там наложницы увидели эту сцену.

Сяо Де вошла в зал и, подняв голову, сняла капюшон.

Снежинки, упавшие на капюшон, осыпались, оседая на её бровях и волосах. Поистине, ледяная кожа, украшенная снегом.

Шпилька в волосах, задетая капюшоном, качалась у её лица, делая её ещё более прекрасной, как персик, и румяной, как цветок персика.

В зале топились печи, и было тепло, как весной. Юэ Шуан сняла с Сяо Де накидку, открыв взору яркое платье цвета фуксии.

Сидя среди наложниц в нефритовых и голубых нарядах, Сяо Де была похожа на единственную яркую ветку персика на монохромной тушевой картине.

Она была любимицей художника, творением самого создателя.

Предполагалось, что подделка встретится с оригиналом.

Но теперь, когда взгляды наложниц метались между ней и сидящей во главе Ду Сыжоу, эти слова уже нельзя было произнести.

Яркое пятно на фоне заснеженного пейзажа делало даже утончённую красоту благородной наложницы Чжэнь блёклой.

Ду Сыжоу невольно сжала в руке фарфоровую чашку. Её взгляд прилип к лицу Сяо Де, а в душе бушевали волны.

Когда она впервые услышала, что во дворце появилась девушка, похожая на неё, и что во время её домашнего ареста та стала любимицей Сун Юя, Ду Сыжоу не придала этому значения.

Она знала о чувствах Сун Юя к ней.

Столько лет она была для него ясной луной на небе, как могла какая-то похожая на неё девушка занять её место?

Он просто использовал её, чтобы утолить тоску по ней.

Разве это не доказывало ещё раз его любовь?

Иначе почему он не благоволил другим наложницам?

Ду Сыжоу не придавала этому значения.

Но ей не нравилось, что кто-то, пользуясь сходством с ней, получал то, что ему не принадлежало.

Поэтому она впервые унизилась и послала Сун Юю пирожные.

И результат был таким, как она и ожидала: её освободили, восстановили в ранге, и Сун Юй тут же бросил ту и пришёл ужинать с ней.

В её глазах Сяо Де стала ещё более ничтожной, она презирала и смотрела на неё свысока.

Сходство с ней стало для той великой удачей.

Но теперь, увидев её, все эти чувства превосходства и презрения в душе Ду Сыжоу мгновенно испарились.

Она представляла себе Сяо Де совсем не такой красивой.

Перед нефритом камень – ничто.

Она – нефрит, а Сяо Де – всего лишь камень.

Но сейчас, глядя на неё, она не видела в ней ничего от камня.

Ду Сыжоу хотелось немедленно принести бронзовое зеркало и сравнить себя с ней.

Но перекрещивающиеся взгляды наложниц уже дали ей ответ.

Они по-прежнему смотрели, как на представление, только теперь это было представление о ней, Ду Сыжоу.

Ду Сыжоу поставила чашку. От волнения она стукнула ею по столу.

Во дворце Юнчунь стало необычайно тихо, слышно было, как падает иголка.

Все взгляды устремились на её чашку, словно видя сквозь её внешнее спокойствие бурю в душе.

Ду Сыжоу убрала руку. В её голосе прозвучали нотки досады и гнева.

Она обратилась к Сяо Де:

– Так вот она, та самая наложница Чунь, что наделала столько шума во дворце. И вправду, необыкновенная.

Сяо Де выглядела растерянной, словно не понимая, кто такая наложница Чунь. Она сидела, не двигаясь и не говоря ни слова.

Хотя Ду Сыжоу с самого начала знала, что Сяо Де немного не в себе, она всё равно почувствовала себя оскорблённой и проигнорированной. Её тон стал ещё более резким.

– Ума не хватает, а всё туда же – борется и отнимает. Неужели не понимает, что ни роскошь, ни любовь императора нельзя отнять силой?

Видя, как другие наложницы с интересом наблюдают за происходящим, она обрушила свой гнев и на них.

– Все мы женщины, все попали в гарем. Вместо того чтобы сочувствовать друг другу, быть добрыми и снисходительными, вы боретесь и отнимаете. На что это похоже? Так отчаянно бороться за благосклонность императора, вам не стыдно? Разве женщина не может жить без милости императора, не цепляясь за него? Вам не кажется, что вы ведёте себя отвратительно?

Ду Сыжоу часто говорила подобные вещи, и все в гареме уже привыкли.

Раньше это тоже вызывало недовольство, но она была права.

Она не боролась и не интриговала, а императорская милость была с ней. Разве это не судьба?

А им, тем, кто и в борьбе не мог победить, что оставалось говорить? Только склонить головы и смириться.

Но теперь её слова звучали менее убедительно.

Все знали, как она была освобождена из-под домашнего ареста.

Какая там "не борюсь и не интригую", "не унижаюсь до борьбы за благосклонность"? Сама же послала императору пирожные.

Пирожные со сливой, с зелёными бобами, с боярышником.

Именно этими тремя видами пирожных она когда-то покорила сердце императора.

Теперь она снова их послала. Все понимали, что это значит.

И после этого она ещё говорит о том, что не унижается до борьбы за благосклонность. Не лицемерно ли это?

Ду Сыжоу была самой высокопоставленной в гареме. Когда она их отчитывала, им оставалось только слушать и, встав, извиниться.

Но то, что они думали на самом деле, отражалось на их лицах.

Ду Сыжоу, видя на их лицах едва скрываемую насмешку, невольно прикусила щеку изнутри.

Сяо Де, вместе со всеми, с растерянным видом поклонилась. Казалось, она совсем не поняла, о чём шла речь.

Этот удар Ду Сыжоу пришёлся не только в пустоту, но и отдался болью в её собственной спине.

Она не добилась своего, и было уже поздно.

В этот момент, когда она кипела от злости, двери зала снова отворились, и вошёл Сун Юй в чёрном парчовом халате с вышитыми драконами.

Лицо Ду Сыжоу просияло, но не успела она опомниться, как одна из фигур весело вскочила.

Сяо Де, подобрав юбку, подбежала к Сун Юю, бросилась ему в объятия и крикнула:

– Старший брат Сун!

На лице Сун Юя невольно появилась улыбка. Он поднял руки, чтобы удержать её.

– Неосторожная, смотри не упади.

Сяо Де, подняв личико, покачала головой.

– Не упаду. Старший брат Сун меня поймает, я не упаду.

Шпилька у её виска качалась в такт её движениям, но даже её золотой блеск не мог затмить её красоты.

Сун Юй, опустив голову, посмотрел на нарядившуюся сегодня Сяо Де. В его глазах мелькнуло восхищение.

Наконец его взгляд остановился на её накрашенных губах, и цвет его глаз потемнел.

Ду Сыжоу видела всё это. Она непроизвольно встала и крикнула:

– Ваше Величество!

http://tl.rulate.ru/book/144232/7636913