Готовый перевод Skyrim Series: Redguard Dovahkiin / Скайрим: Редгардский Довакин: Глава 69 - В поисках новобранцев

Тем временем…

Джалил шёл по лагерю, мимоходом прислушиваясь к разговорам. Слух о том, что отряд Рашана набирает бойцов, разнёсся быстро, и воздух, казалось, был наэлектризован смесью возбуждения и неуверенности. Всюду слышалась болтовня — воины, наёмники и даже гражданские обсуждали возможность вступить в особый отряд, но не были уверены, что их выберут. Джалил скользил взглядом по лицам, выискивая тех, кто выделялся, тех, в ком было то самое «нечто».

Его взгляд остановился на паре нордов в центре лагеря — отце и сыне, сцепившихся в драке. Они были огромными, возвышаясь над большинством окружающих бойцов. Отец — настоящий медведь, лет сорока, с густой, тронутой сединой бородой. Его кожа была обветренной, грубой, и каждый удар, казалось, отдавался эхом многолетних сражений. Сын, хоть и моложе, но не менее внушительный, был почти точной копией отца, только лет двадцати. У него были такие же широкие плечи, мощная шея и взгляд, полный чистой решимости.

Их лёгкие меховые доспехи выглядели поношенными, но ухоженными, хранящими следы множества битв. Они были идеальным воплощением нордов — сильные, неутомимые и всегда готовые себя проявить. Сейчас они участвовали в жестоком бою два на два, и каждый из них сражался со своим противником. Дуэт отца и сына доминировал: их удары обрушивались с сокрушительной силой, а выносливость казалась неисчерпаемой.

Воздух в лагере был густым от запаха пота и предвкушения, пока отец и сын сходились со своими противниками, а их массивные фигуры вырисовывались в мерцающем свете факелов. Джалил стоял на краю круга, внимательно наблюдая за началом схватки.

Отец — широкоплечий, с густой седеющей бородой — нанёс первый удар, его кулаки летели, словно молоты. Противник — норд помоложе, лет двадцати с небольшим — попытался увернуться, но кулак отца с глухим стуком врезался ему прямо в грудь. Звук удара кости о мышцы эхом разнёсся по лагерю, и молодой норд, задыхаясь, попятился. Он схватился за рёбра, но отец уже снова был рядом и наносил следующий удар. Кулак угодил мужчине в бок, отправив его на землю. Противник откатился, хватая ртом воздух, пытаясь снова встать на ноги.

Тем временем сын, не уступавший отцу ни в росте, ни в силе, вёл свой собственный бой. Его противник, более молодой и худощавый, пытался держаться на расстоянии, мечась вокруг, чтобы избежать надвигающихся ударов. Но сын был неумолим. С рычанием он сократил дистанцию и нанёс жестокий правый хук. Удар пришёлся противнику в челюсть, с тошнотворным треском отбросив его голову назад. Тот пошатнулся, дезориентированный, но тут левая рука сына вцепилась ему в горло сокрушительной хваткой. С рыком сын с костоломной силой впечатал противника спиной в землю, пригвоздив его на месте.

Джалил наблюдал, впечатлённый грубой силой и жизненной энергией, которую демонстрировали эти бойцы. Они были созданы для этого — каждый удар, каждое движение подпитывалось годами сражений, отточенными инстинктом и тренировками. Невозможно было не заметить, как отец и сын принимали удары, не дрогнув, их тела были натренированы выдерживать боль и отвечать сокрушительной силой.

Противник отца попытался нанести ответный удар, размашисто метнув кулак ему в голову. Но норд постарше с привычной лёгкостью уклонился и в ответ нанёс жестокий удар локтем в горло. Удар пришёлся с глухим треском, и молодой мужчина рухнул на землю, хватаясь за горло и не в силах дышать.

Не сбавляя темпа, отец перешагнул через поверженного врага, его взгляд уже искал следующую цель. Он нанёс размашистый хук, отбросивший другого противника назад, а затем последовал жестокий удар в живот. Сила удара оторвала мужчину от земли и швырнула на землю бесформенной грудой.

На другой стороне круга сын не отставал. Его противник, немного придя в себя, ринулся на него с диким ударом, целясь в голову. Но сын был быстрее: он уклонился и нанёс жестокий апперкот по рёбрам. Воздух наполнил треск ломающихся костей, и мужчина, схватившись за бок, вскрикнул от боли.

Сын не дал ему ни секунды на передышку. Он продолжил атаку жестоким правым хуком, который угодил мужчине точно в щеку, отправив его на землю. Противник лежал там, ошеломлённый, с окровавленным и разбитым лицом.

Восхищение Джалила росло, пока он наблюдал, как норды разбирают своих противников. Не только сила делала их грозными, но и то, как они выдерживали наказание. Они могли принимать удар за ударом, игнорируя боль, будто она их не касалась, и продолжали идти вперёд. Их жизненная сила была непревзойдённой — то, что свалило бы обычного бойца, казалось, только разжигало их решимость.

Бой близился к концу. Отец шагнул вперёд, встретившись взглядом с сыном, который стоял над своим поверженным противником с вызывающе поднятыми кулаками. Они были командой, и они это знали. Обменявшись молчаливым кивком, они повернулись к оставшимся врагам.

Скоординированным, плавным движением они сблизились с противниками и ударили одновременно. Кулак отца пришёлся первым, с жестокой силой врезавшись в лицо его оппонента, а сын нанёс сокрушительный удар в живот. Последние бойцы рухнули на землю, едва способные издать хоть звук.

Толпа вокруг разразилась аплодисментами, впечатлённая чистой силой и стойкостью, которую продемонстрировали отец и сын. Джалил отступил, его глаза всё ещё были широко раскрыты от изумления. Вот таких воинов он и искал — сильных, несгибаемых и способных справиться с чем угодно на своём пути.

Несмотря на жестокость боя, Джалил знал, что именно таких людей он хочет видеть в своём отряде. Стойких, крепких и готовых сражаться за своё дело. Они станут огромным подспорьем в грядущих битвах.

Когда бой подошёл к концу, толпа вокруг круга начала аплодировать. Отец и сын стояли победителями, а их противники стонали на земле, но всё ещё были живы — по большей части. Несмотря на жестокость схватки, в глазах нордов не было злобы. Наоборот, там было нечто другое — уважение.

С усмешкой отец протянул руку своему поверженному противнику, помогая ему подняться. Сын сделал то же самое со своим, поднимая его на ноги. Они пожали друг другу предплечья, обменялись парой слов на низком, гортанном языке, после чего отец с громким смехом хлопнул своего противника по спине.

— Хороший бой, хороший бой, — сказал отец, вытирая пот со лба и качая головой. — В тебе много духа.

Молодой норд, всё ещё немного ошеломлённый, сумел выдавить слабую улыбку.

— А у тебя вместо кулаков молоты.

— Тут ты не ошибся, — усмехнулся отец и повернулся к толпе. — В этом мы лучшие.

Сын, который до этого молчал, с ухмылкой ткнул своего противника.

— Не расстраивайся. Ты продержался дольше большинства.

Мужчины обменялись коротким кивком и рукопожатием. Напряжение боя улетучилось, сменившись товариществом, как это всегда бывало после драки между воинами.

Джалил наблюдал за этой сценой, ценя врождённое чувство чести нордов, проявившееся даже после такой ожесточённой схватки. Он видел немало насилия, но вот это? Так должно было быть всегда — без обид, без злости. Только бой, а потом уважение.

Отец с усмешкой хлопнул сына по спине.

— Что скажешь, парень? Давай выпьем и отпразднуем хорошую драку.

Сын без промедления достал из-под мехов небольшую флягу и бросил её отцу, который поймал её с понимающей улыбкой. Отец откупорил её, сделал большой глоток, а затем протянул сыну. Тот тоже отпил, после чего отец предложил флягу их поверженным противникам.

— Вы тоже заслужили, — сказал отец, кивнув мужчинам, которые сражались против него. Те сначала колебались, но через мгновение взяли флягу, и каждый сделал по глотку, хоть и с меньшим энтузиазмом, чем норды.

— Неважно, победил ты или проиграл, — продолжил отец с грубоватым смехом. — Хороший бой есть хороший бой.

Джалил задумчиво коснулся подбородка, и в уголке его рта заиграла лукавая ухмылка.

— Хороший бой всегда хороший бой, — размышлял он вслух, а затем решил подразнить зверя.

Он подошёл к отцу и сыну и сказал:

— Это был хороший бой. — Его тон был лёгким, но в нём скрывался вызов, когда он посмотрел прямо на сына. — Я хочу испытать тебя в деле.

«Внутренне Джалил верил, что его доблесть впечатлит их больше, чем любая вербовочная речь. Почему бы не доказать это в бою? Пусть говорят кулаки».

Отец и сын переглянулись, затем старший мужчина рассмеялся, хлопнув сына по плечу.

— Эй, Горрун, покажи этому редгарду, на что способен сын Скайрима.

Джалил ухмыльнулся. В этот момент он заметил идущую по улице Кассию. Они разделились ранее, решив, что так смогут охватить большую территорию.

Она заметила его и подошла, её руки двигались в резких, плавных знаках.

— Что ты делаешь?

Джалил улыбнулся своей возлюбленной, и его глаза блеснули, когда он отвернулся.

— Ввязываюсь в драку, — бросил он через плечо, входя в круг.

Кассия скрестила руки на груди и осталась посмотреть.

Джалил потянулся и расстегнул пластинчатую броню, закрывавшую его торс, позволив ей с глухим стуком упасть на землю. Под ней он двигался, как человек, привыкший носить тяжести — плечи расправлены, позвоночник расслаблен, но насторожен. Его грудь и руки были словно выточены годами упорных тренировок. Не громоздкий, но сильный — каждая линия была заработана тренировками дважды в день, упражнениями с мечом и долгими пробежками под пустынным солнцем.

А в последнее время — и плаванием.

Рашан гонял их нещадно — подводные упражнения, тренировки по задержке дыхания, силовые тренировки с сопротивлением всего тела, где весом служило само течение. Это было заметно. Мышцы Джалила были рельефными, его торс — крепким, а каждое движение — эффективным и мощным.

Его тёмная, гладкая кожа была безупречна. Алхимическая обработка давно стёрла все шрамы, не оставив и следа от полученных ударов. Только чистые, очерченные мышцы и тихая уверенность человека, который точно знал, насколько он силён.

Несколько женщин неподалёку тихо вздохнули. Одна толкнула другую. Даже пара мужчин прервали разговор, чтобы бросить на него взгляд.

Отец-норд громко рассмеялся.

— Эй! Красавчик собирается драться с моим сыном.

Джалил не ответил.

Он просто ухмыльнулся.

Как только Джалил шагнул в круг, он задействовал всё, чему его научил Рашан. Не просто грубую силу или красивую работу ног — настоящий метод. Рашан называл это «боевыми искусствами» — странные слова из другой жизни, но они работали. Каждый бой строился на структуре. Каждое движение было выверено.

Он немного опустил центр тяжести, ладони были открыты, взгляд — острым. Напротив него Горрун размял плечи и шагнул вперёд с той самоуверенностью, которую можно заслужить только победой. Его руки были толстыми, как стволы деревьев, а на груди виднелись синяки от дюжины драк. Но его движения были собранными, эффективными. Без лишних усилий.

Норд ринулся в атаку.

Кулак-молот полетел Джалилу в лицо — прямой удар со всей силой человека, который не считал, что ему нужны какие-то хитрости. Джалил ушёл в сторону, отвёл удар предплечьем и обошёл Горруна сбоку. Он нанёс три быстрых удара по рёбрам. Раз-два-три. Внутрь и наружу.

Горрун с рыком развернулся и метнул тяжёлый локоть в лицо Джалилу. Тот нырнул под удар и отскользнул, его ноги скользили, словно вода.

Толпа начала перешёптываться.

Затем последовал следующий размен.

Горрун двинулся вперёд, теперь нанося джебы — проверяя. Джалил отражал их предплечьями, блокируя каждый удар и экономя энергию. Он подобрался вплотную, проскользнул мимо размашистого кросса и ответил резким ударом колена в бедро. Удар пришёлся точно.

Горрун крякнул.

Левый кулак пошёл сверху. Джалил поднырнул под него и ответил бэкхендом, а затем разворотным ударом локтя в висок. Горрун пошатнулся — но лишь на шаг — и ответил ударом по корпусу, который застал Джалила врасплох.

Редгард зашипел, сбитое дыхание вырвалось из лёгких. Он отступил, чувствуя, как пульсируют рёбра. Но он устоял. Он начал кружить.

А затем атаковал.

Последовала серия ударов ладонями и коротких панчей — молотящих по корпусу Горруна. Он уклонился от контрудара, сместился в сторону и снова наказал норда по рёбрам. Это было слабое место. Он продолжал давить.

Бой затягивался.

Раунд за раундом.

Теперь оба бойца были покрыты потом. Из носа Джалила медленно текла кровь, а щека начала опухать. Но дыхание Горруна стало тяжелее, а на боку расцветали синяки.

И всё же ни один из них не отступал.

Джалил увернулся от очередного хука, нырнул под второй и проскользнул под третьим, а затем использовал инерцию. Он замер, развернулся, и его тело взметнулось вверх силой вращения.

Его кулак врезался Горруну под подбородок.

Чистый, жестокий апперкот.

Толпа ахнула. Горрун отшатнулся на шаг, затем на второй, но не упал.

Он сплюнул в сторону, кровь смешалась со слюной, и снова занял боевую стойку.

Джалил вытер собственное лицо и ухмыльнулся сквозь пелену боли.

Вот это был бой.

Джалил был, чёрт возьми, в экстазе. Да хранят его предки.

Когда Рашан дал ему шанс стать воином, стать чем-то большим, он не просто принял его — он отдал всего себя. Каждую каплю пота. Каждый сломанный сустав. Каждый синяк, полученный в молчании.

Потому что вот это? Вот для чего он был создан.

И всё это благодаря Рашану.

Он любил Кассию — по-настояшему, глубоко, — но если бы его спросили, за кем он пойдёт без колебаний, чей приказ выполнит без раздумий? Это был Рашан. Всегда Рашан. Не только из-за верности, но и потому, что Рашан увидел в нём то, чего не видел никто другой. Потому что Рашан поверил в него раньше, чем он сам поверил в себя.

Эта жизнь, эта сила — это был дар. И Джалил будет служить этому дару до последнего вздоха, принесёт ли это ему славу, трудности или что-либо ещё.

Но прямо сейчас это принесло ему вот это — бой, который стоил всего.

Горрун был словно стена. Высокий, широкоплечий, с челюстью, будто высеченной из камня, и светлыми волосами, заплетёнными в косу. Его плотные меховые доспехи облегали потное тело, и, хоть он и был моложе отца, двигался с той же волчьей агрессией. Он истекал кровью, но не дрогнул. Его грудь вздымалась. Челюсти сжались. Он пришёл не играть.

Они снова сошлись.

Молодой норд ударил с тяжёлой мощью.

Джалил использовал движение, чтобы уйти от первого удара под углом — ровно настолько, чтобы избежать основной силы. Второй он принял намеренно, шагнув навстречу. Его торс скрутился от удара, нога скользнула, чтобы уменьшить воздействие.

Жизненная сила приняла на себя основной удар.

Его тело выдержало. Едва.

Но это позволило ему прорваться сквозь защиту норда. Он ринулся вперёд.

Два быстрых удара по корпусу — один в печень, другой в солнечное сплетение. Норд пошатнулся, хватая ртом воздух. Джалил почуял запах крови и двинулся, чтобы закончить бой.

Кулак Джалила с треском врезался в челюсть норда — из рта парня брызнула кровь, когда его голова резко дёрнулась. И всё же он устоял.

Всё ещё дышал. Всё ещё держался.

Джалил шагнул вперёд, одна нога слегка волочилась от усталости. Лёгкие горели. Мышцы пульсировали. Но он увидел свой шанс.

Норд не поднял защиту снова.

Вместо этого — он улыбнулся.

Не безумная ухмылка. Такая, что рождается из глубокого удовлетворения. Такая, что появляется на лице воина, когда его испытали по-настоящему, и он пролил за это кровь.

Джалил ответил чистым апперкотом, который прошёл прямо по центральной линии.

Ноги норда оторвались от земли — всего на дюйм — прежде чем его тело с глухим стуком рухнуло на землю, плашмя на спину, раскинув конечности.

В воздухе повисла тишина.

А затем ринг взорвался.

Взревели голоса. Взметнулись кружки. Десятки редгардов и нордов закричали одновременно, смешивая недоверие и ликование. Старые воины хлопали друг друга по плечам. Молодые указывали пальцами и улюлюкали. Кто-то на краю кричал, требуя ещё. А в центре всего этого отец норда взревел от безудержной радости.

— ВОТ как это делается! — прорычал он, врываясь в круг с громовыми шагами. — Настоящий бой! Боги всемогущие!

Он смеялся так, будто это было лучшее, что он видел за последние годы, схватил сына за руку и с гордым кряхтением поднял его на ноги. Парень поморщился, всё ещё ошеломлённый, но улыбнулся в ответ сквозь разбитую губу и опухшую челюсть. Его взгляд не отрывался от Джалила.

Джалил выдохнул, его плечи слегка опустились, а рёбра пульсировали с каждым вдохом. Он повернулся, когда волна аплодисментов и криков нахлынула на него, и заметил её.

Кассию.

Она стояла сразу за рингом, капюшон всё ещё был низко надвинут, а несколько выбившихся рыжих прядей ловили свет. Её губы изогнулись в лёгкой улыбке — тихой, гордой. Она не сводила с него глаз. Она показала знак движением пальцев и лёгким наклоном головы: — Ты идиот.

Он ухмыльнулся сквозь пот, синяки и боль в челюсти.

— И я тебя люблю, — ответил он знаком, просто, ясно, только для неё.

А затем его поглотила толпа — воины тащили его в центр, хлопали по спине, кто-то совал ему в руку флягу, другой требовал реванша. Джалил только смеялся. Предки, помогите ему, он жил ради этого.

Отец норда подошёл ближе, его ухмылка была широкой, а дыхание всё ещё тяжёлым от смеха.

— С меня выпивка, — сказал он, его голос громыхал, словно сдвигающийся валун.

Джалил ухмыльнулся, разминая плечо, всё ещё чувствуя боль там, куда попали кулаки Горруна.

— Вообще-то, — сказал он небрежным, но чётким тоном, — я бы предпочёл завербовать тебя и твоего сына в отряд моего господина.

Бровь норда поднялась, ухмылка сменилась любопытством.

— О? — сказал он, теперь рассматривая Джалила более внимательно. — И что такого особенного в этом вашем отряде?

Джалил вытер пот с челюсти и встретился с мужчиной взглядом.

— Его возглавляет мой господин. Да, он благородный, но не из тех, кто гонится за песнями или статуями. Ему плевать на славу. Он просто хочет видеть, как Доминион истекает кровью. И он сделает всё, чтобы они проиграли.

Норд фыркнул.

— Благородный, которому не нужны честь и слава? Пф.

Джалил медленно покачал головой.

— Нам тоже. — Он выдержал паузу. — Мы не те, кто стоит перед армиями со знамёнами и трубами. Мы те, кто будет сжигать их припасы, обрушивать мосты и вырезать их офицеров прежде, чем они нас увидят.

Улыбка норда вернулась — на этот раз меньше, сдержаннее, но гораздо искреннее.

— Вот как? — сказал он.

Джалил кивнул.

— Ты сам сказал. Хороший бой есть хороший бой. А Доминион идёт на нас, думая, что уже победил.

Глаза мужчины задумчиво сузились. Он взглянул на своего сына, который стоял рядом с разбитой губой и нетерпеливым блеском в глазах.

— Меня зовут Дорран, — наконец сказал отец, сжимая предплечье Джалила. — А с Горруном ты уже познакомился. Мы тебя выслушаем.

http://tl.rulate.ru/book/138776/7241985