Готовый перевод Восхождение Соли: Глава 53: Фатальный срыв

«Всё неправильно и не так! — думала Десилия с мокрыми глазами, подготавливая магию. — Этот слабак должен был сдохнуть тут от рук этой мрази Квазара, а я бы пришла и забрала артефакт тьмы».

— Но почему я в итоге проиграла?.. — дрожал её шёпот.

Несмотря на подавленное состояние мага, круги позади неё продолжали вращаться, вспыхивая ещё ярче, чем прежде. Им было плевать на её чувства, их цель — уничтожить Соль, используя всю ману, что есть. Даже если это будет значить поражение хозяйки.

«Магия — всего лишь инструмент для убийств, поэтому... — пыталась принять происходящее она. — Ах! Всё равно не могу избавиться от чувства поражения! Почему же?!»

За спиной девушки воздух разорвался чудовищным рёвом магии — ужасающим, предвещающим смерть Соли. Магические круги, наконец, ослепительно вспыхнули, извергая из себя лучи плотного света.

Свист магии превратился в пронзительный вой за то мгновение, что прошло после пуска заклинания. Сгустки света устремились прямо в туловище парня, оставляя за собой шлейф света.

Всего десяток световых лучей на огромной скорости достиг своей цели за меньше чем секунду. Каждый из них принёс с собой ненависть Десилии и одновременно доказательство её поражения.

Момент столкновения принёс много боли, но не Соли.

Магия впилась в плоть с глухим рвущимся звуком. Первые три луча прошли сквозь ребра, и вышли на обратной стороне спины, издавая противный треск. Осколки костей взлетели в воздух, смешиваясь с кровавой дымкой от ран.

Ещё четыре врезались прямо в середину туловища. Удар пришёлся по почкам и кишечнику — парные органы с глухим звуком взорвались, выплёскивая наружу жёлтую жидкость. Она вылилась на каменные плиты вместе с кровью и тканью органов.

Печень разорвалась, смешивая свою желчь с кровью, создавая неприятный и мерзкий запах, быстро распространившийся по комнате. Кишечник лопнул, выплескивая содержимое в организм.

Последние три луча пришлись по разным местам — пара вонзилась в ключицу, разрушая кость с противным хрустом и выливая обильное количество крови наружу, а последняя прямо в сердце.

Уже раненый орган больше не бился, так что это было бесполезно и не принесло ему больше вреда.

На полу с каждой секундой растекалась огромная лужа из желчи, мочи и крови. Под звук льющейся жидкости её размер увеличивался, а едкий, горький запах заполнял всё помещение.

Соль, учуяв его, вышел из ступора и с ужасом осознал, что произошло.

— К-как подобное возможно... — его голос дрожал.

— Я... Я сама не понимаю... — пробормотала Десилия.

Роза стояла на трясущихся ногах, истекая кровью от множественных ран, и ухмылялась, глядя прямо в изумрудные глаза своего врага, пока по её телу разливалась адская боль.

Тем не менее, она терпела и вовсе не умирала, даже с остановленным сердцем, что искренне удивило всех.

— Почему ты ещё жива? — сделала шаг назад девушка-маг. — Твоё тело... Оно же изранено...

— Спасибо тебе, Соль, — произнесла Роза, игнорируя свою убийцу. — Хоть и после моей смерти, но ты открылся...

Из её рта раздался кашель, и потекла кровь. Алая жидкость разлилась по губам и стала медленно стекать по подбородку вниз.

— Набрался смелости и высказал этой лицемерке всё, что думаешь о ней, — продолжила она, терпя огромную боль. — Похвально... После всего, я не позволю тебе умереть...

Под ногами Соли раскрылся магический круг, представлявший собой сложное переплетение формул и надписей. Его зелёный свет вспыхнул ярче, а парень ощутил всем своим телом разряд маны, прошедший по нему.

— Ты проиграла, мерзкая тварь, — указала женщина дрожащим пальцем на Десилию. — А ты, Соль, живи, искренне прошу тебя...

Помещение в следующий миг окатило ослепительным свечением — малахитовый свет огромным потоком хлынул из магического круга. Эта вспышка заставила Десилию инстинктивно зажмуриться, настолько яркая она была.

«Чёрт! Что за...» — лишь успела подумать девушка, перед тем, как ослепнуть на несколько секунд.

***

Лёгкий ветерок, словно невидимая рука, ласкал каждую травинку устилавшего землю ковра, сбрасывая с него маленькие капли. В такт этому танцу покачивались дикие цветы, разноцветные лепестки которых спокойно плавали в воздухе.

С одинокого дерева, стоявшего посреди поля, словно его хранитель, по ветру парили изумрудные листья дуба. Они медленно опускались вниз, на мокрую траву, дополняя её сказочный образ.

Высоко над полем пролегало бездонное лазурное небо, чистое и безупречное, без единого облачка, как и было утром. Солнце уже поднялось выше, размывая утреннюю прохладу своим тёплым золотым светом.

Птичий хор постепенно смолкал, его певцы улетали всё дальше, покидая единственное дерево и уступая место дневной тишине, нарушаемой лишь шелестом листьев.

Вся эта гармония стихии предстала перед Солью — величественная и радостная.

Но только среди всей этой красоты природы он чувствовал боль.

Душевные терзания, что стали настоящим адом, несмотря на внешнее умиротворение мира вокруг него. Мысли неслись с бешеной скоростью, но были полны лишь мучений: «Меня спасли... Почему?.. Больно... Только боль... Меня нет...»

— Ничтожество и слабак, — произнесла Десилия перед ним. — Вот ты кто и я всегда так думала, с самой первой встречи!

Её сладкий голос теперь казался таким едким и неестественным. Словно всё это звучало у него в голове, а не в реальности.

Соль поднял глаза на пространство перед собой, ожидая увидеть свою бывшую напарницу. Его пустой взгляд выражал не просто отчаяние, а сломленность — сил больше не было, и отныне не могло быть.

Лицо, покрытое потом, изображало усталость: уголки губ оказались опущены, а веки были настолько тяжёлыми, что он едва мог поддерживать их, с трудом моргая. Чувство безнадёжности усугубила фигура перед ним — девушка, ненависть к которой была огромна, как лавина.

Её белая мантия развевалась на ветру, но не отдавала бликами в глаза парня, как это было прежде. Теперь она выглядела так театрально и неестественно, будто макет, который можно легко починить.

— И ты тут... — его шёпот заглушился в гуле собственных мыслей.

— Я победила, твои друзья мертвы, хех! — надменно с широкой ухмылкой произнесла она.

«Заткнись. Не хочу тебя больше видеть, — утонули слова в потоке нескончаемых мыслей и бессильной панике. — Ненавижу тебя всей душой, как и себя — жалкое существо, неспособное убить или защитить...»

Веки, будто читая мысли, рухнули, погружая весь мир во тьму. Вместе с этим и голос Десилии пропал, но хаос внутри головы — нет. Только усилился, из-за чего паника возросла многократно.

«Жалкий... За меня отдали жизнь! Я никого не смог защитить и не стал сильнее, как обещал себе! — прослезились глаза. — Почему я столь... плохой? Жалкий? Тупой? Ответьте мне кто-нибудь! Прошу!»

Тьма рассеялась, и мозг увидел образ — самый знакомый, но который Соль за всё время едва не забыл. Это была не фантазия, а невольное погружение в тот мир, где все ещё были живы.

Глаза Канина, полные разочарования, глядели на парня, пока на лысой голове мужчины красовались ожоги. Его шею украшал знакомый шрам от меча — полученный уже давно.

— За что я умер? — произнёс он, мотая головой. — Ради такого жалкого сопляка, неспособного даже прислушаться к моему совету?

«Нет! Я же прислушался!»

— Верно, но мир уже сломал тебя, и моя смерть оказалась напрасной...

«Я... Я не хотел! — истерично пытался крикнуть Соль. — Пожалуйста... Не вините меня...»

— Ещё и бедная Софья погибла из-за тебя — проигнорировал его Канин.

«Софа...»

Рядом с Канином возник новый образ — девушка с растрёпанными каштановыми волосами и голубыми слезливыми глазами. Она смотрела в тёмный пол с некоторой грустью, но затем подняла свой разочарованный взгляд на Соль.

— Не называй меня так! — крикнула она. — Я умерла... именно из-за тебя...

Эти слова, словно разрезали сердце напополам. Соли показалось, что его горло наполнила кровь, а брюхо вновь оказалось проткнуто копьём. Огонь окатил его туловище с новой силой, заставляя поморщиться.

«Я пытался! У меня почти получилось! Это вина Десилии...»

— Нет, ты же прекрасно понимаешь, кто виноват, — твёрдо ответила Софья. — Не смей перекладывать вину.

«Верно...» — смирился он.

— Это моя вина... — тяжело упало с его губ.

«Я жалок?» — мысленно продолжил парень.

— Очень! Ты невероятно жалок, даже больше, чем я в мании или депрессии! — появился энергичный и такой знакомый голос.

Появился знакомый образ — тот, кто умер наиболее бессмысленно, но был дорог Соли. Им был всё такой же весёлый и бодрый Роланд.

— Так что? Не думаешь умереть? — продолжил он давить. — Будем ждать Немирака или уже совершишь суицид, жалкий червь? Понимаешь, будучи в худшем положении, я держался лучше и умер из-за тебя!

«Да... Я виноват во всём... Без меня вам было бы лучше... — с глаз парня потёк поток слёз. — Может мне и вправду лучше умереть?.. Всё равно ничтожен... Такой жалкий и...»

Смешок отвлёк его от своей мысли.

— И очень плохой друг, ха! — прервал его Немирак. — Ещё и предатель получается.

Образ учёного в очках стоял, положив руку на плечо Роланда. На лице красовалась хищная ухмылка, а белый халат чуть развевался от лёгкого ветерка. В отражении очков можно было увидеть копьё в брюхе Соли.

— Я ставил на тебя высокие надежды, но видно ошибся, — почесал он голову. — Конечно, меня можно назвать злодеем, только вот тебя тоже!

«Немирак... Я не хотел тебя убивать...»

— Ты сделал это и действие не отменить.

«Я искуплю свою вину... Дайте мне побыть в тишине... Прошу!»

— Тишины не дождёшься, ведь осталось ещё кое-что важное — ты не оправдал ничьи надежды.

Ответа от Соли не последовало. Ком вины и обиды сдавил его горло настолько сильно, что ему стало больно. Ко всему прочему добавился огонь, что разливался по туловищу. Больше нельзя было так жить.

— Самоубейся! — произнесли в унисон все голоса. — Соверши суицид, тебе нет места в мире!

— Я... — не смог ответить парень.

«Должен, ведь ничего не добился и из-за меня лишь умер очередной человек — я заслуживаю смерти...»

Мир расплылся, словно краски под дождём. Даже за закрытыми веками силуэты поплыли, скрывая свои лица. Тело онемело, скованное невыносимой болью в туловище, будто внутри разгоралось пламя.

Лишь правая рука, сжимающая рукоять меча, ещё подчинялась ему — дрожала, словно боясь исполнить последний приказ своего хозяина.

— Суицид! — голоса в голове слились в единый нарастающий хор, отбивая такт безумия. — Умри! Умри! Умри!

«Больше нельзя... Такому, как я... не место среди живых...»

Мысль пронеслась и моментально угасла, уступив место бездонной пустоте в сознании. Её заполняли лишь крики — уже погибших друзей, что теперь требовали его смерти в едином порыве. Их слова разрывали сердце в клочья с каждым криком.

Клинок в его руке внезапно стал невесомым, словно перо. Лезвие взметнуло в воздух с завывающим свистом, который нёс только смерть, но не врагам, а владельцу, предвещая конец его истории.

Остриё нацелилось в эпицентр боли — в живот, где пылал фантомный огонь, выжигающий душу с каждой секундой. Это было то самое место, откуда страдания распространялись с многократной силой, и психически, и физически.

Теперь оно станет концом всех его мучений, хоть и было их причиной.

Осталось лишь одно движение. Тот самый последний рывок, который оборвёт всё.

— Хватит жить! — хор голосов взвился до визга, и среди них прорезался новый — чистый, ясный, принадлежащий Розе. — Не заслуживаешь! Только смерть — искупление!

«Прощайте... все...»

Эти слова в голове вспыхнули в пустоте, как последняя искра. Такая же мёртвая, как Софья.

И он рванул меч на себя, сопровождаемый аплодисментами мёртвых друзей.

Лезвие вошло в плоть с влажным хрустом, легко, будто резало не человека, а воду. Столь же бессмысленно это было. Остриё вышло со спины, обагрённое алой жидкостью. Кровь хлынула бурным потоком, брызгая траву и грунт.

Голоса стихали — не сразу, а удаляясь, тая в пугающем мраке.

Сознание угасало, но боль не отпускала — секунды длились вечно, пока Соль тонул в этом потоке безумия. Последние мысли выжигались, как и воспоминания, а тело тряслось, пытаясь выжить.

Через минуту — его, возможно, больше не стало.

http://tl.rulate.ru/book/138514/7745851