- Шиничи, Шиничи! Что уставился? Где сегодняшний заработок?! - Резкий, грубый рык вырвал бледного, тощего мальчишку из задумчивости. Оборванная, висящая мешком одежда болталась на его худощавом теле, а черные волосы отливали нездоровой желтизной.
Он словно в забытьи подошел к низкому столику, выудил из грязного кармана две монеты и бросил их в глиняный горшок на столе.
- Всего двадцать монет? Бесполезный ублюдок! - снова прогремел грубый голос, но мальчик по имени Шиничи никак не отреагировал. Положив деньги, он молча отошел в угол ветхого храма, где они ютились, и присел на корточки.
Затем выстроились в очередь еще дюжина детей, младшие и старшие, одетые так же, как Шиничи, и сложили в глиняный горшок все, что им удалось выпросить. Лысый мужчина, сидевший за столиком, удовлетворенно прищурился, глядя на гору монет.
Мужчина был крепким, широкоплечим. Его охотничья куртка, хоть и не отличалась роскошью, явно выглядела лучше, чем лохмотья сидевших перед ним детей. Было очевидно, что он - главарь нищих, тот самый "черный голова", который контролировал беспризорников и заставлял их побираться, чтобы набить свои карманы. Такие типы не были редкостью в префектуре Мацудайра.
Лысого мужчину звали Хэй Сабуро. Под его "официальным" контролем находилось двенадцать детей - от пятнадцатилетнего подростка до совсем маленьких, пяти-шести лет. Но независимо от их возраста, для Хэй Сабуро они были лишь рабочими инструментами для зарабатывания денег.
Пока Охэй Сабуро пересчитывал деньги, Синдзи и другие дети получили свой ужин — маленькую тарелку черствого риса, прикрытого двумя увядшими и почерневшими зелеными овощами. Ежедневно питаясь такой пищей, неудивительно, что все они выглядели изможденными. Но каждый ребенок ел с такой жадностью, словно боялся, что иначе может попросту умереть от голода.
Проглотив рис одним махом, Синдзи своими черными, словно лишенными эмоций глазами, неторопливо посмотрел в определенном направлении.
После ужина Охэй Сабуро с горстью монет вышел наружу. Что до Синдзи и его друзей, группы не наевшихся сирот, у них не было никакого настроения играть. Все они нашли себе местечко в обветшалом храме и улеглись спать.
Когда ночь постепенно сгустилась, и на землю упал яркий лунный свет, маленькая фигурка тихонько выбралась из разрушенного храма. Его спокойные черные глаза озирали окрестности. Убедившись, что поблизости никого нет, Синдзи тихо позвал:
- Эндзи, Эндзи…
Шух! Из близлежащих кустов внезапно вынырнула маленькая тень. В следующую секунду комок шерсти закатился в объятия Синдзи. Черно-белый мех, красный язычок и пара искрящихся глаз — черная сиба-ину замахала хвостом и ласково залаяла на Синдзи:
- Ауу!
Гладя маленькую сиба-ину Эндзи, в обычно безэмоциональных черных глазах Синдзи появилась нотка нежности. Он нащупал в кармане рисовый шарик и покормил его Эндзи. Синдзи поднял голову, посмотрел на луну в небесах и тихо прошептал:
- Уже три года прошло.
Три года назад Синдзи звали совсем не так, и он даже не находился в этой стране под названием Япония. В то время он был самым обычным студентом. Он и подумать не мог, что однажды с ним произойдет волшебная история, о которых пишут лишь в романах и показывают в аниме. Он переместился во времени.
Синичи открыл глаза и увидел своё худое тело. А ещё услышал язык, на котором говорили люди вокруг, – совсем не тот, что был в его прошлой жизни. И понял: он переместился во времени.
В отличие от героев книжек и мультиков, у Синичи не было никаких волшебных штук. Обычный студент из другого мира, он не мог ничего добиться в чужой стране, где даже язык не знал.
Синичи был сиротой, даже фамилии у него не было. Выбора тоже. По воле случая, его вместе с другими сиротами забрал Охира Сабуро, чтобы использовать как инструмент для заработка. Так Синичи провёл три года в полудрёме.
Когда Синичи дразнил Юаньдзы, кто-то тихонько подошёл сзади.
Хлоп! Синичи, который только что был спокоен, вдруг подпрыгнул, резко обернулся и повалил того, кто стоял сзади, на землю. Тут же раздался удивлённый крик:
– Ух ты! Братец Синичи! Это же я!
Пять минут спустя, маленький мальчик с сопливым носом, улыбающийся без переднего зуба, с визгом гонялся за Юаньдзы, играя.
Синичи молча смотрел на эту мирную картину. Через некоторое время уставший мальчишка пришёл к Синичи с Юаньдзы на руках. Он шмыгнул носом и сказал:
– Братец Синичи, ты всегда такой. У тебя такое каменное лицо. Смотри, из-за того, что ты такой хмурый, даже Юаньдзы с тобой играть не решается. Можешь хоть немного улыбнуться?
Видимо, тронутый беззаботной улыбкой мальчишки, Синичи кивнул. И мальчонка с радостью вынул половинку дораяки и сунул Синичи в руку.
– Это мне утром добрая бабушка дала. Братец Синичи, я специально для тебя половинку оставил. Радуйся!
Шиничи смотрел на половинку дораяки в руке и чувствовал что-то странное. За три года с тех пор, как он попал в этот мир и остался сиротой, он насмотрелся на много зла и темноты. За это время в землю за этим старым храмом закопали тела четверых детей. Все они пытались сбежать.
Охей Сабуро держал этих несчастных детей в ежовых рукавицах. Чтобы его "живые машины для зарабатывания денег" не сбежали, он использовал любые способы: угрозы, уговоры. Среди детей даже были его шпионы, которые постоянно за всеми следили. Если кто-то пытался уйти, Охей Сабуро показывал такому ребенку, что значит жить хуже, чем умереть.
В таких условиях больше десятка детей жили в страхе и темноте, забыв про беззаботность и радость, которые должны быть в их возрасте. Они стали безразличными, кроме одного ребенка – Джунбо, который стоял перед Шиничи.
Хотя ему всего пять лет, его веселый нрав не изменился под влиянием сверстников. Улыбка всегда была на его лице, а изумрудные глаза сияли жизнью. Трудно было представить, что такой живой и милый ребенок, как Джунбо, может быть сиротой-попрошайкой. На самом деле, веселого Джунбо люди любили больше, чем Шиничи и других. Джунбо всегда приносил больше всех денег, и Охей Сабуро, конечно, хорошо к нему относился – к своей "дойной корове".
Джунбо каждый день говорил Шиничи одно и то же:
– Улыбнись, брат Шиничи, улыбайся почаще, хорошо?
Среди всех сирот Джунбо больше всего любил Шиничи. Несмотря на свою веселость, дети чувствуют многое. Он понимал, кто к нему действительно хорошо относится.
По сравнению с завистливыми ровесниками и Охей Сабуро, который был жаден под своей улыбкой, Джунбо больше всего ценил заботу и внимание Шиничи, даже если тот выглядел холодным.
– Братец Шиничи, я сегодня слышал историю от дедушки Танаки, который рыбу продаёт. Дедушка Танака сказал, что ночью одному выходить нельзя, а то встретишь ужасного призрака-людоеда! Призрак-людоед боится солнца, поэтому появляется только ночью! У него длинные и острые когти, и он может рычать страшнее любого зверя! – Джунбо раскинул ручки, изображая испуг и ужас.
– Призрак-людоед? Страшнее, чем призрак в этом заброшенном храме? – пробормотал Шиничи, оглядывая развалины позади себя. В глубине души этот храм казался ему куда страшнее любого призрака-людоеда, но он строил планы уже два года. Скоро, совсем скоро он сможет сбежать из этого ада!
– Но дедушка Танака ещё сказал, что помимо призраков-людоедов есть ещё охотники на призраков! Они защищают людей и побеждают злых призраков, чтобы сохранить мир! – Джунбо замахал ручками.
Шиничи погладил Джунбо по волосам и тихо сказал:
– Джунбо, можно я заберу тебя в Киото когда-нибудь? Там так много вкусного и интересного, а ещё везде на улицах продают яблоки в карамели.
Глаза Джунбо загорелись:
– Да! Поедем в Киото! Шиничи, не передумай потом!
Шиничи не придал истории о призраке-людоеде особого значения. Кто поверит в такую сказку, чтобы пугать детей? Но почему-то эта история казалась знакомой. В прошлой жизни он вроде бы слышал похожую историю в какой-то аниме-подборке. Ну да, как оно там называлось? Охотник на призраков? Впрочем, это неважно…
http://tl.rulate.ru/book/137384/6713255
Сказали спасибо 8 читателей