Готовый перевод Warcraft: The Dawn of Lordaeron / Warcraft: Рассвет Лордерона: Том 1. Глава 36: Прах к праху

Мал'Ганис, в облике роя летучих мышей, стремительно нёсся прочь от проклятого лагеря. Он, бросив взгляд на свою левую руку, обожжённую дочерна, до сих пор ощущал фантомный, жгучий холод. Свет, что вырвался из этого человеческого принца, внушал ему почти суеверный ужас.

Изначально он планировал ещё немного помучить того медика и его дочурку, растянуть удовольствие. Но когда он поднял руку, чтобы блокировать удар молота Артаса, его нервные окончания пронзила невыносимая боль. Неистовая сила Света вступила в «восхитительную» реакцию с энергией Скверны и Тьмы, что составляли его демоническую сущность. Не оторви он вовремя руку, не разорви контакт с этим проклятым молотом – и его конечность просто бы взорвалась, обратившись в пепел.

У всех демонов есть одна общая черта – они безмерно презирают смертных. Их высокомерие основано на их чудовищной силе и почти абсолютном бессмертии.

Когда демон сражается в материальном мире, он не может умереть по-настоящему. Даже если его физическое тело будет уничтожено до последнего атома, его душа просто вернётся в Круговерть Пустоты, в родное гнездо демонов. И лишь особые заклинания или могущественные артефакты, способные заточить душу, могут по-настоящему убить демона. Простое физическое уничтожение – лишь временная и досадная неудача.

Свет причиняет им ужасную боль, но его воздействие на бессмертную душу весьма ограничено. Поэтому большинство демонов боятся магов, способных плести сложные заклинания заточения, куда больше, чем паладинов с их праведным гневом.

А уж такие высокопоставленные демоны, как Мал'Ганис, повелитель ужаса, и вовсе не обращали внимания на каких-то там человеческих рыцарей в сияющих доспехах, считая их не более чем пушечным мясом. Но Свет Артаса… Свет Артаса открыл ему глаза на многое.

Однако сбежал Мал'Ганис не из страха. Он тоже кое-что понимал в природе Света. Эта энергия была неразрывно связана с эмоциями своего носителя. У спокойного и рассудительного воина Свет никогда не будет таким диким и яростным.

Свет Артаса превратился в настоящий огненный шторм, в золотисто-алое пламя. Это было пламя гнева, ненависти и жажды отмщения.

'План сработал. Я толкнул его на тёмную тропу. Теперь он мой'.

Именно поэтому он отступил без малейших колебаний. Он был уверен, что воин с таким Светом – это безрассудный дикарь, ведомый эмоциями. А такими очень легко управлять.

Когда Джайна, в сопровождении десяти рыцарей Тайного Ордена и Тассариана, прибыла в лагерь, они увидели Артаса. Он сидел на огромном валуне у ворот, а на его коленях, свернувшись калачиком, спала маленькая беловолосая девочка.

Его сине-золотой плащ был изорван в клочья, а на блестящих доспехах виднелись многочисленные царапины и глубокие вмятины. Его боевой молот, Мощь Менетила, был сломан. В руке он держал лишь половину рукояти, а навершие разлетелось на куски, которые валялись на земле, всё ещё тускло пульсируя остатками Света.

Было очевидно, что он пережил жестокую битву.

— Артас, ты в порядке?! — Джайна подбежала к нему, её сердце сжималось от страха. Но, осмотрев его, она с облегчением поняла, что, кроме потрёпанного вида, на нём не было ни царапины.

— Я в порядке. Только упустил Мал'Ганиса.

— А эта девочка? Кто она?

— Она, кроме Тассариана, единственная выжившая в этой бойне, — глухо ответил Артас. — Я опоздал. Все остальные солдаты в лагере стали марионетками Мал'Ганиса. Даже тот медик, Мэтт… он принёс его в жертву. Я успел спасти только её.

После ухода своего повелителя, нежить, контролируемая Мал'Ганисом, ослабела. И пока его молот не разлетелся окончательно, Артас даровал им всем покой.

Увы, души трёх сотен солдат были давно пожраны повелителем ужаса. Они были лишь куклами на ниточках, и со смертью кукловода превратились в безмозглых зомби.

Тело Мэтта Вайтмейна Артас снял с осквернённого алтаря и уложил на пустой площадке в центре лагеря.

— Всё… кончено? — Тассариан, опираясь на самодельный костыль, дохромал до ворот.

Большинство нежити было испепелено Светом Артаса, но повсюду валялись искорёженные доспехи, сломанное оружие и обугленные кости, безмолвно свидетельствуя о той трагедии, что разыгралась здесь.

— Они все… погибли? Триста человек? — Джайна не могла поверить своим глазам. Целый гарнизон регулярной армии, уничтоженный одним-единственным демоном. Так легко. Без шанса на сопротивление.

— В этом и заключается ужас Пылающего Легиона. Если мы не объединимся, они уничтожат нас поодиночке.

Он осторожно передал спящую Салли на руки одному из своих рыцарей, Фалрику.

— А теперь… проводим их в последний путь. Прах к праху, земля к земле.

Артас вошёл в мёртвый лагерь. Вместе с остальными рыцарями Тайного Ордена они начали собирать личные жетоны павших солдат.

Они сражались за Лордерон, но их тела были осквернены магией смерти. Даже без очищающего пламени Света, их останки быстро обратятся в прах, не оставив после себя даже целых костей, которые можно было бы похоронить.

Больше часа они методично собирали то, что осталось от тринадцатого батальона. Складывали в центре лагеря уцелевшие доспехи, оружие и жетоны.

— Столько жертв… — со скорбью в голосе прошептала Джайна.

— Докладываю, ваше высочество. Первый легион, тринадцатый батальон, в составе трёхсот двенадцати человек… все на месте, — Тассариан отдал Артасу воинское приветствие. Его глаза были красными от слёз.

— Хорошо, майор Тассариан. С этого дня ты – новый командир тринадцатого батальона. А теперь я хочу задать тебе один вопрос, — Артас серьёзно посмотрел на него. — Готовы ли ты последовать за мной и отомстить за своих братьев?

— Готов, ваше высочество! — голос Тассариана гремел, перекрывая свою боль от ран.

— Отлично, — кивнул принц. — Возвращайся. Залечивай раны. Через неделю мы выступаем. В Нордскол. И заставим Мал'Ганиса заплатить. Кровью. За. Кровь.

— Так точно!

Прибывшее подкрепление помогло собрать останки павших. Артас проследил, чтобы все они были с почестями похоронены в Лордероне, а их семьи получили достойную компенсацию от Тайного Ордена. После чего он погрузился в отчёты о войне с орками на юге.

Там дела шли куда лучше. Орки, вырвавшиеся из лагерей, поначалу действовали нагло и агрессивно, думая, что люди снова стали слабыми и разобщёнными. Но, столкнувшись с элитными частями под командованием Утера, они быстро сбавили пыл. Потеряв множество воинов, они, под предводительством вождя клана Песни Войны, Громмаша Адского Крика, и молодого шамана по имени Тралл, отступили в горы.

Кроме того, в одной из стычек был убит бывший Вождь Орды, Оргрим Молот Рока, сбежавший из-под стражи много лет назад. Правда, его тело после боя таинственным образом исчезло.

Утер был уверен, что эти поражения нанесли оркам тяжёлый удар. И пока у них не появится новый вождь, они надолго затаятся и не станут беспокоить Лордерон.

И, наконец, пришло зашифрованное письмо с Калимдора, от Эдвина Ван Клифа.

Его людям удалось найти племена тауренов в южной части Степей. Поначалу рогатые гиганты отнеслись к ним враждебно, но когда Эдвин предложил им помощь в борьбе с их извечными врагами, кентаврами, таурены согласились прислать своего посланника в Терамор для переговоров.

Артас уже определил, кто возглавит делегацию в Калимдор. По-хорошему, он должен был представлять Лордерон сам. Но ему нужно было отправляться в Нордскол.

И когда он сказал Джайне, что она отправится в Терамор, а он – на охоту за Мал'Ганисом, её реакция его удивила.

— Ты что-то от меня скрываешь, — Джайна пристально посмотрела на Артаса. Ей казалось, что в последнее время принц ведёт себя как-то странно. — С тех пор как началась эта чума, ты буквально сам не свой.

Артас невольно коснулся своего лица.

— Так заметно?

— А ты как думаешь? Ты, который всегда просчитывает всё на десять шагов вперёд, никогда бы не бросился в одиночку на могущественного демона и три сотни нежити. Но, — она сделала паузу, — я не думаю, что ты действовал под влиянием гнева. У тебя всегда есть свой план, верно?

Прежде чем он успел что-то ответить, она приложила тонкий пальчик к его губам.

— Можешь не говорить. Если ты действительно считаешь, что так нужно, я тебя поддержу.

— Джайна… спасибо, — его сердце наполнилось сложной смесью тепла и лёгкой грусти. Она больше не была той наивной девочкой, которую он когда-то знал. Она стала мудрой, проницательной и невероятно сильной.

— А благодарить будешь, когда вернёшься из Нордскола. Целым и невредимым. Хмф! — она тихо фыркнула, давая понять, что не всё так просто. — Вот тогда мы с тобой и поговорим. По-настояшему.

В итоге она согласилась. Спустя неделю она вместе с Мурадином Бронзобородым и Варианом Ринном отправилась в качестве представителя Альянса на переговоры с тауренами. А Артас, как только их корабли отплыли на запад, повёл свой флот на север. В ледяные пустоши Нордскола.

В этот миг казалось, что колесо судьбы снова вернулось на свою привычную колею. Но всё уже было совсем иначе.

http://tl.rulate.ru/book/140111/7110867