Готовый перевод Naruto: Lying Low in the ANBU until I'm Kage / Наруто: Путь АНБУ: Превзойти Каге: Глава 235. Слухи о клинке, рубящем Бомбу Хвостатого Зверя

В кабинете Хокаге Сарутоби Хирузен всё ещё корпел над документами, работая сверхурочно.

Увидев вошедшего Данзо, Хирузен спросил:

— Корень потерял двоих?

— Да. С его силой убийца мог бы полностью уничтожить тела, но он намеренно оставил их мне, пытаясь оказать давление.

Данзо положил перед Хирузеном свиток.

Хирузен взглянул на него. Это были записки Второго Хокаге, в которых содержалась оценка секретного дзюцу клана Узумаки — Печати Проклятия Языка.

Он не понимал, к чему Данзо это показывает, но терпеливо продолжил читать:

«Это фуиндзюцу идеально подходит для АНБУ. Оно позволяет не заботиться о верности оперативников и контролировать группу марионеток, знающих лишь подчинение.

Из-за своей жестокой особенности — стирания эмоций — клан Узумаки отнёс его к разряду киндзюцу.

Лишь преследуя абсолютно светлую цель, можно прибегать к столь тёмным методам. После долгих раздумий я всё же не стал просить у главы Узумаки это запретное дзюцу.

Коноха стремительно развивается, и в столь крайних мерах пока нет необходимости.

АНБУ Конохи — это шиноби, которые тёмными методами несут деревне свет. Идеалов достаточно, чтобы двигать их вперёд, и нет нужды в таких средствах, как Печать Проклятия Языка».

Закончив читать, Сарутоби Хирузен поднял голову и спросил:

— И что? Ты хочешь сказать, что тебе нужно это фуиндзюцу?

Данзо кивнул.

— На воспитание абсолютно преданного подчинённого уходят годы. Никто не присягнёт мне на верность при первой же встрече. Мои люди гибнут один за другим, и я не могу быстро восполнить потери. Сила Корня не должна так резко ослабевать, я должен как можно скорее восстановить штат до десяти человек. Мне нужен доступ к Свитку Печатей клана Узумаки, чтобы получить это киндзюцу.

И — Абураме Рёма, превосходный подчинённый, бесславно погибший в Стране Водоворотов.

Дин — его племянник, Шимура Ко, павший за границами Страны Огня.

На воспитание каждого из них он потратил годы, и все они мертвы.

— Свиток Печатей Узумаки? Невозможно, — отрезал Хирузен. — Я недавно спрашивал Сенджу Ханаки. Свитки Печатей кланов Сенджу и Узумаки находятся у Цунаде. Ханаки лишь номинально является главой клана, она занимается только повседневными и мелкими делами. Настоящий лидер клана Сенджу — сильнейшая из них, Цунаде. Даже я не смогу получить у неё эти свитки.

— Цунаде — упрямая, высокомерная и избалованная дура. Просьбами у неё, конечно, ничего не добьёшься. Нужно применить определённые методы.

— Данзо, не перегибай палку с Цунаде. Она не такая, как остальные, — предупредил Хирузен.

Данзо сделал вид, что не расслышал, и, развернувшись, покинул кабинет. Он пришёл, чтобы уведомить Хирузена, а не просить его согласия.

Вернувшись в штаб Корня, Данзо вызвал к себе Бина.

— Бин, есть ли результаты по наблюдению за кланом Сенджу, группировкой Сакумо и кланом Учиха?

— Прошу прощения, господин. Пока никаких результатов. Все три стороны ведут себя тихо, у них не было возможности совершить преступление.

— Корень держит вас не для того, чтобы вы извинялись! Это определённо кто-то из них троих! Продолжайте расследование!

Затем он вызвал Гэна, Синя, Жэня и Гуя.

— Вы четверо, устройте ловушку. Заманите этого убийцу. Его необходимо уничтожить!

— Есть!

Шимура Данзо никогда не был так зол. Кто-то целенаправленно истреблял его людей. Если бы не смерть Сарутоби Ю, он бы даже заподозрил Хирузена.

Каждый раз, приходя в штаб АНБУ, Ёко наслаждался царящим там спокойствием. Данзо до сих пор не вышел на его след. «А Новая Тень Шиноби, оказывается, не так уж и всесильна», — думал он.

Покинув штаб, Ёко в маске скользил по ночной Конохе.

Один из выпивох, пошатываясь, вышел из какой-то идзакаи. Он огляделся по сторонам и, не увидев никого, свернул в переулок, чтобы справить нужду. «Только бы не нарваться на Учиха из Полиции, — подумал он. — За нарушение облика деревни штрафуют».

Журчание... Только выпивший мужчина знает, какое это блаженство — ощутить, как напряжённый мочевой пузырь наконец расслабляется.

Внезапно!

В темноте на мгновение сверкнула пара алых глаз!

Он от страха тут же прервался и, не доделав дело, бросился бежать. Выскочив из переулка, он увидел двух идущих навстречу жителей деревни и почувствовал некоторое облегчение.

— Слыхал? Говорят, господин Белый Клык отправился в Кумогакуре, сразился с джинчуурики и своим танто рассёк легендарную Бомбу Хвостатого Зверя — мощнейшую атаку биджу!

— Чушь! Я слышал, что господин Белый Клык был в столице Страны Молний, стоял на городской стене и одним ударом разрубил три Бомбы Хвостатого Зверя!

— Не может быть, это уже слишком. Бомба Хвостатого Зверя способна уничтожить полдеревни, как можно разрубить сразу три одним ударом?

Голова у выпивохи гудела. Он хотел было догнать их и расспросить, действительно ли Белый Клык так силён, но, обернувшись, увидел, что двое селян уже свернули в какой-то переулок и исчезли.

Он направился в следующую идзакаю, чтобы продолжить вечер. За столом он начал хвастаться:

— А вы знаете? Господин Белый Клык на стенах столицы Страны Молний одним ударом рассёк пять Бомб Хвостатого Зверя! Вы хоть знаете, что такое Бомба Хвостатого Зверя? Это самая сильная атака хвостатого! Одна такая может уничтожить всю Коноху!

Остальные ему не поверили.

— Тогда получается, что господин Белый Клык одним ударом может защитить пять Конох? Слишком уж ты преувеличиваешь.

В темноте Ёко деактивировал свой Шаринган. Гендзюцу двухтомойного Шарингана отлично действовало на обычных жителей деревни.

Каждую ночь он накладывал иллюзию как минимум на пятерых человек, чтобы те разносили по деревне слухи о Хатаке Сакумо. Эффект был превосходным. Такие диковинные и поднимающие чувство гордости истории пользовались у селян огромной популярностью. Статус оперативника АНБУ служил Ёко идеальным прикрытием, его появление в любом месте было оправданным. Если бы его спросили, он бы ответил, что собирает информацию для господина Хокаге.

Спустя десять дней вся деревня гудела легендами о Белом Клыке Конохи. Единственным недостатком было то, что некоторые выпивохи, не зная меры в хвастовстве, раздули слухи до абсурда, и в итоге получилось, что Белый Клык одним ударом разрубил несколько десятков Бомб Хвостатого Зверя. Инфляция крутости оказалась слишком высокой. Ёко с досадой подумал, что, запуская первую волну слухов, ему следовало быть скромнее, чтобы не доводить всё до такого гротеска.

Однажды утром Третий Хокаге вызвал к себе Ёко.

Войдя в кабинет, он увидел привычную троицу: Сарутоби Хирузена, Орочимару и Данзо.

Хирузен сидел за столом, а Орочимару стоял рядом, в любой момент готовый заглянуть в свитки на столешнице. Говорили, что Орочимару проводит так весь день, и лишь ночью у него появляется время на свои эксперименты. Власть была лучшим лекарством, и Орочимару не чувствовал никакой усталости. Любой, кто входил в кабинет Хокаге, понимал: Третий готовит Орочимару в преемники.

Данзо сидел на диване, погружённый в свои мысли.

— Лис, — начал Хирузен, — в деревне появились слухи о Хатаке Сакумо. Что ты об этом думаешь?

Он с ходу задал Ёко столь щекотливый вопрос. Словно Ёко был к этому причастен...

К счастью, Ёко уже привык к бесстрастию, присущему АНБУ, и в его душе не шелохнулось ни единой эмоции.

— Господин Хокаге, тот, кто распускает слухи, действует неумело. С каждым разом они становятся всё более неправдоподобными. Любой шиноби, услышав их, сразу поймёт, что это ложь. Разрубить одним ударом несколько десятков Бомб Хвостатого Зверя... это абсолютно невозможно.

http://tl.rulate.ru/book/139145/7707521