Готовый перевод Looking Up at the Moon / Взирая на луну: Глава 104

— Зачем разнимать? Пусть этот красавчик как следует проучит их!

— Если не преподать им урок, они так и не поймут, что такое закон!

Среди остановившихся прохожих нашлись те, кто попытался вмешаться, но никто не смог противостоять Цзян Цы, и через пару ударов они уже лежали на земле: кто-то хватался за голову, кто-то прикрывал лицо, и никто не осмеливался даже громко заговорить.

Драка отняла у Цзян Цы немало сил. Он размял запястье, и свет уличного фонаря, холодный и тусклый, упал на его высокую фигуру, остановившись на плечах. Он смотрел сверху вниз на поверженных хулиганов, и его голос прозвучал ледяно, словно зимняя река:

— Жалкие ничтожества.

Вскоре на место прибыла полиция.

Главарь хулиганов, увидев стражей порядка, бросился к ним, как к родным, ухватился за ногу одного из полицейских и, дрожа, указал на Цзян Цы, разыгрывая невинную жертву:

— Это он… это он избил нас! Дяденька полицейский, заступитесь за нас!

— …

Ся Цинъюэ впервые видела, чтобы кто-то так мастерски изображал невинность — хоть сейчас вручай «Оскар» за лучшую роль.

Эти хулиганы были частыми гостями в участке, и их словам не верили ни на грош. Полицейские быстро оценили обстановку, выслушали показания очевидцев и сказали Ся Цинъюэ и Цзян Цы:

— Пройдёмте в участок для дачи показаний.

Молодой человек, вызвавший полицию, тоже отправился с ними в качестве свидетеля. В его телефоне было видео, на котором хулиганы преследовали Ся Цинъюэ, а также фото, запечатлевшее момент, когда Цзян Цы ударил одного из них. К тому же, улицы были под наблюдением камер, и все доказательства сложились против хулиганов. Те, поняв, что оправдаться не удастся, замолчали.

После завершения допроса Ся Цинъюэ и Цзян Цы поблагодарили молодого человека, и на улице остались только они вдвоём.

— Ацы… Как вышло, что ты нашёл меня за пределами университета? — спросила Ся Цинъюэ, не помня, чтобы говорила ему о своих планах.

— Ты в последние дни была целиком поглощена дебатами, а я нашёл в интернете один пример, который хотел обсудить с тобой, — спокойно ответил Цзян Цы. — Я несколько раз звонил, но твой телефон был выключен. Испугался, что что-то случилось.

Видимо, от волнения он потерял ход мыслей.

Цзян Цы узнал от Гу Хэ, что Ся Цинъюэ пошла в копировальный салон за пределами кампуса, но не знал, в какой именно, поэтому обходил все подряд, пока не вспомнил, что у них включён общий доступ к геолокации. Проверив телефон, он сразу нашёл её.

Ся Цинъюэ слушала, опустив глаза, и вдруг заметила на руке Цзян Цы рану. Её дыхание на мгновение прервалось:

— Ты ранен…

Цзян Цы взглянул на руку и пожал плечами:

— Пустяки, царапина.

Один из хулиганов, раз за разом промахиваясь, в ярости схватил с земли острый камень и размахивал им, как безумный. Камень задел кожу, оставив глубокую царапину, из которой медленно сочилась кровь.

Цзян Цы не придал этому значения, но теперь рукав его рубашки был пропитан кровью.

Ся Цинъюэ сжала его запястье:

— В больницу.

Цзян Цы:

— Не нужно, правда пустяк.

После его уговоров Ся Цинъюэ согласилась не ехать в больницу, но настояла на том, чтобы найти аптеку и обработать рану. К счастью, одна ещё работала.

Они сели на ближайшую скамейку.

Ся Цинъюэ вскрыла упаковку с ватными палочками и йодом, аккуратно нанесла раствор на рану. Одной рукой она придерживала запястье Цзян Цы, а другой бережно промакивала царапину.

Хотя йод был не таким жгучим, как спирт, она боялась, что он дёрнется от боли.

— В детстве ты всегда был таким непоседой, — в её памяти всплыли похожие моменты, когда она так же обрабатывала его ссадины. — Учился кататься на скейте и разбивался снова и снова, но всё равно не бросал, даже если было больно.

— Ты не слушался ни тётю Су, ни дядю Цзяна… ни даже меня…

— Старшая сестра, — Цзян Цы посмотрел на её прядь, упавшую на лицо, и едва сдержал порыв убрать её. — Я тогда просто хотел повеселиться. К тому же, если бы не падал в детстве, разве стал бы так хорошо кататься сейчас?

Ся Цинъюэ замерла, опустив ресницы, чтобы скрыть навернувшиеся слёзы. Комок подступил к горлу.

Она чувствовала, что он пострадал из-за неё, а он уверял, что всё в порядке. Но разве могло быть всё в порядке?..

Когда она подняла глаза, их взгляды встретились, и в глазах каждого отразилось только одно — другой.

Сердце её сжалось, будто пронзённое мечом, и на мгновение замерло. Голос дрогнул, и слёзы, такие жалобные, полились сами:

— Ацы… Пожалуйста, больше не ранься…

Обещай, что больше не будешь ранить себя.

Последние слова прозвучали едва слышно, и слеза, сорвавшись с ресниц, упала на асфальт, мгновенно испарившись без следа.

Её глаза, чистые, как вода, наполнились слезами, и они катились одна за другой.

Она не понимала, почему плачет. Она знала только одно — ей было больно за него.

http://tl.rulate.ru/book/142140/7229032