Когда Адир взял свою жажду крови под контроль, он переключил внимание наружу, стабилизируя своё восприятие всех вокруг. Пусть в нём и таились инстинкты хищника, необузданный голод, но в глубине души он оставался человеком — тем, кто владел своими эмоциями лучше большинства. Вернуться к этой дисциплине оказалось несложно. Через мгновение гнетущая, ледяная напряжённость в комнате растаяла, сменившись ровным, успокаивающим теплом. Рис Грейвс почувствовал это первым. Кинжалы в его руках перестали казаться столь жизненно необходимыми. Хватка ослабла, руки опустились, а напряжённая, настороженная стойка расслабилась — даже без его осознания. Резкий, защитный блеск в глазах смягчился, превратившись в нечто вроде осторожного любопытства.
— «Что это за сила?» — пробормотал Рис. Голос его был тихим, словно он не уверен, говорит ли вслух.
Прямо на глазах Адир изменился: дикая угроза, которая вот-вот готова была вырваться наружу, исчезла. Остался лишь восемнадцатилетний юноша, излучающий спокойствие и тихое чувство доверия. Рис с трудом осознал эту резкую перемену. И он был не одинок. Каждый взгляд в комнате отражал такой же головокружительный разворот. Оперативники СОГ опустили оружие, их мышцы расслабились, а боевая поза сменилась на неуверенную, но уже не враждебную. Те, кто потерял сознание, начали приходить в себя: они поднимались, делая длинные, ровные вдохи, словно их только что оттащили от края пропасти. Паника и гнетущий ужас, которые душили их всего мгновение назад, исчезли. Вместо них пришло безошибочное ощущение: какая бы угроза ни таилась, её больше нет. Адир наблюдал за каждым едва уловимым изменением вокруг, всё ещё слегка ошеломлённый этим новым умением. Оно не было активным — но и пассивным его не назовёшь. Честно говоря, его даже трудно было назвать умением. Это было скорее нечто, что всегда в нём присутствовало, — сама его природа, — теперь усиленная и выведенная на поверхность. Природа Адира всегда была ясна: он представал либо другом, либо врагом, как чёрное и белое, без полутонов. В тех, кто видел в нём друга, он всегда вселял глубокое доверие и чувство спокойствия; в тех, кто видел врага, — страх. Теперь эта часть его натуры, казалось, была многократно усилена.
«Это не так уж плохо», подумал Адир с едва заметным, удовлетворённым огоньком. Для такого человека, как он, который всегда прятал своё истинное «я» за маской, это умение сделает маску ещё более убедительной.
— «Прошу прощения», — сказал Адир, виновато почесав затылок. Тон его был смущённым и совершенно искренним. Каждое слово, каждый жест, каждое едва уловимое изменение в голосе звучало правдиво — подкреплённое этим новым, неосязаемым присутствием.
— «Понимаю», — ответил Рис, медленно выдыхая. У него не было желания копать глубже. Какое бы странное давление ни исходило от Адира раньше, оно явно было личным. А сейчас Рис чувствовал лишь тихое заверение: Адиру можно доверять. Этого было более чем достаточно.
Но кто-то другой не был готов так просто отпустить это. Лусен Варнерест смотрел на Адира острым, непреклонным взглядом. Устрашающая аура, которая висела вокруг него мгновение назад, сменилась на нечто более тёплое, более изящное, когда он наконец заговорил.
— «Ты что‑то разблокировал, не так ли?» — голос его был глубоким, весомым. — «И это не просто талант владения мечом». В этих словах чувствовалась острота — словно он уже подозревал ответ.
Адир сначала не собирался делиться своим новым талантом, но знающий взгляд в глазах Лусена пробудил его любопытство. Слишком многое в этом мире всё ещё ускользало от него. Каждый неотвеченный вопрос грыз его, и оставить ещё один без внимания казалось упущенным шансом. Он слегка кивнул.
— «Да. Талант, очень отличающийся от предыдущих», — осторожно ответил он. — «Система классифицировала его как „Генезис“». Он стратегически подбирал слова, надеясь, что ответ Лусена даст ему нужную зацепку.
— «„Генезис“?»
Бровь Лусена приподнялась; искреннее удивление прорвалось сквозь его обычно невозмутимую маску. — «Я никогда раньше не слышал этого термина. Но это звучит как родовой талант».
Это слово ударило Адира как током.
— «Родовой?»
Лусен медленно склонил голову. — «У меня нет глубоких знаний об этом. Если хочешь получить настоящие ответы, спроси Леди Лиору. Она должна знать больше».
Адир не колебался.
— «Хорошо».
В этом было нечто большее, чем он предполагал. И если кто и мог дать ему ответы, то это Лиора — безусловно, самый опытный и грозный практик среди них, практически ходячая энциклопедия. Лусен мысленно призвал свою летающую белую утку. Через мгновение они уже скользили прочь от особняка на вершине горы и вскоре вернулись к Коллоситу.
— «Похоже, он отступает», — заметил Лусен, когда Искра Ранга 4 начала удаляться. Её титаническая форма медленно развернулась, вибрации затихли, пока она двигалась. Он наконец был удовлетворён; он отступит в своё тайное логово, чтобы спать до следующего голода.
— «Эй! Как вовремя», — окликнул Малрик с широкой ухмылкой, махая им. Лиора и Мирела стояли рядом, выглядя не менее облегчёнными. Впервые за многие годы им удалось заставить Искру Ранга 4 отступить, не потеряв никого. Белая утка плавно приземлилась, устроившись между ними.
— «Жаль, что мы лишь отсрочили его», — заметил Лусен, спешиваясь и отпуская утку. Лицо его было как всегда нечитаемым.
— «Не будь таким занудой, Лусен», — отрезала Мирела, поджав губы в игривой гримасе. Её радужные глаза заблестели, прежде чем она смягчилась. — «Тем не менее, это большой шаг вперёд. Кстати — вы двое разве не тренировали фехтование?»
Лусен опустился в одно из пустых чёрных кожаных кресел, не отрывая взгляда от Искры, удаляющейся вдаль.
— «Мы уже закончили. Он разблокировал свой талант».
— «О?»
Лиора слегка рассмеялась, явно не удивлённая.
— «Неудивительно, что он носит с собой два меча». Система не признавала талант без причины. Даже без лишних слов, все присутствующие предполагали, что у Адира есть для этого основа. Это непринуждённое принятие длилось лишь до тех пор, пока Лусен снова не заговорил — его голос был как всегда ровным.
— «Он получил не просто талант владения мечом. Он получил родовой талант».
Эффект был мгновенным. Каждый взгляд метнулся к нему, словно среди них взорвалась бомба. Неверие и шок застыли на их лицах. Увидев их реакцию, Адир понял: это нечто гораздо более значительное, чем он предполагал. Невозмутимый взгляд Лусена заставил его думать, что это просто редкое явление. Конечно, необычное, но не настолько, чтобы вызвать такое удивление. Однако, оглядывая остальных, Адир видел неприкрытое неверие, написанное на каждом лице, — и именно тогда он по-настоящему понял, насколько нечитаем обычно Лусен. Эта каменная невозмутимость, полное отсутствие выражения, которое Адир принимал как должное, не позволило ему ощутить истинный вес этого открытия. Лиора и остальные даже не пытались скрыть своего шока.
Адир тихо, почти с усмешкой, усмехнулся, опускаясь в одно из пустых кресел. Он готовился услышать, что на самом деле означает эта родовая способность.
— «Ты уверен, что это родовая способность?» — Лиора наконец нарушила молчание. Она замаскировала свой шок так быстро, как могла, подсаживаясь поближе и изучая его острыми глазами — словно пытаясь оценить невозможное.
— «Я не уверен», — ровно ответил Адир. — «Система классифицировала его как „Генезис“».
Это название заставило её замолчать. Она нахмурилась, обдумывая его. В её выражении появилось лёгкое напряжение, выдавая след беспокойства.
#
http://tl.rulate.ru/book/139869/8921639
Сказали спасибо 7 читателей