Готовый перевод Ink strokes on the leaves / Наруто: Я художник!: Глава 38

Глава 38.

Дни в статусе генина не были слишком загруженными миссиями. В конце концов, Орочимару не был усердным наставником, поручая задания команде лишь раз в месяц.

Впрочем, каждая миссия длилась около семи дней. И это ни разу не были задания D-ранга. Так, всего за два года Мохуко и его команда выполнили 20 миссий С-ранга и 6 миссий В-ранга — не слишком много, но и не мало. Однако, вероятно, ни у одного другого генина не было подобного послужного списка.

Мохуко и его товарищи постоянно сталкивались с шиноби или самураями. Орочимару же, наблюдал за ними из тени, не вмешиваясь в выполнение заданий.

Минато формально был товарищем по команде, но фактически выполнял роль капитана. И если Мохуко и Шиноске приобретали силу и опыт, то Минато развивал свои лидерские способности...

..........

Гора Бошико.

— Стихия Воды: Водяная Пуля!

Огромный поток воды, принимая форму конуса, устремился к шиноби. И прежде чем тот успел среагировать, его тело насквозь пронзила водяная струя, вызвав мгновенную смерть.

— ААА!!! Мохуко блин, ты опять украл мою добычу! — возмущённо закричал Шиноске, подбегая сбоку и сердито глядя на друга.

Мохуко невозмутимо улыбнулся: — Просто ты слишком медленный. Я уже разобрался со своим противником, а ты всё ещё возишься.

— Ну и что! Я просто заинтересовался его техникой, и хотел немного потренироваться в бою, — надулся Шиноске.

— Тебе следует благодарить, что не вмешался Минато, иначе ни один из нас не успел бы никого одолеть, — усмехнулся Мохуко.

Шиноске в ответ лишь недовольно скривил лицо. Действительно, скорость, с которой Минато убивал противников, была просто ненормальной. Будь то генин или чунин — всё заканчивалось в одно мгновение. Из-за чего, Шиноске даже задумывался о том, что через несколько лет Минато, возможно, будет так же мгновенно расправляться и с джонинами. И от одной только мысли об этом становилось жутко.

— Не стоит представлять меня таким монстром. — внезапно рядом с ними появился Минато, используя технику мгновенного перемещения.

— Минато, твоя техника перемещения становится всё быстрее и быстрее, — восхищённо заметил Мохуко.

Минато мягко улыбнулся: — Ладно, нам пора возвращаться. Орочимару-сама ждёт нас.

— Хорошо.

..........

Коноха. Резиденция Хокаге.

Третий с мрачным выражением лица изучал лежащий перед ним отчёт. Орочимару стоял рядом.

— Проклятье! — Хирузен в ярости швырнул документ на стол.

Орочимару, видя такую реакцию, удивлённо спросил: — Что случилось, Сарутоби-сенсей?

— Прочти сам.

Орочимару взял отчёт, и, бегло просмотрев его, нахмурился: — Третий Казекаге исчез?

— Именно. Причём пропал он на границе, и теперь Сунагакуре подозревает нас и требует объяснений.

— Хм, как интересно ведёт себя Сунагакуре. Потеряли своего Казекаге, но осмеливаются вести себя столь дерзко. Да и сам, так называемый сильнейший Казекаге в истории просто напросто исчез — какая ирония, — в глазах Орочимару промелькнул холодный отблеск, а выражение его лица выдавало презрение.

Сунагакуре? Всего лишь самая слабая из пяти великих деревень.

— В Сунагакуре тяжёлые условия для жизни, и они всегда были настроены воинственно. Боюсь, теперь у них появился повод начать войну, — вздохнул Хирузен, явно не питая оптимизма относительно будущего.

— С исчезновением Казекаге, вероятно, деревней руководит та старуха Чиё. Её сын и невестка погибли от руки Сакумо, и она жаждет мести.

— Это и меня беспокоит. Она вряд ли отступит.

— Пусть приходит, если хочет. Сунагакуре не стоит нашего внимания, — беспечно отмахнулся Орочимару.

— Если бы дело касалось только Сунагакуре, то это не было бы проблемой. Но как только они начнут действовать, остальные три деревни также не останутся в стороне. И цепная реакция после этого может привести к новой мировой войне.

— Хм, Сарутоби-сенсей, это уже не нам решать. К тому же, за последние два года все деревни проявляют признаки активности. Война — лишь вопрос времени. Сейчас деревня в значительной степени восстановилась. Новое поколение дало множество талантливых шиноби. Мы готовы к войне, — Орочимару облизнул губы, словно предвкушая грядущие события.

— Эх. Из-за этой войны, мы снова потратим только что восстановившиеся силы...

— Сарутоби-сенсей, сейчас не время для таких мыслей.

Третий глубоко затянулся трубкой и неспешно выдохнул дым. Глядя на клубящийся белый дымок, он тихо произнёс: — Орочимару, немедленно вызови Джирайю и Цунаде.

В глазах Орочимару проблеснула искра, и он тихо ответил: — Да, Сарутоби-сенсей.

Два почтовых ястреба взлетели из Конохи, отправившись на поиски двух легендарных фигур, отсутствовавших в деревне уже три года...

Улицы Конохи.

— Блин, такая скукота. Мохуко, чем мы займёмся сегодня? — протянул Шиноске.

— Если тебе так скучно, то почему бы не потренироваться со мной? — предложил Мохуко.

Шиноске закатил глаза, уже почти не находя сил на споры с товарищем: — Мохуко, ты такой скучный. Всё время думаешь только о тренировках. Иногда нужно и расслабляться.

— Всё равно делать нечего, — пожал плечами Мохуко.

— Я же говорю, скукота. Кстати, куда пошёл Минато?

— Сегодня нет миссий, так что, думаю он отправился к Кушине.

— Странно, как Минато может встречаться с Кушиной, учитывая её вспыльчивый характер? Они совершенно не подходят друг другу. Кажется, что Минато будет вечно под каблуком. — Шиноске выразил своё беспокойство о будущем Минато.

— Ты просто не понимаешь. Кушина очень нежна с братом Минато.

— Правда? Трудно представить её нежной. — Шиноске попытался представить это, и по его телу пробежали мурашки.

Пока они шли и разговаривали, они заметили множество родителей, ведущих детей в академию шиноби.

— Сегодня день начала занятий в академии? Так много людей, — удивился Шиноске.

— Думаю, да. Кажется, сегодня как раз вступительные экзамены.

— Вот как. Время так быстро летит, мы уже три года как выпустились. — Шиноске непривычно задумчиво произнёс эти слова.

Мохуко кивнул, также ощущая быстротечность времени. 

— Эй, Мохуко, смотри! Это же Сакумо-сама! — восторженно указал Шиноске на вход в академию.

— Сакумо-сама? — Мохуко на мгновение замер, не сразу поняв, о ком речь.

— Ну, Белый Клык Конохи! Его имя известно даже больше, чем имена Саннинов!

Услышав подсказку, Мохуко сразу вспомнил. Белый Клык Конохи, легендарный шиноби, чья слава превосходила даже Трёх Саннинов. А также отец Хатаке Какаши.

Мохуко посмотрел в указанном направлении и увидел мужчину с серебристо-белыми волосами, на вид около тридцати лет. На чьем лице читалась какая-то неизъяснимая усталость, но даже так, уголки губ были приподняты в мягкой улыбке.

Этот человек явно не производил впечатление холодного или отстранённого. А рядом с ним стоял мальчик лет пяти, у которого были такие же серебристо-белые волосы, его лицо было скрыто под маской, а в глазах читалась надменность. И если Мохуко не ошибался... Это был Хатаке Какаши!

http://tl.rulate.ru/book/137694/6732637