Готовый перевод Taijutsu Supreme of the Uchiha family / Высшее тайдзюцу семьи Учиха: Глава 51

Страна Ветра, Медицинский отдел.

Эби́зо слабо лежал на больничной койке, превозмогая боль, и сказал Чиё:

– Основа Конохи всё равно гораздо прочнее нашей. Хатаке Сакумо — слишком большая угроза для наших кукловодов, мы больше не можем с ними тягаться. Мы должны сохранить огонь нашего мастерства для деревни.

Глаза Чиё покраснели, она крепко держала его руку и молча смотрела на брата.

Эбизо тихо вздохнул и изо всех сил постарался утешить её:

– Ты должна контролировать свои чувства, деревня Сунаги́ ещё нуждается в твоей помощи. Третий Казе́каге ещё слишком молод и не может правильно определить путь развития Сунаги.

– Мои раны несерьёзны. Я получил их на поле боя, это просто долг каждого ниндзя.

– Хорошо, помоги мне достать карту текущих боевых действий. Нам ещё нужно быть готовыми к контратаке Конохи.

Чиё всхлипнула и сказала:

– Не волнуйся, я уже всё устроила.

Но Эбизо лишь твёрдо смотрел на Чиё, говоря, что хочет продолжать работать.

Чиё вздохнула, встала и быстро вышла из лагеря.

Увидев, как сестра уходит, Эбизо горько улыбнулся.

Он достал из кармана сигарету, поднёс её ко рту и с трудом сделал две затяжки, но дым уже не выходил.

Техника духовной трансформации Като Дана серьёзно повредила его душу, на самом деле он проспал целых два дня.

И нынешнее пробуждение — это лишь предсмертный проблеск сознания.

Возможно, Мудрец Шести Путей сжалился над ним и дал ему последний шанс попрощаться с родными.

Сознание Эбизо становилось всё яснее, перед глазами быстро проносились обрывки его жизни, остановившись на дне, когда он и Ханзо́ официально объединились.

Тогда он ещё счастливо курил сигарету. Наивно мечтал, что после этой войны в Сунаге будут синее небо и зелёные поля.

Эбизо посмотрел на сигарету в руке, чувствуя, как его жизнь постепенно уходит, и невольно прошептал.

— Я очень хочу добить эту сигарету...

Он отослал Чиё, не желая, чтобы она видела его смерть. В его представлении, смерть ниндзя должна быть сильной и свободной от лишних страданий для близких.

Вернувшись в лагерь, Чиё застала Эдзи с закрытыми глазами. Она вся погрузилась в глубокое горе, но промолчала, лишь мысленно извинилась перед покойным братом:

— Прости, это единственное, в чем я не послушаюсь твоего приказа. Проклятая Коноха заплатит по счетам.

...

Чиё нашла Третьего Казекаге и предложила отдать ему всю власть, оставшись лишь рядовым советником. Взамен у нее была лишь одна просьба: использовать зверя Сунагакуре, Шукаку, для контратаки на Коноху.

Третий Казекаге с радостью согласился. Как не согласиться на такое выгодное предложение? Со времен Второго Казекаге, Шамона, который начал изучать военное применение хвостатых зверей, не удавалось добиться реальных успехов. А тут такая возможность: проверить боевую мощь зверя и заодно избавиться от докучливых стариков из верхушки Сунагакуре. Для Третьего Казекаге это было беспроигрышно.

На самом деле, это было первое применение силы хвостатого зверя в войне ниндзя. Раньше бои велись лишь силами самих ниндзя.

Сунагакуре стала первой деревней, открывшей ящик Пандоры...

...

Страна Ветра, Храм Ветра.

Старый монах, сложив руки, тихо молился. Сидящий рядом молодой монах внимательно слушал.

— Когда-нибудь хвостатые звери и люди смогут понять друг друга... Если мы искренне примем друг друга, между нами не будет разницы...

– Когда-нибудь появится тот, кто сможет тебя защитить... спасти... и наставить, Шукаку...

Молодой монах не согласился и тайком скривил губы. Он не верил старому монаху. В его представлении хвостатый зверь — это всего лишь инструмент для добывания силы.

Этот старый монах был не кто иной, как первый Джинчурики Песка, Фэнфу. А маленький монах – его ученик и преемник, Хоичи. Тот самый сильный человек, который в оригинальной истории в одиночку бросил вызов Гааре и Джинчурики Семихвостого "Фу".

Услышав слова старого монаха, из тела Фэнфу раздался резкий голос барсука Шукаку:

– Фэнфу, ты видел? Видел лицо своего ученика? Он не верит в твою чушь!

Фэнфу лишь улыбнулся и покачал головой, задумчиво глядя на Шукаку в своем подсознании.

Шукаку посмотрел на его спокойное лицо, тяжело фыркнул и саркастически сказал:

– Старик, в твоей деревне война, да? Неужели нет никого, кто хочет использовать мою силу? Будут они тебя умолять? Будут заставлять? Я жду, когда ты сам станешь меня просить!

Как только Шукаку закончил, в храм ворвалась Чиё и тяжело рухнула на колени перед Фэнфу. За последние несколько дней весть о смерти Эбизо и сына Чиё разнеслась по всей Песчаной деревне.

Фэнфу все так же сохранял спокойствие и неторопливо произнес:

– У меня нет возможности контролировать Шукаку. Если он не хочет помогать Песку, я ничего не могу поделать.

Чиё продолжала стоять на коленях, безмолвно моля о помощи. Она понимала, что этот старый монах, о котором мало кто знал в Песчаной деревне, обладал невероятной силой. Она на своих глазах видела, как этот высохший старик с легкостью усмирил Шукаку фиолетовой цепью.

Верхушка Песчаной деревни много раз проверяла его, желая узнать, полностью ли он контролирует силу Шукаку. Но Фэнфу, будучи частью деревни, сохранял идеалы, которые ему не следовало иметь.

Он властвует над силой Хвостатого и сам обладает великой мощью, но не стремится на поле брани, предпочитая в тишине охранять Шукаку в храме. Увидев смиренный вид Чиё, Шукаку разразился диким хохотом.

- Видишь? Это ваша, человеческая природа! Хвостатые и люди не могут жить в гармонии вообще. Это лишь твои фантазии! Вы, люди, используете Хвостатых только как оружие!

Фенфу, почувствовав сопротивление Шукаку, вздохнул, поднялся и, слегка поклонившись Чиё, молча удалился. Сидевший рядом монах Фаи покачал головой и в душе попенял.

- Учитель хорош во всем, кроме понимания законов мира ниндзя. Пусть сам разбирается, пока не состарится, а потом я завладею силой этих Хвостатых...

Шукаку, увидев отказ от благословения Чиё, сначала промолчал, а затем на его лице появилась злобная усмешка.

- Благословение, я одолжу тебе свою силу. Иди сражайся, и ты поймешь, насколько хрупки провозглашенные вами, людьми, мир и любовь.

Фенфу слабо улыбнулся. Как старейшина Скрытого Песка, разве не хотел он помочь ниндзя своей деревни? Долгое время в его сердце боролось противоречие. Он хотел не только убедить Шукаку в возможности гармонии между людьми и Хвостатыми, но и использовать его мощь для защиты деревни. Отличие Фенфу от других Джинчурики заключалось в странной для них нежелании принуждать Шукаку. Но сейчас, пусть Шукаку и не разделял его точку зрения, он согласился одолжить ему свою силу, и это было прекрасным началом.

Фенфу вернулся, поднял по-прежнему кланяющуюся Чиё и мягко кивнул ей. Чиё с радостью посмотрела на Фенфу, и слезы невольно потекли по ее щекам. Она давно не спала. Голова сына была отрублена Хатаке Сакумо, младший брат погиб на больничной койке, истекая черной кровью, а внук неустанно плакал, зовя отца.

Эти воспоминания постоянно терзали её сердце. Теперь Чиё — женщина, ослеплённая жаждой мести.

Войска ниндзя Песка снова собирались, и в этот раз на их стороне будет сила Шукаку.

http://tl.rulate.ru/book/136609/6578631