Готовый перевод Tokyo, too many magical girls were defeated / Магические девочки против зла: Глава 68

— Мать, Мизуки Миэко, ждала в вестибюле целую вечность.

Она стояла у входа в деревянный коридор, скрестив руки на груди, и одарила меня предельно строгим взглядом.

— Ринко, почему ты не отвечала на мои звонки и сообщения?!

— Что?

Мизуки Ринко поспешно достала свой мобильный телефон.

Только в этот момент я увидела целых двадцать непрочитанных сообщений и почти десять пропущенных вызовов.

Без исключения, все они были от Матери.

Только тогда он вспомнил, что перевёл телефон в режим без звука, чтобы пойти на свидание с Лин Чун, и совсем не смотрел на него всё это время.

— Прости, мама…

— Куда ты ходила? С кем ты ходила?!

— Ну…

Мизуки Ринко хотела придумать отговорку.

Но острые глаза матери уже были прикованы к её рукам, держащим шоппинг-пакет, полные подозрения.

К тому же, увидев, что на ней лёгкий изысканный макияж, она, должно быть, отправлялась в квартиру с великой радостью, но не встретила там самого Лин Чуна.

— Тогда с кем же я ходила? Ответ очевиден.

В конце концов, Ринко решила сказать правду.

— Мы с господином Лин Чуном ходили по магазинам в Сибуя…

— Это свидание?

— Почти…

— Ууу!

— ???

Мать, которая ещё секунду назад была так строга…

Без всякого предупреждения из её горла вырвался голос, полный обиды и ревности, и Мизуки Ринко подумала, что ослышалась.

Я хотела поднять глаза, чтобы рассмотреть выражение материнского лица, но мне в лицо протянули руку.

Протягивая её уничижительным жестом, полным авторитета старшей.

— Покажи, что ты купила!

— Юката… и кое-какие мелкие аксессуары… вот.

Как бы Мизуки Ринко ни сопротивлялась.

В этой традиционной семье никто не смел ослушаться материнских приказов.

Она послушно протянула шоппинг-пакет, и мать достала из него японское кимоно-юката.

Она стояла лицом к солнцу, разглядывая его сверху вниз.

— На чисто белом фоне были нарисованы разноцветные узоры из анютиных глазок, источающие юношескую жизнерадостность девушки.

Классический покрой был нарочика сделан свободным, дабы изящная и нежная кожа выступала в нужных местах.

Для девушки носить такое юката и отправляться на свидание ночью — нарушение всех мыслимых правил.

Потому что это точно заставит твоего парня не сводить с тебя глаз.

— Вот это… —

Миэко Мидзусиро, уже успевшая стать матерью, тупо уставилась.

Внезапно она почувствовала, будто вернулась на двадцать лет назад, в то время, когда ей было столько же лет, сколько Ринко.

Глядя на совершенно новое кимоно, она с нетерпением ждала момента, чтобы показать себя с лучшей стороны своим близким.

И в этот момент…

Осторожное дополнение Мидзуки Ринко оказалось коронным ударом.

— Это юката… лично выбрал для меня господин Линь Чунь для завтрашнего вечернего летнего фестиваля фейерверков…

— Что? Ты собираешься на летний фестиваль фейерверков?! Это, это… Уф!

Миэко не только плотно прикусила нижнюю губу, но и изо всех сил старалась сомкнуть дрожащие ноги под тёмно-фиолетовым кимоно.

«Если я открыто проявлю ревность к дочери, то стану самой неуспешной матерью в стране и позором семьи Мидзуки!»

— Я понимаю.

Она глубоко вздохнула и заставила все негативные эмоции успокоиться.

Затем, бесстрастно наклонившись, она убрала юката с цветами анютиных глазок, усыпанное юношеской беззаботностью, обратно в сумку для покупок.

Но в итоге оно не было возвращено Мидзуки Ринко.

Вместо этого она понесла его сама, обернувшись, и пошла по коридору.

— …А?

Мидзуки Ринко охватило дурное предчувствие.

Она быстро сняла свои круглые кожаные туфли школьницы, обнажив ноги в белых хлопчатобумажных носках, и ступила на деревянный пол.

Из-за того, что свидание продлилось до двух часов дня, эта пара изящных контуров была влажной и горячей.

Вся она источала аромат «Девушки Сакуры», который необъяснимо напоминал свежеиспечённую лепешку из клейкого риса.

Она пробежала весь путь и едва догнала мать.

Никто больше не произнёс ни слова, и они замерли в необъяснимой тупиковой ситуации.

Лишь в японском саду, примыкавшем к коридору, прохладный ветерок ранней осени заставлял шелестеть листья.

Первыми пожелтевшими сухими листьями, как бы нехотя, предстояло упасть.

Как раз такой лист, прицепившись к выступу, свисал с карниза.

Так случилось, что прекрасные ноги Миэко, обутые в традиционные таби, зрелые и плотно облегающие, наступили на него.

Почувствовав покалывание в ступнях, мать наконец решила прервать неловкое молчание.

Она остановилась по собственной инициативе.

Затем обернулась.

— Ринко, мне нужно кое-что тебе сказать.

— Да, матушка...

Мидзуки Ринко тут же послушно встала.

Сжала кулаки и опустила голову, готовая к суровой отповеди.

Она совсем не заметила, что лицо её матери, обычно строгое, теперь пылало, словно у девицы.

Ей словно проглотила какой-то огромный сардельку, так что горло пересохло, и говорить было очень трудно.

Миэко, мечтающая попасть на летний фестиваль фейерверков, терзалась в глубине души тяжелым решением.

— Исполнить желание дочери или осуществить собственную мечту?

83. Сыновье благочестие порождает силу

— У-у...

Ринко Мидзуки, опустив голову, послушно стояла, словно ребенок, натворивший бед.

В глубине души она была готова к суровой отповеди.

Хотя семья Шуйчен давно ослабла…

Но строгая семейная традиция передавалась из поколения в поколение.

С малых лет мать неизменно воспитывала ее в чистоте, достоинстве и степенности.

Оглядываясь на сегодняшний день…

Было весьма непочтительно, что она тайком отправилась за юкатой на свидание со своим женихом и согласилась посетить фестиваль фейерверков!

Более того, её другая личность, [Девочка-волшебница Роза], совершила ещё более постыдные поступки с Линь Чунем.

Даже она сама считала, что такое поведение заслуживает осуждения.

Так, мало-помалу, первоначальное волнение и страх сменились нетерпеливым ожиданием материнского выговора.

Но почему-то…

— Матушка… Ваше величество?

Мизуки Ринко растерянно подняла голову.

Перед её глазами предстала мать, такую строгую, какой она её знала, но с раскрасневшимся лицом, словно у влюбленной девчонки.

Её губы слегка дрогнули, словно подбирая слова.

Верхняя и нижняя губы, тронутые лёгким румянцем, казались полнее и влажнее, постоянно соприкасаясь.

Чёрное кимоно хозяйки дома, обычно такое величественное, скрывало тело шестнадцатилетней девушки.

От шеи до талии, от ног до ступней — всюду сквозила смущённость, и было ясно, что она готова к действию.

Нервный, волнующий и приносящий стыд пот за мгновение ока потек всюду, словно лился свободно.

— Э-э… —

Мизуки Ринко впервые видела свою мать в таком состоянии.

Подозрив, что спит, она ущипнула себя за бедро — было больно.

— Ринко-тян, ты думаешь… что моё исцеление от рака и возвращение молодости – это дар божий?

— Что? Бог?

Услышав это слово, Мизуки Ринко невольно дёрнула щекой.

Она прекрасно знала, почему её мать стала такой.

— Всё это сделал тот парень, Линь Чунь.

Он воспользовался конфликтом между двумя маленькими лилипутками-кадрами и пожертвовал собственным достоинством, как магическая девушка.

Применил предельно грязные средства для полной трансформации тела.

В конечном итоге он просто хотел преобразить Миэко и насладиться её отчаянием.

И, в конце концов, у него это получилось.

Если этого парня можно считать богом, то он, несомненно, дьявольский бог.

Но, с другой стороны…

— Мама.

В коридоре старого дома Ринко Мизуки смотрела на свою мать — здоровую, полную жизни и столь же юную, как и она сама.

Слёзы невольно потекли по её лицу.

Казалось, она никогда больше не получит такого шанса.

С этой точки зрения, это было настоящее чудо.

— Да, это дар божий.

Её прелестные щёки были забрызганы слезами, однако с самого дна души сходила счастливая улыбка.

— Вздох…

http://tl.rulate.ru/book/142685/7487205