Готовый перевод Demon Slayer: The beginning of an immortal sword / Убийца демонов: Начало создания бессмертного меча: Глава 90

Приближался следующий этап общенационального турнира.

Соревнования на разных стадионах завершились, и стали известны восемь лучших команд этого года: Фудоминэ, Риккай, Нагоя Сэйтоку, Хётэй, Сисигаку, Макиното, Сэйгаку и Ситэнходзи.

Следующим соперником Фудоминэ стала Нагоя Сэйтоку, а Сисигаку предстояло сразиться с Риккай. Похоже, для них путь в этом турнире подошел к концу.

Хётэй играл с Макиното. Акаси подумал, что если Макиното в этом году даже в четверку сильнейших не попадет, Бедоин, узнав об этом, наверняка выйдет из себя. И наконец, Сэйгаку предстояла игра с Ситэнходзи. Хотя Сэйгаку и стали намного сильнее, Акаси считал, что выиграть у Ситэнходзи им все равно не под силу.

Однако, если Сираиси сейчас встретится с Фудзи, его точно разгромят в пух и прах. Только непонятно, смогут ли эти двое снова встретиться на этом турнире.

Четвертьфиналы должны были пройти завтра, поэтому все на автобусе отправились в отель. Так как народу в этот раз было много, Акаси договорился, чтобы всех разместили в отеле, принадлежащем их группе компаний. В этом же отеле остановились и ребята из Риккай.

Недалеко от этого отеля, на другой улице, в гостинице из группы компаний Атобэ остановились игроки Хётэй. Кроме того, Атобэ забрал туда и всех из Сэйгаку. Наш дядя Атобэ в этом вопросе не уступит Акаси.

Тренер Ситэнходзи Ватанабэ Осаму и основные игроки команды смотрели на уходящие четверых команд с откровенной завистью. Весть о том, что Фудоминэ и Хётэй забронировали целых две гостиницы, уже давно облетела всех, и все вздыхали, что хорошо быть богатым.

В этот момент к ним подошел мужчина средних лет в одежде дворецкого, поклонился Ватанабэ Осаму и сообщил, что для них тоже приготовили номера, и он проводит их туда.

Этот дворецкий, конечно, был человеком Акаши, по имени Танака. Стоит иметь в виду, что после национального турнира Акаши собирался пригласить всю команду Ситэнхоудзи на совместные тренировки. Сейчас как раз самое время наладить хорошие отношения и устроить первую притирку.

Услышав такое, ребята из Ситэнхоудзи тут же приободрились. Таира Йошиюки выпалил без обиняков:

– Наконец-то мы не будем торчать в этом убогом пансионе! Этот Асу такой скупой, ему на нас наплевать!

– Не неси ерунды, дурень! Не так уж всё и плохо! Вы отправляйтесь в отель, а я разберусь с выселением из пансиона. Не знаю, вернут ли залог! – Ворчливо ответил Ватанабэ Хидэки.

Ватанабэ Хидэки хоть и не понимал, почему люди из Тохо предоставили им гостиницу, но, как говорится, грех не воспользоваться халявой. Какими бы ни были причины, Тохо сейчас новая главная сила в Канто, и махинациями они точно заниматься не станут.

Приехав в отель, Ватанабэ Хидэки увидел там и команду Риккай. Это его окончательно успокоило. Он подошёл к номеру Акаши и принялся его горячо благодарить. Акаши лишь улыбнулся и сказал, что всё это мелочи и не стоит внимания.

На следующий день, в Осакском префектурном спортивном зале, вновь собрались школы, вышедшие вчера в четвертьфинал. Сегодня им предстояло сразиться за место в четвёрке лучших на национальном турнире. В отличие от прошлых соревнований в Канто или столице, на национальном уровне не было третьего места, только первое и второе. Школы, проигравшие в полуфинале, выбывали сразу и вместе с финалистами составляли "четвёрку лучших".

Так что сегодняшние матчи обещали быть невероятно напряженными, особенно для таких команд, как Сэйгаку, которые много лет не добирались до национального турнира!

Когда Акаши привел всех к месту проведения соревнований, он обнаружил, что люди из Нагои уже прибыли. Акаши взглянул на разные расы по ту сторону корта и сразу понял, что Нагоя всегда привлекала студентов-иностранцев для участия в играх. Неудивительно, что их команда была частым гостем в четверке сильнейших на национальных соревнованиях.

Думая об этом, Акаши невольно бросил взгляд на Курасаки, стоявшего рядом. Если бы не он, Курасаки через два года стал бы игроком команды Нагои, а затем был бы полностью разгромлен Шохаем.

Но теперь всё изменилось. Сила Курасаки значительно превзошла его способности в оригинальной истории, его собственные таланты были полностью раскрыты. В будущем он станет одной из основных сил японской сборной до 17 лет.

С другой стороны, когда иностранные студенты из Нагои увидели прибытие команды Фудоминэ, все они выразили презрение, их лица были полны насмешек, а некоторые даже засвистели, явно провоцируя соперников.

Неудивительно, что они вели себя так. Статус японского тенниса в мире был слишком низок. Помимо Нандзиро много лет назад, выдающихся фигур не было. Было бы странно, если бы эти иностранные студенты из Европы и Америки могли смотреть свысока на игроков Фудоминэ.

Но на этот раз они нарвались на стену. Члены команды Фудоминэ, которые наблюдали за игрой, уже смотрели на них взглядами, полными презрения, будто на мертвецов. Они прекрасно знали, какие монстры играли в основе их школьной команды. Они осмелились так провоцировать их перед матчем. Это было равносильно тому, чтобы напрашиваться на смерть.

Акаши и другие выглядели очень спокойно, несмотря на провокации со стороны Нагои. В любом случае, позже им придется заплатить за свои действия, так что тратить слова на них было бесполезно.

Иностранные студенты, увидев, что игроки Фудоминэ никак не отреагировали, подумали, что те испугались, и засмеялись ещё громче. Только когда судья остановил их, они немного успокоились.

Вскоре Акуцу вернулся с разминки. На его лице застыло тираническое выражение, и он недобрым взглядом окинул скамейку запасных противника. Хотя под присмотром Акаши Акуцу и научился лучше контролировать свой нрав и не вспыхивать по пустякам, это вовсе не означало, что он стал мягкотелым.

Скоро судья объявил о начале матча и подал знак игрокам обеих команд выйти на корт. Возможно, из-за того, что один из игроков был иностранцем, судья специально объявил гражданство оппонента.

Третьим одиночным игроком от команды Нагои был Мигель Эрнандес из Мексики. Говорили, что он учился в третьем классе средней школы, но его настоящий возраст оставался неизвестным. В конце концов, иностранные студенты могли начать обучение на год или два позже по разным причинам.

Когда оба игрока подошли к сетке, чтобы разыграть право первого хода, Эрнандес посмотрел на Акуцу, рассмеялся и сказал:

- Эй! Парень! Теннис не для таких азиатов, как ты. Советую сразу признать поражение!

Увидев, что Акуцу никак не отреагировал, а лишь одарил его жестокой улыбкой, Эрнандес вдруг понял:

- О! Прости! Забыл, что ты, возможно, не понимаешь английского. Какой жалкий малыш!

К сожалению, он не знал, что Акуцу был отличником по всем предметам. Базовый английский не составлял для него ни малейшей проблемы. Не понять он просто не мог. Просто Акуцу не был в настроении, чтобы обращать на него внимание.

Эрнандес выиграл подачу и с улыбкой человека, который уже одержал победу, направился к базовой линии. Судья же официально объявил о начале игры.

- Игра начинается! Нагоя подает первой!

Эрнандес встал на базовую линию, достал теннисный мяч, проверил его упругость, затем подбросил высоко вверх, взмахнул ракеткой и нанес удар. Теннисный мяч перелетел через сетку и полетел в сторону задней зоны корта Акуцу.

Акуцу оказался у линии, куда приземлился мяч. Увидев отскок, он тут же ударил. Мяч, точно нацеленный в левый угол площадки Эрнандеса, пронёсся с невероятной скоростью и вылетел за пределы корта.

- 0-15!

- Что?! О Боже! Это невозможно! – вскрикнул Эрнандес, не веря своим глазам.

Акуцу с жестокой усмешкой смотрел на противника. Это было лишь начало, и он явно не собирался щадить иностранца.

Эрнандес снова подал с задней линии, вложив в удар всю силу. Мяч летел значительно быстрее, чем раньше, но для Акуцу это не имело значения.

Принимая мяч, Акуцу заметил, что Эрнандес уже сместился вправо. Холодно усмехнувшись, он, казалось бы, неудобным движением направил мяч по прямой. Тот пронёсся мимо Эрнандеса, попал точно на линию и вылетел за пределы поля.

- 0-30!

- Нет! Как ты мог отбить такой мяч?! – с негодованием крикнул Эрнандес.

Следующие два мяча Акуцу также отбил, принимая странные позы и отправляя мячи совершенно не туда, куда ожидал Эрнандес. Тот чувствовал себя ужасно неловко, лишь наблюдая, как тают его очки.

- 0-40!

- Гейм! Фудоминэ! 1-0!

Во втором гейме подавал Акуцу. Стоя на задней линии, он посмотрел на Эрнандеса и наконец заговорил по-английски:

– Игра окончена! Пришло время отправить тебя повидаться с Богом!

Эрнандес не понял английских слов Акуцу. Он увидел, как в руке противника теннисный мяч засветился золотистым светом, почувствовав огромную опасность. Но увернуться было поздно: мяч уже летел к нему.

- [Световой выстрел!]

Так как это был первый матч, Акуцу всё ещё сдерживал силу своего светового удара, чтобы тот не разрушил корт. Теннисный мяч испускал золотистое сияние и, перелетев сетку, увеличился в несколько раз. На глазах отчаявшегося Эрнандеса он врезался прямо в него.

Тело Эрнандеса отлетело назад, а затем ударилось о стену. В месте удара появились трещины, и тут же поднялось облако пыли.

- Игра приостановлена, проверьте состояние игрока соперника! - С судья среагировал моментально. Перед началом игры все судьи получили уведомление о возможных проблемах, которые могли возникнуть в матчах Фудоминэ.

После того, как медицинский персонал подтвердил состояние Эрнандеса, они покачали головами, и судья тут же объявил:

- Поскольку игрок Нагои не может продолжить матч, игра закончена! Счет 1-0! Победа Фудоминэ!

Члены команды Фудоминэ, собравшиеся вокруг, просто поаплодировали, не проявляя особого удивления. Они привыкли к подобному. Во время тренировок они уже видели световые удары Акуцу.

Сейчас Акуцу занимает четвертое место в теннисном клубе Фудоминэ. Недавно он даже полностью разгромил Читосе. Справиться с обычным иностранным игроком для него было легкой задачей.

В это время крепкий темнокожий мужчина гневно встал, направился прямо к скамейке игроков Фудоминэ и громко зарычал на Акуцу, который только что вернулся на свое место:

- Черт! Что ты натворил, ублюдок! Как ты смел ранить нашего человека!

Кудзицу, только что вернувшийся с разминки, холодно блеснул глазами и медленно напрягся, готовый в любой момент броситься в атаку. На лице Акуцу тоже мелькнуло убийственное намерение, но в этот момент несколько судей подбежали, остановили развитие ситуации и строго отчитали темнокожего игрока, призывая его отступить.

Мужчина смог лишь неохотно отойти назад, но по-прежнему бормотал что-то невыносимое. Однако на самом деле его негодовал не столько из-за травмы товарища, сколько из-за того, что Акуцу заставил их потерять лицо.

После того как всё улеглось, судья объявил о начале парного матча. По совпадению, одним из игроков оказался тот самый темнокожий парень. С озлобленным лицом он уставился на Курасаки и Кидзи, вышедших на корт.

Он даже показал им жест, символизирующий перерезание горла, за что тут же получил предупреждение от судьи. Впрочем, европейская внешность Курасаки всё равно его удивила.

Оба игрока из Нагои были из Соединённых Штатов. Темнокожего звали Боб Джонс, а его напарника – белый парень по имени Стив Миллер. В отличие от Джонса, он не кричал, а лишь усмехался, глядя на Курасаки и Кидзи.

Когда Курасаки и его товарищ выходили на корт, Акаши сказал им не сдерживаться и полностью разгромить противников. Курасаки и Кидзи кивнули, давая понять, что поняли.

После начала игры судья понял, что ситуация выходит из-под контроля. Обе стороны намеренно били мяч в тело противника, словно играли в какой-то жестокий вариант тенниса. Однако в такой ситуации судья не мог просто так вмешаться и лишь молился, чтобы никто серьёзно не пострадал.

Хотя обе команды атаковали друг друга с неистовостью, Курасаки и Кидзи были явно сильнее, что привело к тому, что они остались невредимыми, в то время как у противников появились многочисленные синяки.

Яростные удары Кидзи заставили Джонса и Миллера смутиться. Они никак не ожидали, что противники окажутся не только более жестокими, но и, кажется, сильнее их!

– ГЕЙМ! Фудоминэ! 1-0!

– ГЕЙМ! Фудоминэ! 2-0!

– Чёртовы обезьяны! Я вас раздавлю! – кричал Джонс.

– Чёрт возьми! Что с этими двумя? Разве они не говорили, что уровень тенниса в Неоне очень низкий? – злобно воскликнул Миллер.

Курасаки и Кидзи не обращали внимания на ругательства и продолжали яростные атаки. Сетка за спинами Джонса и Миллера постепенно покрывалась вмятинами.

Не успел Миллер едва отбить очередной летящий мяч, как в глазах Тибетского Кролика вспыхнул резкий свет, и он изо всех сил ударил по летящему теннисному мячу. Мяч мгновенно превратился в призрачный крест и врезался в Джонса.

- Распятие!

Тело Джонса от прямого попадания мячом подлетело вверх, а затем застряло в сетке. Из его рта вырвался пронзительный вопль, но мяч тут же отскочил обратно.

Судья на боковой линии уже собирался объявить о приостановке игры, когда перед сеткой с помощью техники телепортации появился Му Шоу. Он изо всех сил взмахнул ракеткой по отскакивающему мячу. Мяч мгновенно исчез, а затем перед Миллером появился увеличенный в несколько раз мяч, мерцающий темным светом.

- Темный удар!

Миллер даже не успел отреагировать и получил прямой удар темным мячом в мягкий живот. Кровь мгновенно хлынула изо рта, и он рухнул на колени, хватаясь за живот, не в силах произнести ни звука.

- Пауза! Игра приостановлена!

В этот момент поспешно раздался голос судьи. События развивались в худшем направлении, что напомнило ему о прошлогодней фигуре с длинными темно- фиолетовыми волосами.

Медицинский персонал снова устремился на корт.

Они были очень подавлены. Обычно их работа была легкой, но сегодня у них даже не было времени бездельничать. Неужели эти иностранцы психически больны? Зачем они спровоцировали этих парней из Фудомина?

После того, как Джонса и Миллера вынесли, судья объявил результат игры.

- Поскольку оба игрока из Нагои не могут продолжить игру, игра окончена! Счет 2:0! Фудомин побеждает!

Теперь никто из группы иностранных студентов не выскочил вперед. Они уже почувствовали страх. Они были типичными мягкотелыми людьми, боящимися трудностей. Даже игрок, который должен был играть в одиночном разряде, не хотел выходить на корт.

Однако тот не сдавался. Иначе он бы остался без неплохих денег от Нагои. Ему оставалось только продолжать игру с гордо поднятой головой. Его противником был Тезука.

Тезука не бил изо всех сил, а просто удерживал корт и не стремился забить сразу. Он просто водил соперника туда-сюда, словно выгуливал.

Августовское солнце пекло нещадно. Хотя до полудня было еще далеко, жара стояла удушающая. Луис Хуан из Аргентины уже выбился из сил.

– Гейм! Фудоминэ! 4-0!

Как только рефери произнес это, Хуан рухнул на землю, потеряв сознание. Рефери был в полном замешательстве. Как так? На этот раз его даже не били! Но делать нечего, пришлось объявить о приостановке матча.

Медики снова выбежали на корт. Некоторые из них уже поклялись никогда больше не работать на играх Фудоминэ. Слишком выматывающе.

В итоге врачи выяснили, что Хуан упал в обморок от теплового удара. Они даже как будто выдохнули с облегчением – наконец-то хоть что-то нормальное! Затем они подали знак рефери.

Рефери лишь кивнул в ответ и с неохотой повторил свой вердикт.

– Поскольку игрок из Нагои не может продолжить матч, игра окончена! Счет 4-0! Побеждает Фудоминэ!

http://tl.rulate.ru/book/137570/6718534