Готовый перевод Island De: Fairy Tale Ark / Остров Де: Арка сказок: Глава 2

А снаружи, те, кто пытался бы с ним договориться, или даже убить, были бы лишь толпой злодеев.

На борту воздушного корабля каждый занятый рядовой сотрудник Родос Айленда при виде его легко узнаваемой одежды останавливался, чтобы поприветствовать. Роша знал, что статус Доктора придает ему харизмы среди рядового состава Родос Айленда. Их уважение было искренним, и они были готовы в любой момент действовать ради него ...или даже пожертвовать собой.

Настоящая опасность таилась среди элиты – наемников, убийц, отставных военных, внешних сил... Нет, это еще ничего. У некоторых сотрудников Родос Айленда послужной список и вовсе отсутствовал. Их способностям можно было доверять, но Роша не знал, сможет ли он с ними подружиться.

По пути он приветствовал встречающихся ему людей. Когда он подошел к проходу, ведущему из Родос Айленда наружу, позади него раздался робкий голос:

- Доктор, вы куда-то идете?

Роша обернулся и увидел стоящую там девушку с бледно-фиолетовыми длинными волосами. На ее голове была пара летучих мышей. Заметив его взгляд, красивые рубиновые глаза девушки испуганно забегали, а потом она поджала губы, опустила голову. Щеки и мочки ушей окрасились в бледно-розовый цвет.

Девушка была хороша собой, стройна. Белая рубашка подчеркивала величественные очертания, но заметная неуверенность пронизывала ее ауру. После короткого взгляда ее руки беспокойно переплелись на пуговицах короткого черного плаща, пытаясь справиться с нервозностью и смущением.

- Скорпион, - назвал Роша ее кодовое имя. - Ты сегодня здесь дежуришь?

- Ага, - быстро кивнула девушка. - Эм... я уже два часа... жду здесь... Доктор - вы первый, кто... обратил на меня внимание. Я очень рада.

Слова Скорпиона были прерывистыми, с пробным тоном. В стиле Родос Айленда, где каждый говорил по-своему, она была уникальна – полнейший ноль в общении. Она была совершенно незаметной, а говорить толком не умела. Простое внимание, простое обращение делали ее такой же счастливой, как если бы она выиграла в лотерею.

- Скорпион, я собираюсь на улицу. Можешь сделать вид, что меня не видела?

При этой просьбе Роши девушка медленно покачала головой:

- Нет... Доктор, это ради... вашей безопасности. Вам обязательно нужно... разрешение.

Социальная слабость Скорпиона не означала, что она слаба в действиях. Она довольно решительно протянула руку, чтобы остановить Рошу. Несмотря на мягкую ауру, ее показатели в комплексном обследовании – физическая сила, маневренность на поле боя, боевые навыки и адаптивность к Ориджиниум Арту – оценивались как отличные.

Роша шагнул влево, Скорпион последовала за ним, продолжая держать руки разведенными. Роша шагнул вправо, Скорпион прямо обняла его за талию и, подняв голову, посмотрела на него с обиженным видом, словно ее обидели.

Роша беспомощно поднял руки. Скорпион облегченно вздохнула и отступила на шаг. Тяжелое и мягкое ощущение все еще оставалось на груди Доктора. Она быстро взглянула на Рошу и, увидев, что под капюшоном он не рассердился, облегченно вздохнула.

Как Роша мог на нее злиться? В этот момент в его голове промелькнула мысль, которая быстро воплотилась в действие:

- Скорпион, посмотри на меня.

Низкорослая Скорпион (155 см) как рефлекс подняла голову. Когда она хотела снова спрятаться взглядом вниз, рука Роши легла ей на щеку.

- Доктор, вы...

Для Скорпиона глаза Доктора окрасились в ярко-синий. Мир вокруг быстро окутался тьмой, а синие зрачки становились все ярче, словно дневное море.

Она была поражена мощью, сокрытой в этом море. Спутанные мысли, сложные эмоции превратились в чистый лист. Она чувствовала, что Доктор пишет новые инструкции на этом чистом листе. Мысли Доктора становились ее мыслями - это было само собой разумеющееся и то, что будет полностью выполнено.

Когда Скорпион пришла в себя, она уже провожала взглядом удаляющегося Доктора. Хотя электронные устройства были под рукой, ей не приходило в голову записывать выход Доктора или сообщать другим дежурным.

Роша убедился в существовании своей способности на примере Скорпиона. Вероятно, из-за ее нерешительного характера, он легко смог внедрить команду "считай, что не видела меня в этот раз". С другими охранниками он поступил так же, и вскоре самозабвенно вышел на улицу.

Хотя его команды были безвредны для них, Роша все равно чувствовал вину за то, что по своей воле манипулировал их сознанием.

На данный момент у "Серебряный монах Распутин" был только один носитель. Чтобы изучить эту способность, ему нужно больше образцов.

Но само такое исследование противоречило этике.

Желание исследовать и собственные моральные принципы находились в непримиримом конфликте. Роша то думал о том, что эта способность может принести пользу сотрудникам с психическими травмами, вернуть их к нормальной жизни, то о том, что его действия могут причинить этим сотрудникам еще больший вред.

Пройдя сто двадцать шагов на запад от Родос Айленда, сквозь деревья было слышно шум воды. Ранее, при аэрофотосъемке с дрона, он убедился в наличии пруда под старым кривым деревом в этом лесу.

Дно пруда было из цельного камня. Возле берега некоторые части каменного дна выпукло поднимались над водой, образуя в воде возвышения, похожие на островки. Зеленые деревья, изумрудные лианы покрывали и обвивали их, покачиваясь и переплетаясь, неровно свисая и колыхаясь на ветру.

Роша опустошил свой разум, прислонился к камню и достал из кармана обработанный, безопасный ориджиниум, подбрасывая его в руке.

Неважно, был ли он от природы одаренным, или же ужасающие черные технологии Родос Айленда были настолько сильны, но этот ориджиниум, двойной символ благословения и бедствия, помогал ему восстановить ясность ума. Каждый раз, когда он подключался к специальной командной системе и ценой рассудка командовал сотрудниками в бою,

Он находил свой специальный ориджиниум и поглощал его, наслаждаясь сильнее, чем от глажки кошки.

Иногда он впитывал слишком сильно, энергия ориджиниум мгновенно восстанавливала его рассудок до максимума, и Кульчеи смотрела на него с упреком.

Специальный ориджиниум стоил недешево.

Роша подбросил ориджиниум в воздух, поймал его, затем снова подбросил. В его поле зрения появлялась и исчезала траектория вспышки. В итоге он не смог его поймать.

Роша сел, чувствуя, как его сердце остановилось на секунду. Он неуклюже погнался за катящимся по земле оригиниумом, но опоздал на долю секунды. В конце концов, он мог только беспомощно наблюдать, как тот катится в пруд. Пруд был бездонным,11 он совсем не видел, где находится оригиниум.

Он пробормотал:

– Беда! Удрать-то ладно, но я опять потерял ориджиниум по какой-то дурацкой причине. Келси опять будет бить меня своим хвостом!

– Ой, Доктор, что с вами? У вас такой испуганный вид, даже камни вас пожалели бы.

Этот голос был доболи знаком Роше. Резко подняв голову, он крикнул: “Ланс!” Но голоса был совсем рядом, а помощницы нигде не было видно.

– Ланс?

– Доктор, вниз, вниз. Я здесь.

Послушав указания, Роша опустил взгляд. На него смотрела синяя ядовитая лягушка широко раскрытыми глазами.

– Ля... Ля-ля-ля-ля-ланс?!

– Доктор, даже если не кричать так громко, я вас слышу, – произнесла синяя ядовитая лягушка человеческим голосом. – Это же я, Доктор.

**Глава 3. Принц Ланс**

Роша помнил Ланс как девушку с розовыми волосами средней длины, собранными в два хвостика, которые свисали на грудь. Она была стройной, стильно одетой и всегда приветливо здоровалась со всеми.

У Ланс было три особенности: во-первых, это ее красивые младенчески-голубые глаза со зрачками в форме пятиконечной звезды – очень редкостная форма;

Во-вторых, ее яд. Ланс была мастером ядов, или, вернее, яд стал частью ее жизни. Хотя в общедоступных данных об этом не было однозначной информации, сама она не отрицала своей принадлежности к ядовитым.;

В-третьих, она любила печь десерты в свободное от работы время. Говорили, что ее сладости могли «заставить сдаться даже тех, кто обычно не ест десерты».

Правда, цветовая гамма у них была... своеобразной, мягко говоря, или даже пугающей. Уже по одному внешнему виду можно было отпугнуть желающих попробовать.

Как друг, Роша очень любил Ланс. Когда она была его помощницей, ее веселость скрашивала скуку переработок. А когда он засыпал, Ланс тихонько укрывала его пледом.

Амия, посмотри на Ланс!

Образ Ланс прочно засел в голове Роши. Поэтому, когда синяя ядовитая лягушка заговорила голосом Ланс и назвала себя ею,

его первой реакцией было: это не научно, не магически и даже не сказочно.

Амия, чтобы вернуть Доктора к нормальной жизни после долгого сна — нет, не тюремного срока, а очень долгого отдыха — и сделать его полезным для общества, собрала ему много книг. Когда он вглядывался в текст, обрывки знаний всплывали из пустой памяти, восстанавливая личность «Ноа Роши».

Роша смутно помнил, что где-то видел подобный сюжет, но что-то было не так. Ему было трудно принять синюю ядовитую лягушку за Ланс, поэтому он спросил:

– Если ты — Ланс, то знаешь, что я обычно говорю, когда встречаю Джессику, стажерку из «Блэкстил Интернэшнл»?

Синяя ядовитая лягушка быстро ответила:

– Эй, одолжи лунные монеты?

– Когда я злю Зиму, что она чаще всего мне говорит?

– Позор! Убирайся с поля боя!

– Что чаще всего говорит Лаппленд?

– Техас так может?

– Что за зловещий шепот меня мучает?

– Это... – Синяя ядовитая лягушка задумалась. – Я не знаю. По-моему, «кокодайо» и «Доктор, вам пока нельзя отдыхать» одинаково разрушительны.

– Ты победила... Похоже, ты и есть Ланс.

Доктор печально присел на камень, выглядя опустошенным, словно познавшим дзен. Ланс, превратившаяся в синюю ядовитую лягушку, подпрыгнула на пару шагов вперед,

с безопасного расстояния успокаивая Рошу:

– Доктор, не расстраивайтесь. Вот, смотрите, я вернулась к природе и вполне себе живу, разве нет?

Ланс, ты это называешь возвращением к природе? Меня успокаивает синяя ядовитая лягушка? Почему после этого мне кажется, что я еще более жалкий?!

Роша повернулся и сел, разговаривая с синей ядовитой лягушкой:

– Кстати, Ланс, мы же виделись сегодня утром. Ты приносила мне десерт попробовать. После того, как я съел, кажется, уснул прямо там, пока Амия не разбудила. Как ты «вернулась к природе» и вообще?

– А, это. Извините, я забыла сделать вам укол противоядия, прежде чем дать попробовать.

Ланс в облике ядовитой лягушки смущенно развернулась на сто восемьдесят градусов, спиной к Роше, и сказала:

– Раньше, когда вы прикасались ко мне, ничего не происходило, и я так обрадовалась, что обняла вас в ответ. Раз уж это было на публике, выглядело некрасиво, и доктор Келси даже ругалась из-за этого.

– Меня Келси тоже долго ругала, – пробормотал Роша. – Ее хвост бьет так больно!

– Доктор, вы опять заговариваетесь. У доктора Келси нет хвоста.

– Почему вы мне не верите?!

Ланс вздохнула:

– С вашим психическим состоянием, Доктор, трудно полностью доверять. Хвост и всё такое — это уж слишком реальный сюрреализм.

Передо мной синяя ядовитая лягушка говорит человеческим голосом, нежным таким. Вот это уж точно реальный сюрреализм!

– А потом я подумала, что если у вас есть противоядие, мне не нужно быть такой осторожной.

Ланс продолжила:

– Простите, Доктор.

Десерт был ядовит. Я тоже испугалась тогда, но на вас не было никаких признаков отравления, только крепкий сон. После этого я успокоилась и даже приготовила в подарок извинения.

– Значит, это был твой подарок! – Роша вытаращил глаза. – Что это было?

– Простое противоядие. Я положила его вам в карман. Оно довольно универсальное.

Роша понял, что подарок, о котором он говорил, и подарок, о котором говорила Ланс, — это разные вещи. Он пощупал карман, и холодное ощущение стеклянной пробирки распространилось по ладони.

– А потом как ты превратилась в ядовитую лягушку? – спросил Роша.

– Я пошла к Гуми, мы вместе учились готовить десерты. Может быть, я просто устала. Когда мы поставили их в духовку, меня разморило. Гуми сказала, что позовет, когда будет готово. А когда я проснулась, то заметила, что мир стал намного ниже, мне было неудобно. Увидев свое отражение в луже, я поняла, что превратилась в синюю ядовитую лягушку.

– Было что-то необычное между этим?

– Необычное было очевидно. Я обычно активна днем, всегда в хорошем настроении, а сегодня устала уже утром… Ах, да,

во сне я смутно слышала одну фразу, в конце, кажется, было что-то вроде «дер изерне Хайнрих».

«Железный Генрих»?

Роша смутно припоминал, где слышал это имя, но никак не мог вспомнить.

– Доктор тоже не знает?

– Извини, у меня есть некоторое представление, но оно кажется бессмысленным.

Роша чувствовал, что его способность "Серебряный чернокнижник Распутин" и нынешнее состояние Блутоуда, превратившейся в лягушку-древолаза, могут быть связаны. Ни то, ни другое не было Оропатией, но оба проявлялись перед ним как нечто мистическое, выходящее за рамки обычного.

"Железный Генрих" – что это? Состояние? Явление? Разумное существо? Информации было слишком мало, чтобы сделать какой-либо вывод.

– Доктор, я тронута, что вы обо мне думаете и беспокоитесь, – голос Блутоуда вернул Рошу к реальности, – но мне кажется, вам скоро не поздоровится.

– Я видела, как вы только что выбросили Ориджиниум.

Пока Блутоуд не сказала, Роша и забыл. Теперь он почувствовал, как по спине пробежал холод. Мисс Кал'ци относилась к нему, как мать к непослушному сыну. На самом деле, она была нежна только с Амией.

– Не бойтесь, доктор, – сказала Блутоуд, – у меня есть способ вам помочь.

http://tl.rulate.ru/book/135217/6419797