Готовый перевод A Knight Who Eternally Regresses / Вечно регрессирующий Рыцарь: Глава 87

Врата Шестого Чувства были открыты, и они ощущали то, что могло причинить вред телу. Однако это было больше похоже на антенну, способную улавливать движения в определенном радиусе вокруг Энкрида.

Как только врата открылись, он понял, чем они являются на самом деле.

«Если я использую их иначе...»

Смогут ли они позволить ему «видеть» движения того, кто находится у него за спиной? Он мысленно представил действия Рема позади себя. Тот ковырялся в носу, стряхивал результат, ерзал под своим теплым кожаным плащом и, наконец, поднял голову. Его взгляд остановился на спине Энкрида.

Если объяснять подробно, это был процесс восприятия звука, угадывания его причины и последующего предсказания действий человека — и всё это происходило в одно мгновение.

Это и были «Врата Шестого Чувства». То, что он мог делать, когда врата были открыты.

«Если это так...»

Уклониться от дубинки, которой замахнулись со спины, не должно быть слишком сложно. Это была сфера шестого чувства, интуиции и инстинкта. Наконец, он понял тот инстинктивный метод охоты, о котором упоминал Джексон, — тот, что используют звери.

Врата Шестого Чувства были инструментом, который мгновенно сжимал всю окружающую информацию в его сознании. Поэтому, если применить их правильно, они могли позволить ему почувствовать даже то, как Рем ковыряется в носу за его спиной.

«Некоторые дураки называют это шестым чувством, но это чушь. Это просто хорошая интуиция, вот и всё».

Именно так описывал это Джексон. Поэтому было естественно, что чем чаще их применяешь, тем шире становится область их использования. Конечно, были и предостережения, которые следовало учитывать.

«Если слишком доверяешь своей интуиции, можешь попасть впросак. Будь осторожен».

Сказав это, Джексон положил левую руку на плечо Энкрида. Но как раз перед тем, как рука Джексона коснулась плеча, у Энкрида возникла внезапная иллюзия, что Джексон метит ему в шею.

Это был странный трюк. В некотором смысле он напоминал наемническое фехтование в стиле Валлен.

Даже с открытыми Вратами Шестого Чувства ничего не изменилось в плане выхода из временной петли этого дня. Энкрид просто начал проживать один и тот же день снова.

Но теперь у него было предчувствие, что на этот раз исход может быть иным. На самом деле, это было не просто предчувствие. Он был уверен, что сможет преодолеть эту смертельную ловушку.

Он надел кожаную кирасу, закрепил длинный меч на левом бедре, а меч-щит с толстым клинком — на пояснице. Аккуратно закрепил свистящие метательные ножи в ножнах и спрятал маленькие ножи в обоих сапогах.

Затем он надел гамбезон, завершив полную экипировку легкой пехоты. Он был настолько привычен к ней, что не тратил времени на сборы. Он проглотил завтрак, чтобы быть готовым как можно скорее.

«По пути захвачу еще несколько факелов».

Он прошел этим путем десятки раз. Даже остановка в лавке Генерала по дороге стала настолько привычной, что уже вызывала тошноту.

— Ты идешь к сапожнику, чтобы приставить меч к его горлу? Или планируешь не на жизнь, а на смерть сражаться с парой сапог? — поддразнил его Рем, который услышал суть его задания. Он говорил, лежа в постели, высунув наружу только лицо.

— Не вернусь, пока не искромсаю десять пар сапог.

Это была та же шутка, которую он отпускал каждый день.

«Похоже, повторение этого дня заставляет меня повторять и те же шутки».

Истинные чувства Рема были отчасти заметны. Вероятно, его беспокоило, что Энкрид идет к сапожнику, вместо того чтобы охотиться на монстров.

— Просто закончи с этим побыстрее, и пойдем отрубим головы паре монстров, — Рем фыркнул.

Энкрид кивнул, думая о том, что никто и представить себе не мог, что под лавкой сапожника существует такой туннель. Это было вполне естественно.

«Я бы тоже не поверил, пока не увидел».

Поэтому он не мог не задаться вопросом, что скрывается за этим проходом.

Ганг.

Когда Эстер провожала его, Энкрид легонько щелкнул её по носу, чтобы запомнить этот день.

Кьянг!

Застигнутая врасплох, Эстер отпрянула и потрясла головой, прежде чем издать яростный крик. Энкриду это показалось милым, и он улыбнулся, сказав:

— Я ушел.

Он покинул казармы и заглянул в лавку Генерала, чтобы купить три факела. Два он приторочил к поясу, а один держал в руке как дубинку. Он двигался быстро, добрался до лавки сапожника и вошел внутрь.

— Посмотри на это! Вот здесь дыра! — воскликнул удивленный сапожник.

— Да, я вижу. Дыра. Дай-ка взглянуть.

Сапожник, который говорил с широко раскрытыми глазами, успокоился, услышав ответ Энкрида. Вместо того чтобы суетиться, он осмотрел Энкрида с ног до головы.

— ...Ты собираешься на войну?

Даже патрульные солдаты не врывались в помещения в полном боевом облачении. Видя Энкрида в плотном матерчатом доспехе и при полном вооружении, сапожник не мог не задать этот вопрос.

— Выкладывайся по полной даже в самых мелких делах. Так говорил мне мой инструктор по фехтованию.

Это не было ложью; инструктор однажды сказал ему это мимоходом. Конечно, настоящая причина была в том, что он просто готовился ко всему, что могло произойти.

— Кто-то установил здесь опасную ловушку, так что, что бы ни случилось, не заходи внутрь по ошибке.

Бросив взгляд на дыру и предупредив сапожника, Энкрид увидел, как тот побледнел. Затем он спросил:

— Ты можешь понять это, просто взглянув?

«Ах, я немного тороплюсь», — подумал Энкрид и снова открыл рот.

— Я эксперт в подобных вещах.

Он ответил небрежно, и сапожник неохотно кивнул, наконец отреагировав так, как ожидал Энкрид.

— Ловушка? Какая еще ловушка? Почему нечто подобное находится под моей лавкой?

Энкрид понятия не имел, но скоро должен был узнать. Ловушка была установлена и выполнила свое предназначение.

Очевидным было то, что как только ловушка будет преодолена, что-то откроется. Должно быть, это что-то стоило того, чтобы скрывать его столь тщательно.

— Почему они сделали это здесь... — Энкрид сделал паузу, глубоко вздохнул и продолжил: — Скоро узнаю.

Ему и самому было любопытно. Ответив так, он ловко спустился по склону. Теперь он знал этот туннель как свои пять пальцев.

Он проходил этим путем десятки раз, блуждая по узкому туннелю в попытках открыть Врата Шестого Чувства. Он мог почти наизусть пересказать очертания почвы.

И вот он снова стоял перед шестью развилками. В первом и втором туннелях были взрывные ловушки. В третьем — вертикальное лезвие ветра. Не было нужды тратить больше времени на тренировку своего шестого чувства.

Он сделал достаточно.

«Ну что ж».

Какой из шести туннелей был безопасным? Вместо того чтобы выяснять ответ самому, Энкрид хотел размозжить голову ублюдку, который всё это устроил.

«Такой скрытный».

Если его шестое чувство не ошибалось, все шесть туннелей были заминированы. За десятки повторений одного и того же дня он естественным образом подтвердил точность своего шестого чувства.

Было ли верным ощущение опасности? Да, оно было точным. Энкрид также обнаружил, что шестой туннель никуда не годится. Если зайти в него, сверху распространится облако дыма.

В тот момент, когда оно касалось кожи, оно вызывало волдыри, а вдыхание приносило боль гораздо сильнее, чем от пореза или укола — ядовитый туман.

Все шесть туннелей внушали предчувствие беды. Выхода не было. Все они были заблокированы. Стоит ли остановиться? Неужели он в ловушке? Неужели он больше ничего не может сделать?

Инстинктивно он понял. Чтобы сбежать из этого дня, он должен был пройти дальше туннеля. Остановиться здесь означало остаться запертым в этом дне.

Его противником был не искусный солдат с точным выпадом, не безмолвный убийца и не враждебная армия на невыгодном поле боя. Это была всего лишь ловушка. Магическая ловушка, неподвижная и лишенная разума.

Энкрид встал перед первым туннелем.

«Оступись — и всё, конец».

Как активировалась магическая ловушка? С открытыми Вратами Шестого Чувства он мог наблюдать за ней из сферы инстинктов. Факел не требовался.

Энкрид шагнул в туннель. С каждым шагом по его лбу катился холодный пот. Казалось, он едва избегает острых лезвий, просто проносясь мимо них.

Механизмом срабатывания ловушки было обнаружение. Он избегал тех мест, где чувствовал предчувствие опасности, с предельной концентрацией и Смелостью зверя в сердце.

Его шаги не дрогнули. Сосредоточившись и открыв Врата Шестого Чувства, он нашел бреши в магической ловушке. Со стороны казалось бы, что он просто идет зигзагами.

Но Энкриду казалось, что он идет по канату. И все же он верил, что это возможно. Сфера шестого чувства и интуиции. Он преодолел ловушку чисто на инстинктах.

Много ли людей способны на такое?

Чувство выполненного долга наполнило его грудь. Но, конечно, ему пришлось отложить эти чувства в сторону.

— Пока что.

Он прошел первый участок. Он всмотрелся в темноту впереди и зажег факел. Он тщательно изучил путь, но больше не чувствовал прежнего предчувствия беды.

Однако он был уверен, что впереди что-то есть. Это была интуиция. Энкрид осторожно двинулся вперед и вскоре увидел существо, которое ждало его.

— Кррр...

Сгорбленная спина, острые костяные шипы, выступающие там, где должен быть позвоночник. Даже в свете факела его кожа была настолько бледной, что казалась почти синей.

Его рот был во много раз больше человеческого, с него капала густая слюна. Когти были длинными, предплечья толстыми, а глаза — угольно-черными.

Сквозь потрескавшуюся кожу можно было разглядеть жилистые мышцы под ней. Он был настолько сильно сгорблен, что его кулаки касались земли.

Гуль.

В этом мире были монстры и звери. Согласно теологам, они были существами, рожденными в ходе древних войн между богами. Но Энкриду было всё равно.

Важно было то, что эти существа существовали. Если они напоминали животных, их называли зверями. Всех остальных называли монстрами.

Гули были монстрами, пожирающими людей.

— Почему ты вылез здесь?

Можно ли считать его нежитью? Сапожник был отчасти прав. Под землей был монстр. Но вместо скелета-солдата появился Гуль.

У монстров не было интеллекта, чтобы вести беседу. Они просто бросались на свою добычу.

— Грррааах!

Гули ели людей. Их приплюснутые, похожие на рыльца носы были дырами на лицах и служили органами, способными учуять запах человека.

Как только они улавливали запах добычи, они бросались в атаку. Туннель был не таким уж тесным. Но и не настолько просторным, чтобы свободно передвигаться и размахивать мечом.

И всё же места для маневра хватало.

Шлёп. Лязг.

Как только Энкрид увидел бросившегося на него Гуля, он выхватил свой длинный меч и выставил его перед собой под углом.

«Трое».

Позади первого были ещё двое. Обычно, чтобы уложить одного Гуля, требовалось два или три копейщика. Опытный солдат мог справиться с одним, используя меч, но этого следовало избегать, если была такая возможность.

Конечно, если ситуация вынуждала, приходилось бить Гуля в лицо. Прямо как сейчас делал Энкрид.

Тук!

Он подал клинок вперёд, вонзив его в грудь первому Гулю, затем ухватился за меч левой рукой и с силой потянул его вниз под углом.

— Грррааагх!

Раздался вой, который не смогли бы издать человеческие связки. Гуль с застрявшим в груди мечом поддался Силе Энкрида и рухнул на колени.

Из-за этого лезвие проскользило по телу существа лишь на ширину пальца, не сумев разрубить его пополам. Тем не менее, мышцы его левой руки напряглись от давления.

Пока он усмирял одного, следующий Гуль бросился в атаку, выпустив когти. Предугадав это, Энкрид развернулся на левой ноге, чтобы уклониться, и нанёс удар своим свободным правым кулаком.

Бац!

Голова Гуля откинулась назад от прямого попадания. Сила удара на мгновение оглушила тварь, остановив её натиск. Третий Гуль позади попытался прорваться вперёд.

Он вытянул руку — его конечности были длиннее, чем у двух других. Гули по своей природе были непропорциональными созданиями: у одного могли быть длинные руки, у другого — толстые ноги.

Энкрид уже заметил движения последнего Гуля и наклонил голову ровно настолько, чтобы избежать его вытянутых когтей. Теперь, когда он создал брешь в обороне противника, что ему делать дальше?

«Убирать их по одному».

Ему нужно было просто их уничтожить.

В прошлом — действительно в далёком прошлом, до того, как он начал проживать этот день снова и снова, — он бы уже давно погиб. Но опыт, мастерство владения мечом и боевые искусства, которые он накопил, достигли теперь внушительного уровня.

Схватившись за рукоять обеими руками, он нанёс рубящий удар сверху вниз. Мышцы обеих рук напряглись.

Хлюп.

— Грраах!

Одного Гуля разрубило от груди до паха, и фиолетовые внутренности вывалились на землю. Упавший факел осветил двух оставшихся монстров, чьи тени длинными пятнами растянулись позади них.

Два безмозглых чудовища снова бросились в атаку. Энкрид, который легко разделался с первым из троих, снова пустился в танец со своим мечом. Сделав быстрый шаг, он нацелил горизонтальный удар в шею Гуля.

Последнего из оставшихся он подцепил ногой, заставив того растянуться на земле, а затем изо всех сил топнул по его голове.

Хрясь!

Голова не лопнула, как тыква.

— Гркх, грркх.

Но из трещин в черепе начала сочиться чёрная жидкость.

— А вот теперь мне по-настоящему любопытно.

Пробормотал Энкрид, вонзая меч вертикально в голову последнего Гуля.

Хруст.

Кончик клинка пробил голову Гуля и ушёл в землю. Энкрид вытянул меч из раздробленного черепа.

Три Гуля.

Бой, который обычно потребовал бы участия как минимум шести солдат низшего ранга, Энкрид завершил с легкостью. Поскольку когти Гулей были ядовитыми, даже царапина могла стоить ему жизни, но его никто не коснулся.

Это был момент, доказывающий эффективность его тренировок, хотя было немного обидно, что никто не стал этому свидетелем.

Но вскоре тварь, скрывающаяся в глубине, увидит всё сама. Увидит, насколько безжалостным может быть его меч.

— Фух.

Он сделал несколько глубоких вдохов и стряхнул чёрную жидкость Гуля со своего клинка. Затем достал из сумки дешёвую льняную ткань и протёр лезвие. После этого он двинулся дальше вглубь туннеля.

Путь в глубину туннеля был путём в завтрашний день. И в этом не было никаких колебаний.

http://tl.rulate.ru/book/134913/6255853