Готовый перевод Создатель супергероев: Глава 8 Бэтмен

Темнота ушла.

Мир появился рывком, как включённый проектор.

Марк моргнул.

Под ногами — брусчатка. Холодная, старая, влажная.

Слева — кирпичная стена. Справа — мусорные контейнеры.

И никакого особняка. Никакого Брюса. Никакой вечеринки.

Только Готэм. Ночной. Старый. Проклятый.

Он выпрямился, прищурился.

— Система, — прохрипел он. — Это что… я в прошлом?

[Ответ: подтверждено. Временная координата: Готэм. Субъект: Брюс Уэйн. Возраст: 8 лет.]

— Что значит “переломный момент — детство”? Я думал, ты имеешь в виду метафору…

[Уточнение: согласно анализу, становление героя субъекта связано с травматическим опытом в возрасте 8 лет.

Позднейшие события обладают меньшей вероятностью эмоционального триггера.

Альтернативный путь — активация героизма через кризис в возрасте 50+ лет.

Система сочла данный вариант неэффективным.]

Марк стоял молча.

Где-то вдалеке хлопнула дверь. Послышался рёв двигателя.

Он вцепился пальцами в виски.

— Почему со Стрэнджем всё было не так? Я ведь не отправлялся в его прошлое. Там всё обошлось аварией.

[Уточнение: субъект Стивен Стрэндж не связан с конкретной временной точкой.

Героизация могла быть активирована в любой момент через физическое разрушение его профессионального инструмента.]

[Вмешательство системы не потребовалось.]

Он выдохнул, коротко, словно глотая злость.

«Значит, сейчас… я действительно у той самой аллеи.»

Он вышел из тени. Поднял голову.

Кинотеатр.

Старые вывески. Афиша — “Зорро: Возвращение”.

Толпа — редкая. Поздний показ.

И вот — трое.

Мужчина — высокий, в плаще.

Женщина — светлая, элегантная.

Ребёнок — 8 лет. Волосы тёмные, глаза — живые.

Смеются. Держатся за руки. Выходят из дверей в переулок.

И Марк смотрит на них. И знает.

«Это оно. Это момент. Это ночь. Это проклятая аллея.»

⸻

Он не двигается.

Только дышит.

Медленно. С усилием.

«Неужели… я должен…»

Он не может закончить мысль.

«Я уже отправил одного человека в аварию. Поломал ему жизнь, чтобы он стал героем.

А теперь — я должен убить. Убить родителей ребёнка. Чтобы он стал символом борьбы с преступностью?»

Он смотрел, как они приближаются.

Счастливые. Настоящие. Ещё не тенями в капле крови на асфальте.

И внутри него что-то дрожало.

«Система не приказывает. Она просто ставит. Перед фактом.

Смотри — вот момент.

Ты знаешь, что он значит.

Или ты сделаешь, или… история пойдёт по-другому.»

Он сжал зубы.

Совесть — крошечная, почти стёртая, но живая — шептала.

«Если ты сделаешь это — ты больше не человек.

Но если не сделаешь — герой не родится.»

И он остался в тени.

Словно призрак.

Словно бог.

Словно кто-то, кому пора решить — кто он такой.

http://tl.rulate.ru/book/136845/6593662