Готовый перевод Solomon in Marvel / Соломон в Марвел: Глава 19: Пегас

Истинное наследие Верховного Мага?

Выражение лица Саломона было наполнено недоверием и удивлением.

С тех пор как он начал странствовать по [Тёмному Измерению], он перестал наивно полагать, что истинное наследие [Верховного Мага] относится исключительно к заклинаниям [Вишанти].

[Книга Вишанте] лежала на самой видной полке в библиотеке, и любой маг [Камар-Таджа] мог ее прочесть.

[Камар-Тадж] не был [Хогвартсом], где нужно сдавать экзамены. Сколько магии изучать и какую именно — решал каждый сам. [Древняя] полностью раскрыла магию [Вишанти] всем членам Ордена Мастеров [Мистических Искусств], ничего не скрывая.

Скрытой же оставалась лишь часть, касающаяся заклинаний [Тёмного Измерения]. Саломон знал, насколько опасны эти знания. Хотя в библиотеке и имелась информация о том, как установить контакт с [Дормамму], более глубокие тайны [Древняя] держала в строжайшем секрете.

Увидев слегка смущенное выражение лица Саломона, [Афина] рассмеялась: молодежь, что тут скажешь.

Она сказала:

— [Верховный Маг] для меня тоже молода, ей всего около тысячи лет. [Тёмное Измерение] для такого существа, как я, не является большим секретом.

Саломон захотел сбежать... Он не мог представить, как [Верховный Маг] справляется с этими долгоживущими существами.

Знания, накопленные за долгую жизнь, делали все человеческое прозрачным для них. Более того, [Афина] была [Богиней Мудрости], и Саломон был уверен, что магическое мастерство этой женщины тоже весьма велико.

«Но я уважаю силу [Верховного Мага], у нее достаточно мощи, чтобы сидеть наравне со [Всемогущим Отцом]». [Афина] даже сидя на диване походила на амазонку. Несмотря на свою соблазнительность, в ее словах чувствовалась сильная агрессия. Она продолжила:

— Я чту договор, но это не значит, что остальные [Олимпийские Боги] довольны. Они просто вынуждены склоняться перед магией [Верховного Мага]... Разве ты не задумывался: [Верховный Маг] уже достигла вечной жизни с помощью магии, зачем ей воспитывать тебя?

Саломон прищурился, и в одно мгновение в его голове пронеслось множество мыслей.

План [Древней] по отказу от телесной оболочки уже начал осуществляться. Она несла бремя защиты Земли более тысячи лет.

Эта ответственность действительно утомила ее, а постоянное вторжение [Тёмного Измерения] лишь усугубляло положение. Саломон полностью понимал желание [Древней] спокойно насладиться выходом на пенсию и отправиться исследовать тайны Вселенной.

Но тут Саломон вспомнил [Одина]. Его продолжительность жизни в [Девяти Мирах] уже не была секретом. В свое время [Один] и [Верховный Маг] сражались на равных, и Земля стала независимым [Вассалом Асгарда].

Однако наследный принц [Асгарда], [Тор], не демонстрировал присущей [Кронпринцу] мудрости. Трудно сказать, заключил ли [Один] какой-либо договор с [Древней]. [Всеотец] мог беспокоиться, что после его смерти Земля покинет [Девять Миров], а [Верховный Маг] возглавит [Орден Мастеров Мистических Искусств] и атакует [Асгард]. Поэтому [Древняя], вероятно, планировала свое освобождение от обязанностей одновременно со смертью [Одина]. Иначе не исключено, что [Один] в конце своей жизни, чтобы подтвердить величие [Асгарда], мог выбрать Землю в качестве назидательного примера.

Более того, для таких сильных существ, как [Один] и [Древняя], смерть физического тела не означала конец жизни...

В то же время Саломон начал понимать, почему [Древняя] выбрала именно его для изучения знаний [Тёмного Измерения].

Помимо [Стигматов], его собственный характер был идеален: он был невероятно ленив, а его почти полное отсутствие амбиций было совершенно непредсказуемым.

Если бы [Дормамму] искушал его силой, Саломон даже не удостоил бы Его взглядом. Если бы [Дормамму] стал нашептывать Саломону на ухо, тот, вероятно, ответил бы потоком грязной брани, не пощадив ни одну женщину-сущность вплоть до восемнадцатого поколения [Дормамму].

Сколько раз [Дормамму] обнаруживал Саломона, когда тот путешествовал по [Тёмному Измерению], Саломон, даже зная о своей неспособности сопротивляться, устраивал [Владыке Тёмного Измерения] бесчеловечную ментальную атаку, не стесняясь в выражениях. В конце концов, их отношения были обречены на вечное противостояние, так зачем церемониться?

Но когда его упрекала [Верховный Маг], Саломон только отмахивался, говоря, что подхватил эти словечки в интернете. А то, что из-за этого в [Камар-Тадже] на несколько дней пропадал интернет, это, мол, не его вина.

Если бы [Дормамму] предложил Саломону знания, тот, возможно, клюнул бы на эту приманку, поскольку только магия вызывала у Саломона истинный интерес.

[Древняя] проводила обучение именно в этом направлении: умеренность и баланс. Как правильно сдерживать свое любопытство — вот что [Древняя] пыталась преподать Саломону. Именно благодаря балансу между магическими энергиями [Вишанти] и [Дормамму] [Древняя] достигла своей нынешней мощи.

Саломон обдумал и слова [Афины]. Когда [Древняя] сложит свои полномочия, об этом узнает вся Мультивселенная. Демонические боги, которых она так долго сдерживала, вполне могут устроить безумный пир, чтобы разделить Землю. Новый [Верховный Маг] еще не успел полностью повзрослеть, поэтому Саломону придется стать лицом [Камар-Таджа], как в свое время сделала [Древняя].

Даже при самом злонамеренном предположении Саломон мог догадаться об отношении [Греческого пантеона]. Вряд ли они не таят обиды на [Верховного Мага]. Когда настанет время, и [Зевс], и Аид попытаются восстановить [Олимпийский Пантеон] на Земле.

Молодой маг подозрительно посмотрел на златовласую богиню. Он не мог понять, хороши или плохи ее отношения с остальными [Олимпийскими Богами]. Трудно было сказать, не является ли [Афина] разведчиком, посланным, чтобы прощупать отношение [Верховного Мага] к возвращению [Олимпийских Богов]. Но раз [Древняя] позволила [Афине] остаться на Земле, значит, все еще можно обсуждать.

«[Верховный Маг] не ошиблась в своем выборе, — [Афина] кивнула, увидев изменившееся выражение лица Саломона. Хотя она не могла прочесть его мысли, ее [Мудрость Звезд] позволяла ей догадаться, что он понял почти все.

Она сказала:

— Я надеюсь, что ты продолжишь миссию [Верховного Мага] и не допустишь этих богов на Землю.

— Я сомневаюсь, что это достаточная причина для того, чтобы вы протянули мне руку помощи в [Британском музее], — без эмоций ответил Саломон. Он не верил в бесплатный сыр. За любой, казалось бы, безобидной помощью могла скрываться острая сталь.

— Я ведь собираюсь жить здесь, и для этого мне нужно твое разрешение, — [Афина] раскрыла ладонь. На ней лежала маленькая белая скульптура, размером всего с пол-ладони. На ней была вырезана очень реалистичная фигура крылатого коня, а его голова была украшена изысканным позолоченным поводом.

Саломон не мог определить, из какого материала сделана статуэтка. Ее поверхность была гладкой, как мрамор, но при этом не была такой холодной, как он ожидал.

— [Пегас]? — Это было единственное, что пришло Саломону в голову. Единственный крылатый конь, связанный с [Афиной]. — Но это же Созвездие Пегаса?

— Ты думаешь, это возможно? — [Афина] была недовольна, но, проявляя уважение к [Верховному Магу] и, возможно, извиняясь перед Саломоном, смягчила тон. — Я же говорила: не путай мифы, написанные людьми, с реальностью. Тебе следует прочесть мои книги, вот что является правдой. Даже [Зевс] не способен расставлять звезды, а так называемое Созвездие Пегаса — и вовсе бессмыслица. [Пегас] — это всего лишь мой личный призванный зверь.

Она сказала:

— Когда-то я одолжила этого коня [Беллерофонту], чтобы он помог ему убить [Химеру]. А теперь я одалживаю его тебе. Срок — до конца твоей жизни.

http://tl.rulate.ru/book/137725/8505813