Готовый перевод A Monster Lives at 36 Poster Street / На улице Фостер 36 живёт монстр: Глава 39

39

— Раймонд! Это Раймонд!

— Гляньте-ка! Идёт тот самый монстр, который в одиночку зачистил сразу четыре аномалии!

«Ну что за люди, честное слово?» — подумал он и воскликнул: — Да хватит вам паясничать! И я же просил вас выбрасывать обёртки от батончиков в мусорку, а не кидать где попало!

— Ой-ой-ой, Раймонд злится! Спасайся кто може-ет!

Двое оперативников взвизгнули и покатились со смеху. Сколько ни смотри, невозможно было привыкнуть к тому, как эти здоровенные перекачанные мужики в чёрной спецформе кривляются.

Раймонд, ворча от досады, принялся собирать разбросанные по полу пустые коробки и обёртки. Прошло две недели с тех пор, как он обосновался в первой группе полевого отдела «Бюро по контролю аномалий» в британском филиале «Федерации». Козетта с самого первого дня нещадно эксплуатировала его и выражала свою признательность тем, что вручала ему гору новых заданий всякий раз, когда он без сил возвращался на рассвете.

— Я… я посплю совсем немного, только чуть-чуть отдохну! — взмолился он.

— Разумеется. Я же не запрещаю вам спать, — ответила она. — Хорошенько отдохните вон в той комнате, а потом отправитесь выполнять поручения. Значит, увидимся через три часа?

— Через три часа?! Сейчас же 4:42 утра!

— Тогда через три часа будет 7:42. Идеальное время для начала рабочего дня!

«Бедная Козетта. Она определённо лишилась рассудка от этой бесконечной сверхурочной работы».

Раймонд спал урывками в маленькой комнатке и, как только срабатывало уведомление, тут же вскакивал, наскоро умывался и снова мчался выполнять поручения.

Спустя три дня такой работы он стал замечать, что в их офисе один за другим начали появляться сотрудники. Разумеется, они всего лишь заскакивали ненадолго передохнуть или составить отчёты, прежде чем снова отправиться в бой. Увидев в штабе незнакомца, они поначалу насторожились и попытались проверить его личность. Раймонд, не понимая причин такой враждебности, окончательно растерялся. К счастью, ситуацию прояснила вернувшаяся из другого отдела Козетта:

— Вы что тут устроили?

— Капитан! Этот тип ошивался у нас в офисе. Кто он такой?

— Слышь, ты, это наш ценный внештатный подрядчик. Какого чёрта ты называешь его «типом»?

— С чего вдруг внештатник сидит у нас? Подозрительный он какой-то.

— Ничего не подозрительный. Если бы не господин Раймонд, вы бы сейчас здесь не прохлаждались, а до сих пор вкалывали бы как проклятые.

— Серьёзно? — засомневался один из бойцов. — Да он совсем не похож на того, кто годен для такой работы. Личико смазливое, ни одного шрама на теле. Руки нежные. Мышц особо нет…

— Ты что, сейчас на меня намекаешь? — прищурилась Козетта.

— Никак нет, капитан! И в мыслях не было.

— Он пашет за вас, чтобы у вас работы было меньше. Глаза в пол и относитесь к нему как к почётному гостю.

После приказа Козетты все бойцы замолчали, но Раймонд ясно видел на их лицах нескрываемое недоверие. Впрочем, он рассудил, что рядовые оперативники не те люди, чьё мнение имело значение, так что на их недоверие ему было, в общем-то, плевать.

Всё изменилось вечером пятого дня. Раймонд, вконец измотанный, вернулся в штаб, принеся с собой два деактивированных ментальных образа. Козетта куда-то отлучилась, и он, дожидаясь её, принялся составлять отчёты о наблюдениях. В этот момент в офис шумной толпой ввалились пятеро оперативников, только что вернувшихся с задания. Раймонд уже подумывал, не стоит ли ему уйти от греха подальше, чтобы не нагнетать обстановку, как вдруг на него обратил внимание мужчина в чёрной маске.

— О?

Точнее, он уставился на реплику «Юстиции», которую Раймонд положил рядом с деактивированными ментальными образами.

— Твою мать! Эй! Это же «Юстиция»!

— Что? «Юстиция»? Оригинал?

— Идиот, с чего бы оригиналу быть в «Федерации»? Конечно, это реплика.

— Здесь «Юстиция»? Где? Кому её выдали?

В мгновение ока они окружили Раймонда. Оперативник, который по какой-то причине проявлял к оружию жгучее любопытство, спросил:

— Это что? Неужели…

Чтобы не спровоцировать конфликт, Раймонд постарался ответить как можно вежливее:

— А, да. Сейчас я её использую. Получил официальное разрешение.

Он слегка нервничал: что, если они начнут расспрашивать, почему «Юстиция» именно у него?

Однако после недолгой паузы оперативник выдохнул:

— Офигеть…

— Простите?

— Значит, слухи о том, что «Юстицию» вынесли со склада, были правдой! Чёрт, парни, посмотрите на неё. Выглядит просто убойно. Это точно реплика?

— Говорят, все, кто ею пользуется, со временем слетают с катушек. Ты ведь ещё не сошёл с ума, а?

— Что?

— О ней столько дурных слухов ходит, что теперь её не выдают, даже если подашь заявку. Но подумать только, увидеть её здесь!

— Хоть бы разок потрогать… Всего один раз, и я был бы счастлив!

— Попробуй только и капитан тебе мигом руку по локоть оттяпает.

— А как ты ухаживаешь за ней? Она же всё равно считается огнестрелом, да? Чистишь обычными наборами для чистки оружия?

— А? Да нет, я за ней как-то по-особенному не ухаживаю… — растерянно ответил Раймонд.

— У неё что, бесконечные патроны? А как магазины менять? Какой калибр? Как давно ты ею пользуешься, раз она выглядит как новенькая? Погоди, так все эти страшилки про «Юстицию» враньё, что ли?

— Что?

— Если бы это было враньём, разве ветераны из второй группы стали бы массово увольняться? Головой думай, когда языком ляпаешь! Вечно ты свою тупость выпячиваешь.

— А это что рядом лежит?

— Э-это… ментальный образ, который я добыл на задании. Деактивировал его с помощью «Юстиции»…

Снова на мгновение воцарилась тишина.

«Это просто безумие. Нереально. С ума сойти!»

— Ты ходил один? Прямо в аномалию? Она ведь была Безопасного класса, да? Скажи, что Безопасного! У тебя все конечности на месте?

— Да тут их аж два! Я впервые вижу настолько целые образы!

В офисе мгновенно поднялся шум -Раймонда просто засыпали его вопросами:

— И я впервые вижу такого монстра, который ходит на дело в одиночку. Каково это - одному? Какие ощущения? Ну расскажи хоть разок!

Гвалт стоял такой, что даже сотрудник из соседнего отдела заглянул узнать, что происходит.

С того дня число бойцов первой группы, знавших Раймонда, начало понемногу расти. И дело было не только в том, что он в одиночку разбирался с аномалиями. Когда им стало известно, что Раймонд, которому было невыносимо смотреть на свинарник, который они развели в офисе, потихоньку убирался всё в свободное время, они окончательно оттаяли.

Но по-настоящему сблизиться им помог другой случай. Как-то раз Козетта уже собиралась отправить только что вернувшуюся группу на новое задание. Увидев лица оперативников, которые из-за крайней степени истощения выглядели так, будто в них вселились демоны, Раймонд поспешно вызвался выполнить поручение вместо них. Благодаря ему сразу несколько человек получили лишний час отдыха, и после этого их отношение к нему стало не просто тёплым, а искренне дружелюбным.

— Раймонд, серьёзно, сколько ни думаю, твоё истинное призвание - наша полевая группа. Почему бы тебе не подписать контракт на постоянной основе? Я сам замолвлю за тебя словечко перед капитаном Козеттой, а?

— Простите, но я не хочу помереть молодым от переутомления.

— Да ладно тебе, всего разок! Слушай, ты всё равно у нас в офисе прибираешься. Раз уж так вышло, зажмурься и подпиши контракт по-мужски! Форму агента получишь! «Юстицией» будешь палить сколько влезет, ни на кого не оглядываясь! И… ну, заодно разберёшься с какой-нибудь аномалией класса Ибрис!

— По-моему, в ваш список закралось что-то очень странное…

Если не считать этой их навязчивости, они были вполне славными ребятами.

Отмахнувшись от двоих оперативников, которые буквально липли к нему, Раймонд сбежал в кабинет капитана, который до его появления тоже мало чем отличался от свалки.

Тук-тук.

—Госпожа Козетта, у вас найдётся минутка?

— Да-а.

В её кабинете стояло какое-то оборудование непонятного назначения, а на стенах висели телефоны прямой связи с другими отделами. Стол с четырьмя мониторами разных размеров занимал почти всю длину комнаты. Кроме него здесь имелись три шкафа для документов и вешалка, на которой висело помятое пальто.

Из-за мониторов высунулась Козетта:

— Господин Раймонд?

— Я бы хотел сегодня ненадолго выйти.

— Выйти? Вам что-то нужно купить? Озадачьте вон тех парней, что отдыхают снаружи.

— Нет… Не хочу докучать людям, у которых выдалась редкая минутка отдыха. Мне всё ещё… не по себе рядом с ними.

— А мне кажется, эти лоботрясы уже воспринимают вас как своего без пяти минут коллегу.

— И всё же!

— Тогда я сама вам куплю. Мне всё равно нужно будет уехать сразу после совещания, которое начнётся через два часа.

— Ни в коем случае.

— Да что же вы там хотите купить? Вы ведь не в какое-то сомнительное место собрались, а?

«Чёрт. Так и знал. Не хотел я прибегать к этому способу…»

— Я здесь уже почти две недели! — воскликнул Раймонд. — Даже если вы пойдёте в магазин мужского нижнего белья, госпожа Козетта, вы там ничем не поможете!

— А…

Козетта опустила взгляд вниз, а затем снова посмотрела на него. Раймонд закатил глаза.

— И то верно, — согласилась она. — Тогда идите. Сегодня многие ребята отдыхают, так что я постараюсь брать как можно меньше заявок.

— Благодарю.

Вежливо поклонившись, Раймонд вышел из офиса и направился прямиком в лобби. Он был легко одет, как и подобает человеку, идущему на прогулку, и даже оставил «Юстицию». Выбравшись наружу, Раймонд слегка вздрогнул, наслаждаясь долгожданной свободой, но он понимал, что сейчас не до этого. Ведь его уже ждали.

***

На трамвайной остановке Третьего района суетливо сновали туда-сюда люди, а между ними шныряли дети, продававшие утренние газеты. Лилит и Раймонд стояли с краю толпы, делая вид, что ждут трамвая.

— Кажется, вам приходится несладко, Раймонд. Вы в порядке? Не слишком ли наша просьба тяжела для вас?

— Всё в порядке. Если бы не этот шанс, я бы никогда не смог попасть в филиал.

Никто не проявлял особого интереса к этой паре, похожей на обычных пассажиров. Конечно, время от времени находились те, кто украдкой бросал взгляды на лицо Раймонда.

— Мне так жаль.

Лилит мягко коснулась его щеки. Она вела себя так, словно они были влюбленными. Это выглядело настолько естественно, что никто бы и не заметил лёгкого замешательства Раймонда.

— Твоё красивое лицо совсем осунулось от усталости.

— А, н-неужели?

— Знай я, что тебе будет так тяжело, придумала бы какой-нибудь другой план. Даже не знаю, что теперь делать…

Ох. Лицо начало понемногу гореть. Зная, что в действиях Лилит нет никакого другого подтекста, кроме сочувствия и извинения, Раймонд всё равно ощутил невольное желание отстраниться от её руки. Впрочем, он этого не сделал.

— Я правда в порядке.

— Мне доводилось пару раз видеть тебя за работой издалека, — сказала Лилит. — Ты казался очень занятым. Если бы не этот случай, у нас сегодня даже не нашлось бы времени пообщаться.

Она достала из своей красной сумочки белый платок и протянула ему. Со стороны это выглядело как милая беседа красивой пары, где девушка оказывает знак внимания молодому человеку, но Раймонд услышал едва заметное шуршание внутри аккуратно сложенной ткани. Там был «Хайвей», препарат, абсолютно необходимый для активации «Юстиции». Принимая платок, он непроизвольно поморщился.

— Хорошо бы, если бы у меня было столько же свободного времени, как раньше. Говорят, число аномалий стало резко расти.

— Вот как?

— Госпожа Козетта обмолвилась… как же она сказала? Кажется, это дело рук каких-то фанатиков. Я не расслышал подробностей.

— Странные слова. По-моему, «Федерации» пора избавляться от привычки перекладывать ответственность на сторонние организации каждый раз, когда они не понимают причин возникновения аномалий.

«Вот оно что. Хоть Козетта и капитан полевого отдела, она, вероятно, говорит так лишь потому, что не знает истинных целей «Федерации»».

— Вряд ли в «Федерации» много тех, кто знает, что аномалии приходят из нематериальных миров и космоса, — ответил Раймонд, испытывая лёгкое сочувствие к Козетте и её подчинённым.

— Для современной науки, которую они обожествляют, это необъяснимо. Материальный и нематериальный миры, внешняя Вселенная - для них всё это лишь антинаучные басни.

Вдали медленно показался трамвай. Впереди них, шумно переговариваясь, теснилась толпа, чтобы поскорее занять места.

— Но раз ты с нами, всё как-нибудь образуется. Я всегда тебе благодарна, —улыбнулась Лилит.

— Я ведь сам вызвался помочь.

— И всё же. На сегодня мне пора. Я навещу тебя позже.

Люди выходят, люди заходят. Когда трамвай, вобрав в себя хаос сменившихся пассажиров, со скрипом неторопливо тронулся в путь, позади остались лишь прохожие, спешащие по своим делам, и юноша, застывший в одиночестве с платком в руке и глядящий на пустое место, где только что стояла девушка.

Он пересчитал ампулы и убрал платок во внутренний карман. Почему с каждой новой встречей, с каждым расставанием чувство тоски становится всё сильнее? Погружённый в эти раздумья, Раймонд направился в деловой район. Он задумался так глубоко, что едва не забыл купить бельё для алиби. Заскочив в магазин и взяв первое попавшееся, он с бумажным пакетом в руках вошёл в здание филиала «Федерации». Здороваясь с охранником, Раймонд заметил, как у того округлились глаза при взгляде ему за спину, и невольно обернулся. Там стоял человек. В тот же миг в голове у него всё помутилось.

— По какому ты тут делу?

Тронутые сединой волосы, пронзительные глаза. Идеально сидящие костюм и пальто, на которых не было ни единой складки. Директор Адам, оказывается, следовал за ним уже какое-то время.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://tl.rulate.ru/book/142679/12534607