Готовый перевод The Big Official and the Little Lady / Большой Чиновник и Маленькая Госпожа: Глава 121

— Если у тебя есть такое намерение, почему бы мне не взять тебя сначала в наложницы, а потом, когда родишь, возвести в ранг благородной наложницы? Тогда всё будет по правилам. Как тебе такое предложение? — Чжуан Иньхэ вовсе не заботился о какой-то девушке из дома управляющего, да и сейчас, несмотря на отсутствие наследника, он не разрешал ни одной из наложниц рожать ему детей.

— Господин слишком возвышаете меня. У Су Хэ не хватит добродетели, чтобы принять такую милость.

После её неоднократных отказов Чжуан Иньхэ нахмурился. Видя, что она не ценит его доброту, он холодно бросил:

— Раз так, пусть будет по-твоему, — и ушёл из главного двора.

Да Ли и Цю Гуй, увидев, как разгневанный хозяин стремительно покинул покои, обеспокоились и, приподняв занавеску, вошли внутрь.

Они переглянулись, осмотрели стол, уставленный украшениями, и Цю Гуй осторожно спросила:

— Госпожа, что случилось? Мы видели, что господин, кажется, разгневан.

— Ничего. Соберите все эти вещи и уберите их подальше.

Су Хэ сняла кольцо с пальца и положила его в шкатулку, затем беспомощно покачала головой. Если бы это была лишь мимолётная связь, у неё не было бы столько сомнений. В конце концов, любовь мужчины и женщины — дело естественное.

Сегодня Чжуан Иньхэ не остался в её покоях, и никто не принёс льда. Она вдруг почувствовала сожаление: даже если бы он вёл себя ещё грубее, ей следовало бы потерпеть. Она долго ворочалась, прежде чем наконец уснула. Ближе к рассвету жара спала, и в комнате стало прохладнее. Су Хэ заснула крепче.

* * *

В четвёртом часу утра матушка Цинь привела в задний двор вышивальщиц из мастерской Сяньюнь вместе с шестью или семью служанками, которые несли ткани. Они вошли в приподнятом настроении.

— Госпожа, господин велел вам выбрать материал. Если понравится всё, можно оставить все. Посмотрите? — Матушка Цинь остановилась и почтительно поклонилась.

Су Хэ взглянула на цвета тканей в руках женщин. Разве наложницам не запрещалось носить ярко-красное? Тогда почему ей принесли ткань такого цвета? Матушка Цинь испытывает её?

Она поправила платок в руках, сделала глоток чая и мягко улыбнулась:

— Благодарю вас за заботу, но я простая девушка и многого не знаю. Если выберу что-то неподходящее, это будет пустой тратой ваших усилий. Может, вы сами выберете для меня две штуки?

— Вы слишком беспокоитесь. Всё, что сюда принесли, я уже проверила, и всё в порядке. Выбирайте то, что вам нравится. — Матушка Цинь была сбита с толку этими словами и не совсем понимала, что Су Хэ имела в виду.

— Тогда возьму вот эту красную и бирюзовую? — Су Хэ указала наугад и украдкой посмотрела на реакцию матушки Цинь.

Та сохраняла обычное выражение лица и, казалось, не собиралась её останавливать. Но тогда почему она рассердилась, когда во дворе повесили красные фонари? И даже упрекнула Чжуан Иньхэ?

Служанки во дворе болтали всякое, а Да Ли передавала услышанное с чужих слов, так что Су Хэ узнавала обо всём лишь отрывочно. Матушка Цинь упрекнула не из-за фонарей, а потому что считала: Су Хэ — всего лишь любимая наложница и не должна слишком выделяться, чтобы не нарушать правила и не возгордиться. Иначе потом, возомнив о себе, она перестанет уважать госпожу. Ради этого матушка Цинь даже рискнула рассердить хозяина.

— Две — разве не слишком мало? Может, выберете ещё? — Матушка Цинь чувствовала, что Су Хэ была для неё загадкой. Она считала себя проницательной, но мысли этой девушки никак не поддавались пониманию.

Если сказать, что та не любит богатство, то вышивальная мастерская семьи Су, о которой говорили служанки, процветала благодаря низким ценам и хорошему качеству товара. Когда Су Хэ считала деньги, она улыбалась даже шире, чем при виде господина. Но если она любит деньги, почему не пользуется возможностями, которые даёт жизнь в усадьбе?

Если сказать, что она мягкая и покорная, то в деле угождения господину она не прилагала никаких усилий. Да, она была в трауре и не могла сближаться с ним, но могла бы хотя бы иногда готовить для него супы и тонизирующие отвары. Однако она даже не заходила на кухню, не делала и вида. Вчера она разозлила господина, и он ушёл в передний двор. Она даже не послала служанку позвать его обратно. Он злился в одиночестве, а затем, глубокой ночью, сам вернулся, крадучись, словно вор. Старухе даже смотреть на это было неловко.

— И этого достаточно. Недавно сшили много ярких нарядов, но я ещё не носила их. — Су Хэ взмахнула рукой и с улыбкой отказалась.

— Матушка, вчера господин сказал, что хочет купить ещё одну служанку, умеющую укладывать волосы?

— Да, он так распорядился. Есть ли у вас какие-то пожелания? — Матушка Цинь наблюдала за Су Хэ краем глаза, надеясь услышать, как та будет выбирать.

— Никаких. Выбирайте сами. Главное, чтобы была честной и скромной.

Опять она должна выбирать? Сейчас рядом с ней только Да Ли, которую она сама выбрала, и та, кроме физической силы, ничем не могла похвастаться. Неужели Су Хэ действительно не волнует это?

Подавив недоумение, матушка Цинь почтительно ответила:

— Хорошо, госпожа. Тогда я выберу подходящую.

Когда Су Хэ получила новую одежду, прошло уже четыре дня. Матушка Цинь велела Да Ли, Цю Гуй и новой служанке, госпоже Тянь, которая умела укладывать волосы, помочь ей одеться и принарядиться.

Хотя Чжуан Иньхэ и злился на Су Хэ за её непокорность, он не мог просто так её выгнать. Документы о принятии в наложницы можно было отложить, но он устроил небольшой пир, пригласил коллег и устроил скромное торжество. Когда он вернулся в главные покои, был уже конец часа Собаки.

Увидев Су Хэ в красном наряде, с жемчужной короной и украшениями, с парой красных свечей, горящих у изголовья кровати, в мерцающем свете ему на мгновение показалось, будто он снова берёт в жёны новую невесту. Ночь была ещё долгой.

http://tl.rulate.ru/book/143922/7540113