Готовый перевод The Lost Tomb (Daomu Biji) 9–II The Silent City / Безмолвный город (Записки расхитителя гробниц 9-II) - Архив: Глава 66: Ловушка

9-II Безмолвный город Глава 66: Ловушка

Переводчик: Чернильная черепаха

作者：邪灵一把刀 盗墓笔记续9 – II 无声之城 第六十六章 中招

————————————————————————

— А-а… Сунь, что ты делаешь? — воскликнула немка.

— Прости, промахнулся, — донеслось в ответ.

И тут Четырёхглазый, находившийся впереди нас, объявил:

— Проход свободен.

Меня оборвали на полуслове. Не дав продолжить, Чужак внезапно рванул вперёд, всем своим видом показывая, что намерен от меня отвалить.

Опять упустил такой шанс! Горестно вздохнув, я побрёл следом, прокручивая в уме его слова. Знать не знал, что второй дядя вообще с ним связан. Почему от меня вечно всё скрывают?

Невольно вспомнился секрет, который третий дядя унёс с собой в могилу. На душе стало тревожно. Неужели то, что скрывали третий и второй дядя, — одна и та же тайна? И почему такой, казалось бы, посторонний человек, как Чужак, осведомлён лучше меня?

Ци Юй, что передо мной, — и впрямь тот самый Ци Юй из археологической группы на Сиша более двадцати лет назад? Что за грандиозное событие он упоминал? Напрашивалась единственная мысль: неужто Бронзовые врата рухнули? Кроме этого, я просто представить себе не мог, что ещё могло случиться. И тут прямо над головой показался квадратный выход.

Чужак, вернувшись во главу группы, уже выбрался наружу. Я немедленно последовал за ним и обнаружил квадратную каменную комнату. Мощный луч фонаря достигал её дальних стен. Навскидку, площадь помещения — около восьмидесяти квадратных метров, высота — метра три. На стене прямо передо мной величественно проступал барельеф с изображением цилиня.

Сердце подпрыгнуло. Присмотревшись, я понял, что резьба точь-в-точь как во дворце Иллюзий: чёрный цилинь — и размером, и выражением — в точности совпадал с тем, что я помнил. Барельеф привлёк внимание Чужака. Он молча замер перед каменной стеной.

Прямо в центре комнаты возвышалась прямоугольная платформа, на которой располагался предмет в форме огненного облака. Непонятно, то ли эта штука позолочена или из чистого золота, но даже спустя тысячи лет она сверкала в темноте роскошным сиянием, напоминая формой клубящееся пламя и лёгкое облако. Его назначение было неясно.

Пока я изумлялся чуду чудному, все остальные столпились рядом с Чужаком, очевидно, заинтересовавшись резной стеной.

— Виртуозная техника, — произнёс Четырёхглазый. — По-моему, не похоже на творение Западного края. Скорее смахивает на мастерство тибетцев.

Я подумал про себя: народ Ябуда изначально были переселенцами из Тибета. Пусть в процессе миграции их культура претерпела утраты, но сохранение народных ремёсел — вовсе неудивительно. Те четверо, похоже, не видели подобного рельефа с цилинем. Все как один хмуро свели брови, будто в стене могла скрываться какая-то загадка. Я отвернулся и принялся приглядываться к объекту на платформе.

Чем дольше смотрел на штуковину в форме огненного облака, тем больше она походила на некое подобие стула. Платформа как раз позволяла усесться одному человеку. Но кому взбредёт в голову сидеть в такой комнате? Это же не сериал в жанре уся! Разве что кто-то практиковал уединённое медитативное затворничество?

Освещая платформу фонариком, я обошёл «огненно-облачный табурет» кругом, но ничего не обнаружил. Внезапно позади раздался голос:

— Это Цзядоку — табурет, на котором восседают тибетские шаманы.

Говорившим оказался Четырёхглазый. В темноте он снова поправил очки, протянул руку и коснулся «табурета», бормоча себе под нос:

— Странно. Откуда здесь тибетская вещь?

Я не слишком силён в тибетской культуре, поэтому спросил его:

— Что означает «Цзядоку»?

Четырёхглазый усмехнулся и сказал:

— Сейчас даже коренные тибетцы почти не знают это слово. Ты же знаешь, что самыми первыми божествами, которым поклонялось человечество, были небо, земля и всё сущее. Тогда-то и появились люди, что специализировались на общении с ними. Их называли «у» 【1】 — так в истории человечества началась эпоха мифов о шаманах и духах. В те времена не было ни Будды, ни даосских бессмертных, ни Бога. Люди поклонялись лишь небу и земле, которые их породили. И «у» были величайшими существами той эпохи, ведь они могли вести диалог с Небом и Землёй.

Населённые районы Тибета, конечно, не избежали всеобщей тенденции. Позже, когда начали складываться более стройные религиозные системы, а со временем из Индии пришёл буддизм, старая культура шаманов-божеств «у» 【2】 постепенно отошла на второй план, а то и вовсе растворилась в бурном потоке истории. «Цзядоку» — это как раз древний религиозный термин. Что именно он значит сейчас, сказать трудно, но известно, что на таких стульях сидели шаманы. По мнению тибетских исследователей, форма стула восходит к древнему культу огня, и именно поэтому она сохранилась до наших дней.

Мысль Четырёхглазого мне в целом понятна. Для древнего человека умение добывать огонь давало возможность отпугивать хищников, готовить пищу и продлевать жизнь. Почти у каждого народа есть легенды, связанные с огнём, — будь то бог огня Чжужун в китайской мифологии или Гефест в греческой. Это показывает, сколь высоко почитался огонь в ранней религиозной культуре.

Сунь, находившийся неподалёку, тоже незаметно подошёл и задумчиво произнёс:

— А не может ли это место быть третьей частью святилища?

У меня внутри всё ёкнуло: с чего бы ему знать, что у святилища три части?

Чужак достал из рюкзака какую-то карту и, поглазев на неё, наконец изрёк:

— Карте нельзя полностью доверять. Более того, на ней не обозначена эта каменная комната. Однако помещение не может быть герметичным. Ищите, нет ли устройства.

Мне страшно захотелось взглянуть на карту в руках Чужака. Едва я склонил голову, как тот мигом убрал её, заткнув за пояс и, кажется, свирепо зыркнув на меня. Даже сквозь W-очки я почувствовал это.

Вот что ты ломаешься? Не хочешь показывать — и не надо!

Пробормотав себе под нос ругательство, я развернулся и принялся простукивать стены. В поиске механизмов я поднаторел: если это наступательное устройство, то самые укромные места зачастую самые безопасные, а вот устройство, открывающее проход, прячут в самых незатейливых местах. Мы впятером ощупали практически каждую напольную плиту. Под конец даже Чужак стал выглядеть нервозным: коротко шикнув, он прекратил поиски, скрестил руки на груди и замер будто в раздумье.

Закончив ощупывать, я почувствовал, что с моим телом явно что-то неладно: ноги подкашивались, мышцы на внутренней стороне бёдер почти неуправляемо дёргались. С тех пор как взрывчаткой пробили проход, я ничего не ел, вдобавок резкие перепады температур в пустыне, долгая беготня нагишом и многочисленные необработанные раны. Тем не менее до этого момента моё тело не чувствовало усталости.

Только когда затряслись ноги, я понял, что дело плохо, и, протянув руку ко лбу, почувствовал обжигающий жар.

Пусть я не слишком разбираюсь в подобных вещах, но слышал от одного друга-медика, что во время болезни в организме возникают различные реакции: жар, боль, кашель. Эта симптоматика позволяет нам осознать, что с телом что-то не так, и начать лечение. Однако в медицине встречаются и крайне редкие случаи. Говорят, некий британский подросток перестал чувствовать симптомы болезней. Когда у него развилось воспаление лёгких, он этого даже не заметил: по-прежнему каждый день резвился и бегал, пока в конце концов не рухнул в классе и больше не пришёл в себя.

Некоторые исследователи, изучавшие этот феномен, считают, что на самом деле подобная ситуация не так уж и редка. Когда человек находится в экстремально суровых условиях, его мозг постоянно отдаёт команду: «Выживание — прежде всего!», заставляя организм активно подавлять болезненные реакции. В результате человек перестаёт адекватно оценивать состояние своего тела, словно получая своеобразный приказ игнорировать усталость.

Меня угораздило вляпаться в то же самое?

Я снова потрогал лоб. Да, он был горячим, а ноги мелко дрожали, но боль в теле куда-то исчезла. Более того, я ощущал себя до странности бодрым. Дева-дракончик, стоявшая поблизости, заметила, что со мной неладно, и участливо спросила:

— У, с тобой всё в порядке?

Смех, да и только! Девушка полна сил и энергии, как я могу быть не в порядке? Стиснув зубы, я успокаивающе махнул ей рукой. Но опасения за свою жизнь взяли верх: я сжал её руку и спросил:

— Есть лекарства?

Немецкая красавица, не задавая вопросов, понимающе открыла свой рюкзак, позволяя мне сделать выбор. Я взял несколько жаропонижающих таблеток и глюкозу, после чего проглотил их, не запивая. Сначала во рту стало горько, потом сладко. И в тот момент, когда я с гримасой рассасывал таблетки, мой взгляд скользнул по стене — и вдруг показалось, что глаза цилиня на барельефе шевельнулись. В его глазах-блюдцах на мгновение мелькнул холодный блеск. Я чуть не подавился таблеткой.

— Кхе, кхе-кхе, — зашелся я невольным кашлем.

Не знаю, приглянулся я немке, что ли? Её лицо было исполосовано до крови, но, несмотря на это, она проявила необычайную заботу — принялась похлопывать меня по спине, участливо приговаривая:

— У, ты простудился. Бедняжечка.

В этом путешествие, насмотревшись всяких подлостей и интриг, я постоянно ожидал предательства. А тут эта девушка смотрит на меня своим чистым, чутким взором — я чуть не прослезился от умиления. Какой же добросердечный друг из Германии!

Похлопав её по руке, я перевёл дух и, решив проверить каменную стену напротив, направил луч фонарика на голову цилиня, сразу обнаружив нечто необычное. Хотя изображение идентично рельефу из того дворца, но, подойдя ближе и приглядевшись, я увидел в его глазах пустоту: в них не было глазных яблок, а в углублениях на их месте виднелось что-то белое. Вглядевшись внимательнее, я обомлел: это оказался «белоглазый золотой кристалл».

Этот камень — разновидность грейзена, минерал белого цвета, способный сверкать на солнце. Его часто используют в религиозных обрядах: растирают в порошок и смешивают с киноварью. Именно им проводят ритуал «оживления взгляда», когда статуе, так сказать, «открывают глаза». Штука довольно редкая.

Скорее всего, Чужак повёл лучом фонарика, что и вызвало отблеск, который мне посчастливилось заметить. Смотреть в пустые, заполненные белизной глазницы было очень жутко. Цилинь без глазных яблок… От него явно веяло чем-то зловещим.

Видимо, я слишком долго пялился на цилиня. Чужак подошёл и спросил:

— Ну что? Что-нибудь нашёл?

Я демонстративно не обратил на него внимание. Не могу победить — так могу игнорировать. Убедившись в тщетности поисков, я последовал благородной традиции Молчуна: уселся в углу, уставился на барельеф и впал в прострацию.

Я был уверен: если устройство не найдётся, кое-кто будет волноваться больше моего. Пусть мучается — не моё это дело.

Слегка обалдев от такого поведения, Чужак, холодно фыркнув, снова принялся ощупывать стены, не желая сдаваться. Вероятно, из-за лекарств, чем дольше я смотрел на цилиня, тем сильнее ныли глаза. В конце концов, неожиданно для себя, я не выдержал и заснул. За секунду до того, как провалиться в глубокий сон, я даже намеренно ущипнул себя за бедро, желая прийти в сознание, потому что боялся: пока буду спать, Чужак найдёт механизм, бросит меня, и тогда при всём желании отыскать его будет трудно.

В конечном счёте я не выдержал и смежил веки. Перед самой отключкой мои глаза были устремлены на цилиня. В затуманенном сном сознании внезапно возникла мысль: «Глаза у этого цилиня слишком недобрые. Неплохо бы чем-нибудь их заткнуть».

И тут я внезапно подумал о жемчужине, которую изрыгнул другой цилинь. В голове будто сверкнула вспышка света — раз, и абсолютно всё, словно нанизанные на нитку бусины, сложилось в единую картину. Я смутно чувствовал, что та жемчужина и есть ключ к активации механизма. Но при этом не мог издать ни звука.

Хочу позвать Чужака и остальных, но замечаю: немецкая красотка несколько раз пошатнулась и с глухим шлепком рухнула на землю. И не поднимается. У меня внутри всё содрогнулось. «Плохо, — пронеслось в голове. — Попались!»

А подумав, не устоял — чувство усталости окончательно погрузило в сон.

————————————————————————

【1】　«У» — шаман, колдун, жрец в древнекитайской традиции. Не просто маг, а священнослужитель, выполняющий функции предсказателя, врачевателя. Самое главное, они выполняли функцию посредника между миром людей и миром духов/богов/природы. Это основа т.н. «шаманизма» или анимистических верований.

【2】巫神文化 (wūshén wénhuà) - культура шаманов-божеств «у»: Обобщающее название для добуддийских анимистических и шаманистических верований Тибета.

http://tl.rulate.ru/book/136925/7699262