Готовый перевод I’m Immortal, So I Speedrun Horror Games / Бессмертный хочет умереть: Спидран хоррор-игр: Глава 16

Глава 16: Чёрт, это призрак!

Совершенно не подозревая, что четверо игроков снаружи уже подняли панику и беспокоятся о нём, У Ван сейчас был немного в замешательстве.

— 1001, 1002, 1003…

Используя медицинский метод подсчёта времени, У Ван прикинул, что пробродил по карцеру около пятидесяти минут.

Он не нашёл призрака.

Обыскав все углы комнаты, он не нашёл и следа тех троих.

Самое странное было то, что этот карцер был действительно совершенно пустым. Внутри не было ничего.

Но так не должно было быть!

Он только что видел, как те двое уборщиков бросили сюда тело Ли Яна. Судя по их разговору, и предыдущие тела утилизировали здесь же. В воздухе стоял гнилостный запах трупов.

Но, войдя внутрь, он не нашёл ни одного тела!

«Стена призраков? Или кто-то заранее спрятался в карцере и убрал тела? Или это связано с так называемой легендой?» — У Ван перебирал все возможные варианты.

То, что карцер используется для утилизации мусора, было, скорее всего, общеизвестно среди учеников. Это не было легендой.

Легенда — это что-то другое.

Например, то, с чем он столкнулся сейчас.

— У Ван… У Ван…

Когда до истечения часа оставалось совсем немного, и У Ван уже собирался встать и подождать у двери учителя Яо, внезапно за его спиной раздался призрачный и до боли знакомый голос.

Они назвали его настоящее имя!

У Ван резко обернулся.

В кромешной тьме карцера появился слабый источник света, словно кто-то осторожно нёс почти погасшую свечу.

В оранжевом свете свечи на него смотрели два давно не виденных лица с растерянным выражением.

— Папа? Мама?

Хотя он знал, что его родители не могли появиться в этом карцере, тон У Вана всё же стал немного странным.

Услышав его ответ, они, пошатываясь, пошли к нему. Их походка казалась странной.

Расстояние было небольшим, и У Ван смог разглядеть их нынешний облик:

У отца не было половины черепа, и белая мозговая ткань колыхалась при каждом шаге. Глазные яблоки висели на двух нервах и сосудах. Ноги были неестественно выкручены, словно их свернула какая-то сила.

Мать выглядела ещё ужаснее. Она держалась за отца только силой рук, потому что вся её нижняя часть тела отсутствовала. Кровавые кишки и внутренние органы вываливались из переломанного пополам тела и тащились по полу, оставляя кровавый след.

Они подошли прямо к У Вану.

Он даже не попытался уклониться.

Позволил им взять себя за руку.

И дрожащим голосом они заговорили:

— Почему? Почему ты не пошёл с нами? Тебе так спокойно жить, шагая по нашим трупам? Живёшь в оставленном нами доме, ешь за счёт оставленного нами имущества, как же ты хорошо устроился…

Голоса родителей были хриплыми.

Каждое слово, казалось, обладало магической силой, заставляя У Вана снова и снова вспоминать ту авиакатастрофу.

В тусклом свете карцера смутно слышался свист ветра, панические крики пассажиров, успокаивающий голос стюардессы, который тоже дрожал.

Запах горелого двигателя смешивался с металлическим привкусом крови, хлынувшей в рот, когда он упал из-за сломавшегося ремня безопасности.

Он снова был там.

[Духовная сила: 34, 33, 32…]

Его показатель духовной силы на панели падал на одну единицу каждые десять секунд.

Какая-то сила влияла на его психическое состояние, позволяя ему так ярко переживать эти воспоминания.

— Ты снова нас бросаешь? — мать с ненавистью посмотрела на У Вана.

Он улыбнулся.

Опустив голову, он тихо сказал:

— Хотя ты всего лишь иллюзия, я всё равно хочу сказать…

— Мама, я скучаю по вам.

Сказав это, У Ван резко вырвал руку, вскочил и сжал в руке кинжал.

Он осторожно приставил острие к виску.

Сначала У Ван думал, что даже если пожертвовать чем-то важным, ученики не должны были умирать прямо в карцере.

Теперь он понял.

Оказывается, карцер не просто утилизировал мусор.

Он заставлял утилизировать его собственноручно!

Если бы сюда попал другой ученик, его духовная сила не была бы такой высокой, как у У Вана. Он бы продержался максимум минуту, а затем в слезах выбрал бы последовать за родителями в ад.

Ученик умрёт.

Или же ему придётся собственноручно отказаться от них, позволив сверхъестественной силе стереть эту часть эмоций и человечности.

Ученик станет машиной для учёбы.

Выбор из двух: либо смерть, либо жизнь хуже смерти.

Он с облегчением улыбнулся:

— Я выбираю смерть.

Хлюп—

Лезвие полностью вошло в мозг. Кровь хлынула из раны. Тело У Вана обмякло и рухнуло на пол.

Вся странность вокруг мгновенно исчезла. Комната снова погрузилась в кромешную тьму, как и раньше.

Та-та-та—

Послышались три шага.

Скрытый во тьме призрак, посмотрев на неподвижного У Вана, безразлично наклонился, схватил его за ногу и, как мусор, потащил к двери.

До прихода учителя Яо…

О, нет, до того, как он придёт забрать тело…

Оставалась одна минута.

————

Однако они не знали, что…

Учитель Яо уже был снаружи карцера.

Он ползал по земле, что-то ища, с напряжённым выражением лица, бормоча себе под нос: «Куда я её дел… куда я её дел… время скоро выйдет…»

Его ключ-карта пропала.

Отправив У Вана внутрь и вернувшись в класс, учитель Яо не смог найти карту, открывающую дверь карцера, что привело его в панику.

Было сказано — час в карцере.

Независимо от состояния ученика, если дверь не будет открыта в течение пяти минут после истечения этого времени, это будет считаться нарушением школьных правил с его стороны!

И этот чёртов старый ублюдок наверняка бросит его самого в карцер на перевоспитание!

Скрип—

Внезапно учитель Яо, который ползал на четвереньках в сорняках в поисках карты, замер.

Он недоверчиво поднял голову и посмотрел на толстую железную дверь карцера.

Она открылась.

«Чёрт! Это призрак!»

«Почему она открылась сама?»

Не успел учитель Яо понять, что произошло, как увидел у двери три пары окровавленных парусиновых туфель, под которыми лежал У Ван.

Он понял, что этот парень мёртв.

— Кхе-кхе… прошу прощения, я сейчас его заберу, — учитель Яо был всё-таки опытным.

В такой ситуации нельзя было показывать, что дверь открыл не он.

Ему нужно было просто действовать как обычно.

Отнести тело этого парня на крышу и сбросить вниз, инсценировав прыжок.

Вечером он пойдёт в деканат и сделает новую карту. Ничего не должно случиться.

Обязательно ничего не случится…

— Полагаюсь на тебя, моё второе я!

В этот напряжённый момент лежавший на земле У Ван внезапно открыл глаза. Его тень резко вытянулась и схватила одного из призраков за лодыжку.

Изо всех сил она потащила его к двери!

[Техника взаимного боя с тенью]

Почему пропала карта учителя Яо? Почему дверь карцера внезапно открылась? Как он украл ведомость с учительского стола в самом начале?

Всё это — заслуга [Техники взаимного боя с тенью]!

Никто не будет остерегаться тени.

Когда У Ван понял, что учитель Яо боится входить в карцер и сказал, что придёт за ним через час, он уже всё понял.

При открытии двери призраки должны были вынести его к порогу.

Чтобы по-настоящему их поймать, нужно было действовать именно сейчас!

На всякий случай он, когда учитель Яо отвернулся, украл у него карту. Если что, он сам бы открыл дверь и сбежал!

— Твою мать! Призрак!

Учитель Яо тоже в панике рухнул на землю. Его лоб покрылся холодным потом, а лицо побледнело.

Потому что он увидел, как то, что было в карцере, У Ван внезапно вытащил наружу.

Это был ученик с головой, расколотой, как арбуз. Верхняя часть его формы была пропитана тёмно-красной кровью. На груди не было значка, но и учитель Яо, и У Ван узнали его.

Ли Ян!

————

В то же время.

В классе Байли Дао скучающе слушал урок. Получив предупреждение от Цин Хэ И Кань, он, наклонив голову, осматривал одноклассников, обдумывая дальнейший план действий.

Его взгляд время от времени скользил по жуткому призраку Ли Яна. Он не мог не присматриваться к нему.

«Его голова что, немного зажила? Кажется, повреждения не такие сильные, как раньше?» — Байли Дао заметил изменения в теле Ли Яна.

Не успел он присмотреться…

Произошло нечто странное.

Бум—

Призрак Ли Яна в классе с грохотом взорвался. Различные непонятные жидкости и внутренние органы разлетелись во все стороны, мгновенно окрасив его место в красный цвет.

Байли Дао, сидевший ближе всех и как раз смотревший на него, естественно, стал главной жертвой.

Теперь он весь был в чём-то.

На голове у него лежала печень Ли Яна, на лице — язык, а в руках — два вылетевших от взрыва глазных яблока, которые безжизненно смотрели ему в лицо.

— Чёрт! Это призрак!

— Он что, на месте взорвался?!

http://tl.rulate.ru/book/143738/7650257