Цзюнь Мулани бросил на нее ледяной взгляд, и слова, которые Су Цзыянь собиралась произнести, застряли у нее в горле.
Она не осмелилась больше ничего сказать. Если бы она промолчала, возможно, они с сестрой еще смогли бы вместе служить одному мужу. А если бы она сказала лишнее, не отказался бы Цзюнь Мулани от своих слов, образно говоря, "натянув штаны"?
Лицо Су Цзыянь было мертвенно-бледным, она хотела плакать, но слез не было.
Су Цзыюэ, видя состояние своей младшей сестры, спросила:
- Что за глупость ты натворила?
Этот Цзюнь Мулани, не будь он хоть немного уверен, не стал бы при всех выдвигать такие обвинения.
Су Цзыянь повернулась к своей старшей сестре, ее губы задрожали, и она срывающимся голосом проговорила:
- Я… я… я сказала второму князю, что третья сестра… у нее нет… нет…
Не успела Су Цзыянь закончить, запинаясь, как Цзюнь Мулани громко заявил:
- Отец-император, все, что я сказал, - чистая правда! Если вы с Ее Величеством императрицей не верите, можете посмотреть на левую руку Цзыюй - у нее уже нет печати целомудрия!
Один камень вызвал тысячу волн. Все в драконьем зале как один уставились на Су Цзыюй.
Цзюнь Мунянь тоже посмотрел на Су Цзыюй и, заметив, что она выглядит неважно, невольно забеспокоился.
Он не верил, что у Су Цзыюй могла быть какая-то связь с Цзюнь Мулани. Если бы у Су Цзыюй действительно что-то было с Цзюнь Мулани, то в день похорон ее матери она не стала бы так отвергать его близость у городских ворот и уж тем более не отравила бы Цзюнь Мулани в Усадьбе Второго князя.
Но что означало ее слегка нахмуренное выражение лица сейчас?
Неужели… у нее действительно нет печати целомудрия?
Цзюнь Мунянь плотно сжал губы, размышляя о том, как предотвратить этот брак.
Одно дело, что ему не нравилась Су Цзыюй, и совсем другое - его нежелание, чтобы она вышла замуж за Цзюнь Мулани.
У этой девушки было много тайн. Даже если он не хотел на ней жениться, он не мог позволить ей попасть в руки Цзюнь Мулани.
К тому же, вчера она так сильно опозорила Цзюнь Мулани. Если бы она действительно вышла за него замуж, то, возможно, не прожила бы и трех дней.
Цзюнь Мунянь вспомнил о том, что случайно выяснил в ходе расследования, и снова поднял глаза, взглянув на все еще не пришедших в себя от потрясения княгиню Ань и Ань Бэюэ.
Немного подумав, он сказал:
- Отец-император, раз уж рис сварен, пусть Су Цзыюй станет второй княгиней.
Что?
Все как один посмотрели на Цзюнь Муняня. Цзюнь Муюэ был так потрясен, что у него отвисла челюсть:
- Седьмой брат…
Цзюнь Мунянь холодно произнес:
- Заткнись, это не твое дело.
Цзюнь Муюэ поджал губы и с беспокойством посмотрел на Су Цзыюй.
А на лице Су Цзыюй, казалось, не было ни недовольства, ни страха, ни беспокойства. Напротив, она спокойно смотрела на пол перед собой, словно на каменных плитах мог расцвести цветок.
Почему она не защищается?
Не успел Цзюнь Муюэ ничего сообразить, как родная мать Цзюнь Мулани, Ло Гуйфэй, не выдержав, сказала:
- Ваше Величество, такая женщина, с неподобающим поведением и низким происхождением, как она может быть достойна стать княгиней Хуайюаня!
Едва Ло Гуйфэй закончила говорить, не дожидаясь ответа императора Чжао Вэня, Ань Бэюэ поспешно подхватила:
- Ваше Величество, она давно уже нечиста! Она вступила в преступную связь со стражником из поместья премьер-министра, у нее даже ребенок есть! Как она может выйти замуж в княжеский дом?!
Гром следовал за громом, отчего у всех в головах гудело, как в улье.
То ее хотят выдать замуж за Цзюнь Муюэ, то говорят, что у нее связь с Цзюнь Мулани, то она вступает в преступную связь со стражником, а теперь еще и ребенок у нее есть! Эта третья барышня семьи Су, пожалуй, слишком уж… выдающаяся.
Император и императрица онемели от изумления.
http://tl.rulate.ru/book/135521/6404715
Сказали спасибо 29 читателей