Готовый перевод Ming Dynasty: Emperor Wanshou is cultivating immortality! / Минская династия: Император бессмертия: Глава 35

Дворец князя Юя.

– Что там? – взволнованно спросил князь Юй евнуха, который только что принес вести из дворца.

– Все обошлось, – молодой евнух, видя нетерпение князя Юя, даже не стряхнул снег с одежды и быстро заговорил: – Господин Чжан велел передать, чтобы вы не беспокоились о них, с ними все хорошо. Завтра они сами прибудут во дворец.

Услышав это, князь Юй облегченно вздохнул. Камень с души упал.

Его сторонники при дворе – это чиновники из "чистого течения". Он опирался на их поддержку, чтобы укрепить свои позиции и защищать справедливость. Ведь за этим течением стояли знатные семьи, фактически представляющие весь чиновничий аппарат империи. Если бы с Сюй Цзе и остальными что-то случилось, он действительно остался бы без поддержки.

– Можешь идти, – в этот момент подошла княгиня Ли, жена князя Юя, отпустила евнуха и сказала: – Раз господин Чжан и остальные сказали, что все в порядке, значит, так и есть. Может, вы немного отдохнете?

– Отец есть отец… – вздохнул князь Юй, взял княгиню Ли за руку и направился в спальню.

Поместье Сюя, главный зал.

Выйдя из дворца Юйси, Сюй Цзе, Гао Гун, Чжан Цзюйчжэн и Чжао Чжэньцзи не сразу разошлись по домам, а собрались вместе. Событий за день произошло столько, что, несмотря на усталость от целого дня на ногах, спать совсем не хотелось. Нужно было немедленно выработать дальнейший план, иначе покоя не будет.

Помимо четверых, в зале присутствовал еще один человек – мужчина лет тридцати с небольшим. Он не сидел за столом вместе со всеми, а примостился рядом с Сюй Цзе, у письменного стола. Это был Сюй Фань, старший сын Сюй Цзе, занимавший должность министра общественных работ.

–Сегодня во дворце Юйси всё решили по поводу Цзянсу и Чжэцзяна, так что об этом больше не говорим. Давайте лучше обсудим, кого туда отправить, – Сюй Цзе махнул рукой, задавая тон дальнейшей беседе.

–Нам нужно провести дотошную проверку на коррупцию, взятки, а также связь чиновников с контрабандистами из числа купцов. Но при этом мы не должны дать Яньской партии придраться к нам, – начал Чжао Чжэньцзи. – Нам нужен кто-то надёжный.

–К тому же, этот человек не должен быть из наших. И уж точно не из Яньской партии. Он должен быть ничей. Где такого найти? – вздохнул Гао Гун.

Сюй Цзе, сидевший во главе стола, молчал.

–У меня есть одна кандидатура, – в этот момент Чжан Цзюйчжэн, казалось, о чём-то размышлял. Сделав глоток горячего чая, он заговорил неторопливо. – Перед отъездом в Ханчжоу Тань Лунь прощался в усадьбе князя Юй. Когда он говорил о государственной политике по замене посевов риса на тутовник, он порекомендовал князю кое-кого. Думаю, этот человек нам подойдёт.

–Кто это? – Гао Гун встрепенулся.

Хоть Чжан Цзюйчжэн, по его мнению, и уступал им в хитрости и стратегии, но был куда надёжнее Чжао Чжэньцзи, который только и мог, что сотрясать воздух. Человек, которого так запомнил Чжан Цзюйчжэн, должен быть неординарным.

–Вы удивитесь, услышав о делах этого человека, – Чжан Цзюйчжэн слегка улыбнулся и, не дожидаясь вопросов, встал и начал расхаживать, продекламировав: – Когда муж и мать рожают ребёнка, они должны его кормить и растить...

По мере того как звучал низкий голос Чжан Цзюйчжэна, глаза всех присутствующих загорались, когда они слушали эту статью.

–...Когда утрачен Путь Неба и Путь Человека, возникает великий хаос... Поэтому, если земли потеряны, не будет людей, а если не будет людей, страна погибнет!

- Отлично! – воскликнул Гао Гун, известный своей прямотой и горячностью. Услышав слова Чжан Цзюйчжэна, он тут же воспылал.

- Дядя, кто этот человек? – спросил он.

Чжан Цзюйчжэн слегка улыбнулся, уселся и ответил:

- Фамилия этого человека – Хай, имя – Жуй, второе имя – Жусюань, а его прозвище – Ганфэн. Хай Жуй сдал императорские экзамены в тридцать лет, но в сорок лет провалился дважды. Он служил учителем в маленьком уезде на острове Хайнань. Хотя он всего лишь мелкий чиновник, отвечающий за императорские экзамены, узнав его поближе, ты поймёшь, что он известен своей храбростью и твёрдостью духа. Если его правильно использовать, он будет подобен мечу, извлечённому из ножен. И в этой экспедиции для покорения Динхая и Цзиньцзяна, и в будущем, когда мы будем иметь дело с Партией Янь, мы сможем сражаться с ними на равных!

Говоря о будущем противостоянии с Партией Янь, Чжан Цзюйчжэн уже принял решение и был полон планов.

- О, – Чжан Цзюйчжэн, кажется, очень любил говорить о Хай Жуе, и на его усталом лице появилось лёгкое облегчение. – У меня об этом человеке есть одна интересная история, которую я хотел бы тебе рассказать. На второй год его службы учителем приехал его начальник для инспекции земель. По обычаю, все чиновники преклонили колени в приветствии, но Хай Жуй просто поклонился. Он один стоял среди чиновников, выпрямившись, словно подставка для кистей. Это была забавная сцена. За это этого человека прозвали "Морской подставкой для кистей", и он стал известен в чиновничьих кругах!

Услышав это, все невольно хихикнули, словно увидев эту забавную картину своими глазами. Серьёзная до этого атмосфера заметно разрядилась. Все понимали, в чём дело. В начале правления династии Мин, чтобы показать уважение к учителям и учёным, было правило, что в академиях и школах не нужно было преклонять колени перед чиновниками.

Однако в сегодняшнюю эпоху даже эти проницательные чиновники прекрасно понимают, каково положение вещей.

Не будет преувеличением сказать, что нынешняя династия Мин абсурдна и коррумпирована, ритуалы и музыка в руинах. А как же достоинство учителей и ученых? Перед лицом власти мы ничто.

Эти учителя и наставники способны на любые подлые поступки, чтобы выслужиться перед другими.

Люди, подобные Хай Жуй, который придерживался этикета и соблюдал законы династии Мин, стали исключением и постоянно восхвалялись учеными и чиновниками. Прозвище "Хай Би Цзя" превратилось в красивое имя.

Нужно сказать, в этом есть некая ирония.

Это сродни тому, как кто-то восхваляет чиновника за чуткость к народу и честность в исполнении обязанностей.

В нормальной династии это, вероятно, было бы постыдно для такого человека, не так ли?

- Я тоже немного наслышан об этом "Хай Би Цзя", о котором упомянул дядя Да, - кивнул Чжао Чжэньцзи, а затем добавил: - Но я слышал, что этот человек несколько глупо по-сыновьи предан...

- Этот человек рано потерял отца и чрезвычайно привязан к матери. Почти половину каждого месяца он служит матери и спит с ней в одной комнате. Кроме того, в роду Хай в трех поколениях был только один сын, и до сих пор у него только одна дочь.

- Что ж, это равносильно отсутствию потомства!

- Следует отметить, что его поездка затрагивает не только уезды Динхай и Цзиньцзян, но и несколько уездов в Цзянсу и Чжэцзяне...

- Хотя эта поездка не сопряжена с большим риском, и есть специальные люди, которые все организуют и позаботятся, если в будущем нас отправят на границу сражаться против Партии Янь, наше будущее неопределенно, и мы можем умереть, если не будем осторожны...

Услышав это, лицо Чжан Цзюйчжэна тоже стало серьезным.

- Перенести сыновнюю почтительность на верность! - раздался голос Сюй Цзе, сидевшего на верхнем месте. Он взглянул на Чжан Цзюйчжэна и продолжил: - Тайюэ, ты проницателен и осторожен, обладаешь великой мудростью. Ты редкий талант.

- Именно ты напишешь письмо Хай Жую, пригласив его обнажить этот ценный меч и спасти народ от бед!

- Понимаю, - торжественно кивнул Чжан Цзюйчэн.

В ту ночь Сюй Цзе, Гао Гун и Чжан Цзюйчэн обсуждали этот вопрос до поздней ночи, вплоть до рассвета следующего дня.

Помнив, что сегодня им предстоит отправиться в резиденцию князя Юя для обсуждения дел, все трое остались в доме Сюй Цзе.

Они проснулись лишь к вечеру того же дня и поспешили в резиденцию князя Юя для совещания.

Цзяцзин не знал, что национальная политика Янь Суна по замене риса на шелковицу для восполнения дефицита была закреплена им самим с помощью семи вспомогательных мер. После того, как проблем больше не будет, цинлю, тем не менее, все равно достанут меч Хай Жуя.

Иначе император обязательно бы рассмеялся.

Цинлю не смогут контролировать этот меч! Если не проявить осторожность, можно попасть в беду. В таком случае, если небрежно отнестись к ситуации, тебя могут "вырубить" из кабинета, "вырубить" из числа подданных...

[Конец главы]

http://tl.rulate.ru/book/135585/6430655