Небо затянуло серо-чёрными тучами, наполняя воздух гнетущей, давящей тяжестью.
Хакари стоял один среди могил, молча вглядываясь в надгробие перед собой.
Это был уже второй его визит к тому, кто покоился под холодным камнем.
В центре плиты иероглифами было высечено: «Здесь покоится наш отец, Хакари Чанцин», а сверху — фотография мужчины при жизни.
Глядя на надгробие отца, Хакари ощущал внутри целую бурю эмоций: скорбь, растерянность, одиночество, беспомощность…
По логике вещей, он был всего лишь «переселенцем» в это тело и не должен был испытывать столь сильной печали из-за смерти Чанцина.
Так он и сам думал.
В больнице его мысли занимало лишь внезапно пробудившееся мастерство, а об ушедшем «отце» он не вспоминал ни разу. Да и после выписки, поглощённый сбором легендарности для воображаемых проклятий, он не думал о нём.
До тех пор… пока не устроил Чанцину похороны.
Десять лет, прожитых бок о бок с отцом, в тот миг обрушились на него потоком воспоминаний.
Чужая, но невероятно глубокая скорбь накрыла его, словно прилив, заставив слёзы бежать по щекам.
— Какое странное чувство… Мы ведь должны быть «чужими»! Но это тело… всё равно не может не скорбеть, — тихо проговорил Хакари, глядя на фото Чанцина.
Он пробормотал: — Это напоминание о том, что я и есть тот самый «Хакари»?
— Отец… — Хакари обратился к изображению на камне, окончательно приняв свою роль в этом мире.
До этого момента слово казалось ему чужим, но, произнеся его вслух, он почувствовал, что это… естественно.
— Я позабочусь о себе! Не беспокойся!
— Побудь здесь немного… Когда я вернусь на родину, вы с матерью снова встретитесь!
…
Хакари стоял перед могилой, без умолку говоря, словно пытаясь за раз высказать всё, что не успел сказать отцу за долгие годы.
Неизвестно, сколько времени прошло, но наконец он замолчал, попрощался с Чанцином и медленно покинул кладбище.
С неба начал накрапывать дождь, мелкие капли падали на него, пропитывая одежду. Из его тени выскользнул Эммару, превратившись в большой чёрный зонт, который встал между Хакари и дождём.
Хакари замер, подняв глаза на внезапно появившийся зонт, с которого на него смотрели два огромных глаза.
— Господин Хакари, вы простудитесь! — раздался глухой голос Эммару.
После материализации Хакари приказал Эммару скрываться в его тени, охраняя его, вместо того чтобы вызывать его лишь в критических ситуациях.
Раймару такой привилегии не досталось — он был куда менее скрытным, чем Эммару.
Что касается способности Эммару говорить, то Хакари изначально задумал его и Раймару как существ, обладающих интеллектом, не уступающим человеческому, и даже способных общаться на языке людей.
Но за это пришлось заплатить дополнительной легендарностью.
Кстати, вот как формируется необходимая легендарность для материализации воображаемых проклятий.
Чтобы воображаемое проклятие достигло полной формы, требуется легендарность, определяемая установленным лимитом проклятой энергии, техниками, интеллектом, телосложением и прочими параметрами.
Возьмём, к примеру, Эммару и Раймару. Их максимальный уровень проклятой энергии составляет:
Для накопления проклятой энергии требуется в сто раз больше легендарности, чем её лимит — то есть 2 050 000 очков.
Техники делятся на три уровня:
Обычные — от 1 000 000 очков.
Средние — от 2 000 000 очков.
Высшие — от 5 000 000 очков.
Техника Эммару «Мерцание света и теней» требует 2 100 000 очков, а техника Раймару «Молниеносная вспышка» — 2 050 000 очков.
Чтобы проклятие обладало разумом и могло общаться, нужно минимум 500 000 очков.
В итоге, полная материализация Эммару требует 4 700 000 очков, а Раймару — 4 680 000.
Если бы не Ночной парад сотни демонов Судзуру Гэто, Хакари даже не стал бы воображать таких проклятий, ведь собрать столько легендарности в обычных условиях было бы невозможно.
Один обычный человек может дать максимум 100 очков легендарности, но в большинстве случаев это всего 1 или 5 очков.
Процесс накопления легендарности от обычных людей постепенный:
Слышал краем уха — 1 очко/человек.
Сомневается, но допускает — 5 очков/человек.
Постепенно начинает верить — 10 очков/человек.
Твёрдо убеждён — 20 очков/человек.
Испытывает страх — 50 очков/человек.
Для Эммару и Раймару вместе требовалось 9 000 000 очков. В лучшем случае, нужно было, чтобы как минимум 4 500 000 человек одновременно знали об их существовании.
В обычное время это было немыслимо.
Но теперь, благодаря хаосу в Синдзюку, слухи о «Безумстве матери-демоницы» распространились, и люди начали верить в них, позволив Хакари полностью материализовать Эммару и Раймару.
Хакари покачал головой:
— Спасибо за заботу, Эммару! Но я не настолько хрупкий!
Хотя так он и сказал, но всё же взялся за ручку зонта, в который превратился Эммару.
Со стороны это выглядело бы жутковато — для других зонта не существовало, но дождь над Хакари почему-то не лился.
К счастью, в дождливый день на улице было мало людей, а проезжающие мимо машины вряд ли разглядели бы, промок он или нет, приняв его просто за странного старшеклассника.
http://tl.rulate.ru/book/143364/7438989
Сказали спасибо 3 читателя