Готовый перевод Game Of Thrones: Reborn as a Lannister / Игра Престолов: Возрожденный Ланнистер: Глава 18:Обсуждения и сближение

Обсуждения и сближение

(Тайвин Ланнистер — точка зрения)

Одни лишь повседневные расходы Кастерли-Рока превышали тысячу золотых драконов в день, а суммарные траты по всем владениям дома Ланнистеров достигали примерно двух тысяч трёхсот. Это было почти столько же, сколько корона тратила на регулярной основе, но — и тут Тайвин позволил себе усмешку — разница заключалась в доходах.

…

В среднем за день дом Ланнистеров зарабатывал более чем вдвое больше, чем тратил, — порядка пяти тысяч пятисот золотых драконов. Эти деньги поступали в виде налогов и десятин от его вассалов, пошлин и дани, а также выплат по долгам, причитавшимся его дому.

Одна лишь корона задолжала дому Ланнистеров миллионы драконов за урегулирование кризиса с Железным банком, и Тайвин следил за тем, чтобы эти средства переводились регулярно и без задержек. В итоге, при годовых расходах примерно в восемьсот пятьдесят тысяч драконов, доходы дома Ланнистеров составляли около двух миллионов тех же монет.

Это и было великим делом жизни Тайвина.

Джейме мечтал стать блистательным рыцарем — и Тайвин не сомневался, что тот станет и вполне приемлемым лордом. Серсея будет превосходной королевой. А Каллум? Этот мальчик был устремлён сразу к полудюжине дел, каждое из которых имело очевидную ценность, так что за него Тайвин не беспокоился вовсе.

Для самого Льва Кастерли-Рока почти всё, что он делал, было направлено на одно — оставить свой дом самым богатым и самым могущественным из всех, какими он когда-либо был, самым сильным со времён, когда Таргариены лишились своих драконов.

Тайвин был человеком, глубоко и страстно заботившимся о своём наследии. Его отец, Титос, этого не делал, и Тайвин с братьями вынуждены были вынести унижения, к которым это привело. Он не собирался повторять ту же ошибку. Он мог продвинуть влияние дома Ланнистеров ещё дальше, создать новые источники дохода и возвести свой дом на вершины власти и авторитета.

В свои тридцать три года он, по собственному мнению, был самым могущественным человеком Вестероса. Но этого было недостаточно. Этого не будет достаточно до тех пор, пока он не умрёт и не будет погребён с твёрдым знанием, что он боролся, сражался и преуспел, вознеся дом Ланнистеров к высотам невиданным и богатству немыслимому.

— Отец, я вернулся.

Тайвин вырвался из своих мыслей и поднял взгляд на сына. Каллум стоял перед ним, держа в руках три книги, перо и целую охапку разрозненных бумаг, которые едва не выскальзывали у него из рук.

— Впечатляющий набор, — заметил Тайвин, когда мальчик быстро разложил свои материалы на столе рядом с ним. Он скользнул взглядом по кожаным переплётам без названий — очевидно, это были личные журналы. — Ты написал все три?

— Это не законченные политические трактаты, если ты об этом, — ответил Каллум. — Полноценный трактат — только один, и он всё ещё у меня в кабинете. — Он указал пальцем. — Вот это — мои заметки о допокорительных и послепокорительных системах управления и права в Вестеросе. Это — аналогичные заметки по Валирии и Эссосу. А здесь — мои собственные наработки по переработанной структуре, которую я предлагаю в трактате.

Он поднял на отца глаза, и Тайвин едва снова не улыбнулся, увидев пламя в этих зелёных глазах.

— Этого достаточно, чтобы объяснить мои идеи, подробно сравнить их с существующими системами и доказать, что новая модель управления сделает Западные земли более эффективными.

Тайвин слегка кивнул.

— А бумаги?

— Заметки с нашего разговора. Ты мой отец, но ты ещё и Десница короля, один из самых осведомлённых людей во всём королевстве в вопросах королевского закона. — Каллум ответил с явным воодушевлением. — Большая часть моего понимания основана на документах и книгах, которые мейстер Эомунд или сир Илин смогли для меня раздобыть. Но ты — первоисточник. Это захватывающе.

Тайвин фыркнул.

— Ну что ж, мальчик, я выделил время, чтобы тебя выслушать, — сказал Лев, и в его голосе появилась твёрдость. — Убеди меня.

— Хм, прежде всего я должен убедить тебя в том, что сама система нуждается в изменении, — начал Каллум. — И главная причина этому — владения Ланнистеров. Из-за твоих действий и особенностей Западных земель они стали слишком велики для того, чтобы существующая в Вестеросе система могла эффективно ими управлять.

— Феодализм? — переспросил Тайвин, не узнав термин.

— Да, это слово я ввёл сам, — пояснил Каллум. — Им я обозначаю совокупность клятв и соглашений, которые формируют структуру нашего управления. Я даже попросил мейстера Эомунда написать в Цитадель, чтобы узнать, существует ли подобный термин, и выяснилось, что нет — вероятно, потому что мы просто называем это правлением, знатью или властью короны, в зависимости от контекста.

Он сделал паузу.

— По сути, это обобщающее понятие для системы, при которой простолюдины присягают земельным рыцарям или мелким лордам, рыцари и малые лорды — великим лордам, а великие лорды — королю, на стольких уровнях, сколько требуется в конкретной ситуации.

Тайвин кивнул и поймал себя на том, что наклоняется вперёд, заинтересованный. Он никогда не рассматривал это как систему в целом. Системы, в его понимании, были чем-то меньшим — вроде того, как он организовывал собственных вассалов. Но ведь в Эссосе существовали системы без лордов, королей и рыцарей, а значит, нужен был термин для обозначения всей структуры под властью короля.

— Продолжай, — сказал он. — Полагаю, ты хочешь отойти от «феодализма»?

— Не полностью, разумеется. Мне, вообще-то, нравится быть сыном лорда, — весело заметил Каллум. — Но дом Ланнистеров оказался в положении, при котором феодализм больше не справляется с управлением нашими землями. По крайней мере, без раздачи их другим лордам, после чего они перестанут быть нашими. — Он улыбнулся.

— Феодализм по своей природе децентрализован. Король или лорд не правит землями напрямую, если они не присягнули ему непосредственно — он лишь контролирует других лордов как вассалов или знаменосцев. Мы не хотим дробить наши впечатляющие владения между малыми домами, поэтому нам нужен иной путь — централизация управления в рамках административного государства.

— Иными словами, заимствование методов Эссоса, — заметил Тайвин, кивнув на второй блокнот. — Вроде должности лорда-темпора, которую ты предложил Кевану. Люди с полномочиями лорда, но без собственного дома.

— Именно, — кивнул Каллум. — Но, полагаю, всё будет несколько сложнее. — Он почесал щёку. — Сейчас власть лорда слишком обширна во многих аспектах. Её следует разделить на более управляемые части, чтобы лорды-темпоры не становились полноценными лордами.

Он раскрыл блокнот.

— В Дорне используются бейлифы для сбора налогов, а не лорды или земельные рыцари. В Волантисе Триархия назначает толкователей закона, которые ведут суд и следят за исполнением законов города, отдельно от управления и политического руководства.

В Браавосе Морской Лорд управляет как военной, так и административной частью, а почти во всех Вольных городах флот и небольшая гражданская армия являются постоянной силой центральной власти, а не распределяются между могущественными аристократами или магнатами.

Он закончил, перелистывая страницу и цитируя свои записи.

— Нам не обязательно перенимать каждую из этих практик или все сразу. Достаточно заимствовать их в таком объёме, чтобы раздробить потенциальную власть лордов-темпоров и избежать создания новых вассалов, которых придётся ублажать. Люди, которых мы назначим управлять нашими территориями, должны служить исключительно дому Ланнистеров, а не закладывать основу для новых домов.

Тайвин медленно кивнул. В его воображении вырисовывались и возможности, и риски. Это был путь к ещё большей власти, но и путь опасный.

— Наши нынешние вассалы этого не одобрят, — сказал он, хотя на самом деле не слишком боялся их.

— Вознаграждать тех, кто согласится работать по нашей модели, игнорировать тех, кто не станет внедрять её у себя, а тех, кто поднимет мятеж, — просто сокрушить и забрать их земли, — уверенно ответил Каллум. — Впрочем, сомневаюсь, что они вообще попробуют, если не получат внешнюю поддержку. Они слишком боятся тебя, отец.

— И правильно делают, — согласился Тайвин. — Мы хорошо подходим для подобных реформ.

— Мы — единственный дом, который вообще может это осуществить, — вновь кивнул Каллум. — Единственный великий дом, обладающий достаточной силой и положением, чтобы это сработало. В основном благодаря твоим усилиям, отец.

Тайвин усмехнулся, принимая комплимент, затем его лицо вновь приняло привычно сосредоточенное выражение.

— Очень хорошо, Каллум, — глаза Льва заострились. Он чувствовал запах возможности: рост налоговых поступлений, способность собирать более крупные армии под собственным именем, перспектива со временем получить полный контроль над Западными землями. Но прежде ему нужно было узнать больше.

— Расскажи мне о дорнийской системе бейлифов.

Каллум кивнул, схватил первый блокнот, быстро пролистал страницы, нашёл нужную и начал подробно объяснять.

В ту ночь они сожгли семь высоких свечей — ещё одна статья расходов Кастерли-Рока. Но Тайвин Ланнистер считал, что каждая медная звёздочка была потрачена не зря.

http://tl.rulate.ru/book/136372/9634887