Готовый перевод Harry Potter: The Strongest Wizard of Hogwarts / Гарри Поттер: Сильнейший волшебник Хогвартса: Глава 48. Сочельник

Члены этой ветви рода Блэков свято чтили заветы предков, вступая в брак исключительно с чистокровными волшебниками. Однако куда чаще брачные союзы заключались внутри самой семьи.

Будь то рожденные в этой ветви или вошедшие в нее через брак, все они считались ее частью, а их потомки посвящали себя не столько изучению разнообразных магических дисциплин, сколько искусству алхимии.

Десять лет назад, с приходом к власти Того-Кого-Нельзя-Называть, их существование оказалось под угрозой. Узнав об этом, Фини немедля распорядился, чтобы Кикимер передал им средства для поддержки.

Теперь они – одни из немногих, кто уцелел от некогда могущественного рода Блэков, сохранив свою ветвь почти нетронутой. Годы господства Темного Лорда и его Пожирателей Смерти нанесли всему роду невосполнимые потери.

Фини доверял им безоговорочно. Поэтому поручить изготовление уникального артефакта, чье истинное происхождение оставалось для них тайной, казалось ему вполне естественным. Именно поэтому Фини и попросил Паффа наложить на пергамент особое, неповторимое заклятие, гарантирующее уникальность создаваемого предмета.

Все, что Фини знал о кольце, указывало на вероятность существования других наследников Рейвенкло. Он был готов к такому повороту, хотя и не горел желанием встретиться с ними при жизни.

Изготовление кольца требовало времени, и Фини предстояло вернуться к привычной рутине: уединенной жизни и учебе в стенах замка.

Такое положение дел причиняло немало беспокойства профессору МакГонагалл, профессору Флитвику и другим преподавателям, высоко ценившим незаурядный талант Фини. Они искренне желали исправить ситуацию, но чувствовали свое бессилие. В конце концов, изменить укоренившиеся предрассудки юных волшебников можно было разве что заклятием «Империус». А без изменения этих взглядов, впитанных с младых ногтей в их семьях, улучшить положение Фини в Хогвартсе было невозможно.

По сути, Фини просто не повезло. Из всех четырех факультетов Хогвартса именно слизеринцы относились к нему с наибольшим предубеждением, ведь они активнее прочих поддерживали Темного Лорда. Прежние поступки Фини шли вразрез с их интересами, хотя сам Фини, как и большинство Блэков, принадлежал к Слизерину.

Наибольшую неприязнь Фини испытывал со стороны своего же факультета. Гриффиндорцы, по обыкновению своему скорее безрассудные, чем вдумчивые, становились главными распространителями слухов о нем. Когтевранцы, гордившиеся своим интеллектом, зачастую доверяли лишь собственным суждениям и проявляли завидное упрямство. Одни лишь пуффендуйцы, казалось, проходили мимо, не удостаивая Фини особым вниманием, если не считать дежурной улыбки. Пожалуй, только они, встречая Фини, в большинстве случаев воздерживались от косых взглядов, обусловленных его факультетской принадлежностью.

Профессор Стебль даже ходатайствовала перед Дамблдором о переводе Фини на Пуффендуй, полагая, что это лучше, чем оставлять его в Слизерине. Однако Распределяющая Шляпа не ошибается, а тысячелетняя традиция распределения не знала прецедентов смены факультета. Дамблдор ответил отказом. Была ли у него на то более веская причина, оставалось лишь гадать.

Так, незаметно пролетев, выходные сменились декабрем.

Со второй недели декабря профессор МакГонагалл приступила к составлению списков: кто из юных волшебников отправится домой на рождественские каникулы, а кто останется в Хогвартсе. Это упрощало преподавательский надзор.

Учебный год в Школе Чародейства и Волшебства Хогвартс, как и в магловских школах Европы, делился на три триместра. Между ними были предусмотрены каникулы разной продолжительности: рождественские, пасхальные и самые длинные – летние, длившиеся около девяти недель.

Обычно Фини уезжал на Рождество домой. Выросший в волшебном мире, он не ощущал разницы, где колдовать – дома или в школе, ведь магия была неотъемлемой частью его жизни. Формально юным волшебникам запрещалось колдовать вне школы во время каникул. Однако если они жили в магическом мире, Министерство Магии не могло с уверенностью определить, кто именно применил чары, и зачастую смотрело на подобные нарушения сквозь пальцы. В Хогвартсе же Фини по-прежнему был объектом остракизма и неприязни. Если поначалу он старался не обращать на это внимания, то со временем, особенно сравнивая с атмосферой дома, такое отношение начинало его задевать.

Однако в этот раз Фини принял решение остаться в школе.

У этого решения была веская причина. Прошло более полумесяца, и Кикимер принес вести: кольцо Рейвенкло должно было быть готово как раз к Рождеству. Кроме того, рождественские каникулы представляли идеальную возможность для Фини посетить Выручай-комнату и исследовать унаследованное им сокровище. Ни занятий, ни строгого распорядка дня. Длительное отсутствие не вызвало бы подозрений у профессоров. Лучшего времени для его затеи было не найти.

Почти все слизеринцы решили провести рождественские каникулы дома. Впрочем, как и большинство учеников других факультетов – все стремились домой, если не имели веских причин остаться в Хогвартсе. Трехмесячный триместр только что подошел к концу, и рождественские каникулы еще не были обременены серьезной учебной нагрузкой. Естественно, все предпочитали уехать домой и как следует отдохнуть.

На эти рождественские каникулы в школе остались лишь немногие: несколько учеников с Пуффендуя да гриффиндорцы Уизли.

Тем не менее, школьный рождественский ужин обещал быть, как всегда, торжественным. В конце концов, это был один из четырех главных праздничных пиров, устраиваемых в Хогвартсе в течение года.

Рождество неумолимо приближалось, и профессора с энтузиазмом принялись украшать Большой Зал к праздничному ужину.

Рубеус Хагрид, школьный лесничий Хогвартса, уже доставил в Большой Зал несколько великолепных сосенок, которым предстояло преобразиться в рождественские ели. Профессора Флитвик и МакГонагалл руководили процессом украшения. Разумеется, некоторые ученики, особенно искусные в Заклинаниях или Трансфигурации, были немедленно «отловлены» профессорами на подмогу.

— О, Фини, как нельзя кстати! Помогите-ка мне доставить это деревце вон в тот угол, — оживленно воскликнул профессор Флитвик, завидев Фини, входящего в Большой Зал.

Фини огляделся. Большой Зал уже преобразился, сияя праздничным великолепием. Стены утопали в гирляндах из остролиста и омелы. Не меньше дюжины высоких рождественских елей выстроились вдоль стен: одни сверкали хрустальными сосульками, другие были усыпаны сотнями мерцающих, словно живых, свечей.

Фини легким взмахом палочки с помощью Левитационного заклинания направил еще не украшенное деревце, только что принесенное Хагридом, в свободный угол. Затем, не мешкая, он принялся преображать его искусными заклинаниями Трансфигурации.

— Превосходная работа, Фини. Будь сейчас учебное время, Слизерин непременно получил бы очки за такое мастерство Трансфигурации, — профессор МакГонагалл подошла в тот самый момент, когда Фини завершал колдовать, и с одобрением добавила: — Завтра начинаются рождественские каникулы. Признаться, я полагала, вы предпочтете уехать.

http://tl.rulate.ru/book/137205/6653681