Готовый перевод Naruto: God of Fun / Наруто: Бог Веселья: Глава 113: Танцы с Девятихвостым? 📷

Увидев, с каким предвкушением и нездоровым блеском в глазах Ято смотрит на неё…

…Кушину снова пробрало до костей, а по коже побежали мурашки.

— Да что такого-то? Просто на лиса посмотреть, — не выдержала Цунаде. — Зачем ты строишь такую мерзкую рожу? Меня от неё тошнит.

Что поделать, Ято в этот момент откровенно ломал комедию.

Впрочем, в этом и был весь Ято. Наглый, эксцентричный и вечно напрашивающийся на неприятности.

— Прости, Ято, — вздохнула Кушина, — но я пока не могу. С моими нынешними способностями мне это не под силу.

Она положила руку на живот, где под одеждой скрывалась сложная вязь печати.

— Я ещё не до конца восстановилась. Почти вся моя чакра уходит на то, чтобы сдерживать эту печать. Я пока не могу ей управлять.

На самом деле она очень надеялась, что Ято сможет ей помочь.

В конце концов, нести это бремя в одиночку было слишком тяжело.

У неё не было ни гениальных талантов Мито в искусстве печатей, ни десятилетий опыта, которые были у её предшественницы.

Выслушав её, Ято лишь хитро улыбнулся.

— Пф-ф, — фыркнул он с насмешкой, — делов-то. Это же элементарно.

И не успела Кушина и слова сказать в ответ, как в его глазах вспыхнул знакомый алый узор – Мангекьё Шаринган.

Минато, который не понимал, что происходит, не стал паниковать или бросаться на Ято с кулаками. Вместо этого он, как разумный человек, повернулся к Цунаде за разъяснениями.

— Цунаде-сама, что он делает? Это не повредит Кушине?

Принцесса Слизней подошла к Кушине, провела быструю диагностику и, убедившись, что всё в порядке, ответила:

— Физически с ней всё в норме. Но, думаю, это будет сильная нагрузка на психику. Ей потом понадобится хороший, долгий отдых.

Метод, который выбрал Ято, был прост и эффективен: войти в её подсознание и поговорить с лисом напрямую.

Его целью был не тотальный контроль, а диалог. В конце концов, в этот период времени Девятихвостый ещё не был тем озлобленным монстром, каким станет в будущем. Ещё был шанс… договориться.

Шаг – и он оказался в её подсознании.

Её внутренний мир разительно отличался от того, что он видел в каноне.

Это была не та затопленная, грязная канализация, которую он помнил по подсознанию Наруто.

Внутренний мир Наруто давил, вызывал чувство безысходности. А здесь… здесь всё было иначе.

Её подсознание представляло собой огромную клетку.

Но хоть это и была клетка, она не выглядела удручающе. Вокруг были какие-то украшения, детали, которые говорили о том, что её душа ещё не сломлена.

Она сама находилась внутри этой клетки, вместе со своим пленником.

Но при этом клетка не была заперта, и она не создавала ощущения тюрьмы.

Половина этого пространства была погружена во мрак, но другая половина была залита светом, и сквозь прутья было видно бескрайнее, свободное небо.

Но в глубине этого пространства, в самой тёмной его части, стояла ещё одна клетка. Огромная, железная, внушающая первобытный ужас.

Её толстые, чёрные прутья были похожи на стены неприступной крепости, и от неё веяло безысходностью и гнетущей мощью.

И в этой крепости был заточён пленник – гигантский огненно-рыжий лис.

Его шерсть, казалось, горела, полыхая во мраке, как живое пламя. А девять медленно шевелящихся хвостов не оставляли сомнений в том, кто это.

Однако в данный момент вся его мощь была усмирена. Бесчисленные цепи, тяжёлые и прочные, опутывали его тело, приковывая к полу и стенам, словно стремясь навечно пленить его здесь.

Но и этого было мало. Его свободу ограничивали и другие, более сложные и таинственные механизмы.

Какие-то древние печати, хитроумные ловушки… всё это превращало могучего зверя, который должен был внушать трепет, в жалкого пленника, способного лишь беспомощно биться в своих оковах.

Глядя на всё это, Ято лишь вздохнул. Было очевидно, что Кушина до смерти боится своего пленника и совершенно ему не доверяет. И этим страхом она создавала невыносимое давление и для него, и для себя.

Именно поэтому Девятихвостый и был опутан всей этой грудой железа и печатей.

Да что там Девятихвостый, даже ему, простому зрителю, от одного вида этой картины становилось не по себе.

В этот момент его заметила и сама Кушина, стоявшая у решётки.

— М-да, — первым нарушил молчание Ято. — Перестраховалась ты, конечно, знатно. Я понимаю, что лис опасен, но не до такой же степени.

С этими словами они подошли прямо к клетке. Лис поднял на них голову, и в его глазах горели лишь безумие и чистая ненависть.

— Мито-сама и Третий Хокаге говорили, что он очень опасен, — тихо сказала Кушина.

— Поэтому я… я постаралась сделать его клетку как можно надёжнее.

— Если он вырвется… это будет конец для всей деревни.

Она говорила это с таким задумчивым, почти невинным видом, но слова её были полны холодной жестокости. Ято на мгновение растерялся, не зная, с чего начать её переубеждать.

'Что ж, придётся действовать по-своему', — решил он.

— Доверься мне, — сказал он твёрдо. — Если он вырвется, это будет моя вина. Я разберусь.

Он знал, что лис его прекрасно слышит, и решил попробовать зайти с другой стороны. Сыграть на чувствах.

Он повернулся к клетке и продолжил:

— Он ведь тоже живой. Если ты будешь и дальше держать его так, он никогда тебя не примет. Никогда не станет твоим союзником.

— Поэтому попробуй поговорить с ним. Ослабь хватку. Возможно, результат тебя удивит.

И эти слова были адресованы не только ей, но и тому, кто сидел в клетке.

Кушина задумалась. В его словах была своя логика. А главное – она верила в его силу. Верила, что если что-то пойдёт не так, он сможет всё исправить.

Она сделала глубокий вдох, и оковы, сковывавшие лиса, немного ослабли. В то же мгновение прутья её собственной клетки, в которой она находилась, растворились в воздухе.

Лис, почувствовав ослабление хватки, тут же оскалился, явив всю свою первобытную ярость.

Он не понимал, что связывает этого дерзкого мальчишку и его новую тюремщицу…

…но это было и неважно. Он увидел шанс вырваться на свободу и, не раздумывая, бросился в атаку.

Глядя на несущуюся на него тушу из чистой ярости, Ято лишь хищно ухмыльнулся.

Так улыбаться в подобной ситуации мог либо конченый идиот, либо тот, кто был абсолютно, на сто процентов уверен в своей победе.

И Ято, как несложно догадаться, идиотом не был.

И в следующий миг из-под ног Ято, разрывая землю, вырос гигантский призрачный скелет. Сусаноо.

И этот образ… этот гигант… он пробудил в памяти лиса самый древний и самый сильный его страх.

Он вспомнил… вспомнил того человека с такими же проклятыми глазами, который подчинил его своей воле. Вспомнил другого, который победил их обоих и запечатал его в женщине.

И с тех пор его жизнь превратилась в это жалкое существование в клетке.

Чего лис не знал, так это того, что он был не одинок. Примерно в то же время почти все его хвостатые собратья разделили его участь.

Так что, по сути, ему не стоило так уж убиваться. Все были в одной лодке.

Ято, стоя в своём гигантском аватаре, посмотрел на замершего в ужасе лиса и громко спросил:

— Эй, Девятихвостый!

— Ты тоже хочешь потанцевать?!

От этих до боли знакомых слов Девятихвостый опешил. Но Ято не дал ему и секунды, чтобы прийти в себя.

— Молчание – знак согласия! — проревел Ято. — Раз уж ты так хочешь, то я исполню твоё желание!

http://tl.rulate.ru/book/138196/7034911