Готовый перевод A Knight Who Eternally Regresses / Вечно регрессирующий Рыцарь: Глава 44

В Азпене три семьи составляли основу управления, а семья Харриер олицетворяла воинскую доблесть. Каждый ребенок, рожденный в семье Харриер, будь то мальчик или девочка, изучал боевые искусства. Они оценивали талант каждого ребенка, собирали и обучали только тех, кто подавал надежды.

Талант капризен, а прихоти богини удачи непредсказуемы. Чтобы собрать эти крупицы таланта, семья Харриер вербовала людей как из прямых, так и из боковых ветвей рода.

Митч Харриер был одним из них. Рожденный в боковой ветви под другой фамилией, он стал членом семьи Харриер.

С раннего возраста Митч Харриер проявлял необычайный талант. К пятнадцати годам он уже мог справиться с парой взрослых солдат. В следующем году он совершил невероятный скачок, перешагнув уровень обычных воинов. В восемнадцать лет он доказал свое мастерство, победив в поединке один на один мечника, который был настолько прославлен, что представлял целую деревню. А всего в двадцать два года он мог спарринговать с теми, кто уже успел сделать себе имя в городе, ничуть не уступая им.

Мало кто мог сравниться с его фехтованием. Особенно среди сверстников. Такая среда породила в нем высокомерие.

«Зачем утруждаться, если я могу сделать это пару раз и получить результат?»

Зачем тренироваться до опухших бедер? Зачем размахивать мечом до кровавых мозолей на ладонях?

Он не хотел. Он был доволен тем, что имел. Он больше не старался так, как когда впервые взял в руки меч. И все же, только благодаря своему таланту, он стал одним из трех лучших воинов в Серых гончих.

Для Митча это было впервые.

Дзынь!

Он парировал удар сверху, нанесенный снизу. На мгновение потеряв бдительность, он позволил лезвию оцарапать свое плечо. Митч нанес ответный выпад и ударил противника ногой по голени.

Это был прием, который он часто использовал против менее умелых бойцов. Нелегко заблокировать удар ногой, когда сосредоточен на мече.

Даже если удар был заблокирован, это создавало брешь. Противник, знакомый с этой тактикой, увернулся от выпада, развернув плечо, и принял удар ногой, подняв ступню. Его равновесие осталось непоколебимым. У него были крепкие основы.

«Раньше он не был на таком уровне».

Митч вспомнил момент, когда столкнулся с этим человеком ранее. Тот внезапно приблизился и небрежно заговорил:

«Привет, приятно познакомиться. Как насчет того, чтобы устроить дуэль не на жизнь, а на смерть, раз уж мы встретились?»

Знакомое лицо. Это был определенно тот самый ублюдок. Вражеский солдат, совершивший ночной налет.

Несмотря на туман, мешавший обзору, как он добрался сюда?

Раздумывать было некогда. Противник первым вытянул меч.

Дзынь!

Блокируя удар, Митч размышлял. Это могла быть еще одна обманка. Он приказал охранять тылы, планируя разобраться с этим парнем самостоятельно. Если флагшток упадет, это серьезно нарушит их стратегию. Вот почему он был здесь.

В то время как командир роты Серых гончих отвечал за захват и вытеснение врага с позиций, ролью Митча была оборона этого участка. Вражеский солдат, заблокировавший его удар ногой, нацелил удар сверху прямо в голову Митчу.

Митч парировал и отвел меч противника в сторону, скрестив клинки.

Тинг!

При столкновении лезвия прошли под углом друг к другу. В последний момент оба применили силу, отталкиваясь друг от друга.

Между ними образовался разрыв в пять с лишним шагов. Прежде чем снова атаковать, Митч заговорил:

— Ты скрывал свое мастерство?

— В некотором роде.

— Как тебя зовут?

— Энкрид.

Это был человек, которого Митч отчаянно хотел встретить. Тот, кого он должен был убить, чтобы почувствовать удовлетворение. Этот парень пришел сам.

Митч облизнул губы.

— Ладно, Энкрид. Я запомню твое имя.

— Не стоит. Если забудешь, я напомню.

— Ты, сумасшедший ублюдок, ты здесь и умрешь.

Митч поднял меч над левым плечом. После нескольких столкновений он смог оценить мастерство противника. Теперь пришло время показать свою истинную Силу. Он верил, что сможет снести голову Энкриду в течение пяти ударов.

И пять ударов мечом прошли. Брови Митча сошлись к переносице. Его выражение лица помрачнело. Такое было впервые. Если бы мастерство противника подавляюще превосходило его, он бы понял, но это было не так. Противник едва успевал за ним. И все же казалось, будто он знал все привычки Митча: блокировал, выдерживал и парировал его удары. Митч увеличил Скорость и добавил обманные движения. Все равно, это не заканчивалось.

После еще нескольких обменов ударами он видел только противника. Меч и противник, клинок и он сам, он сам и клинок.

Митч Харриер почувствовал то же, что и когда впервые взял в руки меч. В тот момент, когда он впервые держал меч, возникло чувство, что под небом существуют только он и клинок. Казалось, если он взмахнет мечом — он разрубит противника. Если сделает выпад — пронзит. Если отведет назад и ударит — попадет.

Митч сделал именно это.

Он ударил сверху, развернулся, вытянулся, нанес выпад и ударил снова.

И так же поступил его противник.

Энкрид достиг состояния предельной концентрации. В этом состоянии он обменивался ударами с Митчем. Благодаря бесчисленным повторениям сегодня, он мог видеть привычки Митча насквозь. Блокировал удары ногами и парировал выпады мечом.

Затем меч противника на мгновение изменился. Он стал острее и злобнее, чем прежде. Рубящие и изгибающиеся движения, порезы и развороты.

Дзынь! Дзынь! Дзынь!

От яростных столкновений от клинков летели искры. Несколько ударов оцарапали его плечо и бок.

Хотя раны не были глубокими, кровь брызнула в воздух. Было по меньшей мере три момента, когда его жизнь висела на волоске.

В эти моменты концентрация Энкрида усилилась. Он намеренно ввел себя в состояние обостренного восприятия. Забыв об окружающем мире, он вошел в пространство, где существовали только он и его меч.

Точка предельной Точности была полностью активирована. В его глазах отражался только меч Митч Харриера.

В глазах Митч Харриера отражался только меч Энкрида.

Они сражались как безумцы. Рискуя жизнями. Даже для наблюдателей их атаки выглядели пугающе.

Плюх.

Когда им не удалось перерезать друг другу горло, оба истекали кровью из ран на шее. Сохраняя концентрацию, Митч применил свой коронный прием. Отступив левой ногой и шагнув правой вперед, он создал непривычную дистанцию.

Он опустил меч за бедро.

— Вдох.

Он сделал короткий вдох, напрягая мышцы. Техника меча, сочетающая Точность и гибкость. Она напоминала приемы, позволяющие парировать и отражать удары.

Митч овладел техникой внезапного реверсивного удара. Круговой разрез, описывающий широкую дугу снизу вверх. Изменяя стойку и прикрывая меч корпусом, он скрыл начальную точку атаки, превратив ее в почти неблокируемый выпад.

Корректировка позиции ног для изменения дистанции была сделана исключительно ради этого кругового удара. Пока его противник готовился к нему, Энкрид пережил состояние глубокого погружения. Благодаря этому опыту он обрел нечто большее, чем просто навыки фехтования.

«Я вижу это».

Хотя это не было видимо физически, он мог ярко представить движения противника в своем разуме. При фокусировке на одной точке его слух стал невероятно острым.

Он слышал звук шагов, вдох, сделанный при отведении меча назад. Каждый звук собирался в информацию, формируя ментальный образ. Он «умирал» от этого кругового удара более десяти раз. Пройдя через бесчисленные поражения от этого самого приема, образ в голове Энкрида был кристально ясным.

Казалось, он видел скрытый клинок и слышал дыхание противника. Все это в совокупности позволило ему рассчитать тайминг кругового удара.

Вжух.

Звук лезвия, рассекающего воздух, пронзил его уши. Вскоре клинок взмыл по дуге снизу вверх. В своем обостренном состоянии Энкрид рефлекторно опустил свой меч вниз. Точно по траектории, блокируя круговой удар.

Дзынь!

Клинок, шедший вверх, и клинок, опускавшийся вниз, встретились. Оба приложили такую силу, что меч Энкрида треснул с громким хрустом. В момент столкновения Митч был удивлен тем, что его удар заблокировали, что наполовину разрушило его концентрацию.

Но Энкрид был другим.

Его частично треснувший меч заскользил вдоль клинка Митча.

Скри-и-ич!

Трение клинков породило странный звук. Митч инстинктивно поднял свой меч. В обычных условиях его бы отбросило, но Энкрид надавил с силой. Естественно, было выгоднее давить сверху, чем поднимать снизу.

Более того, благодаря ежедневным тренировкам, Исключительная сила Энкрида превосходила силу врага. В состязании мощи у Митча не было шансов. Энкрид надавил на лезвие, а затем выставил левую ногу вперед, добавляя больше усилия и прижимая клинок Митча вниз.

Скрип!

Меч Митча был прижат к земле. Энкрид в этот момент выставил левую ногу вперед и, развернув талию, нанес выпад. Кончик клинка вонзился в грудь Митча.

Хотя на Митче были доспехи, сила удара была колоссальной. Его грудь была пронзена.

Однако клинок не прошел насквозь. Энкрид вытянул меч обратно.

Хлюп — окровавленное лезвие вышло наружу.

— Хаф... хаф...

Энкрид вытащил меч, переводя дыхание. Он выложился до конца за одно краткое мгновение. Его конечности дрожали.

Кровь хлынула из груди Митча. Он пошатнулся, сделав несколько шагов назад, как пьяный, а затем выпрямился. Зрачки Митча, казалось, расширились, но вскоре он широко открыл глаза и собрал остатки сил.

— Мне следовало нацелиться на контратаку, — произнес Митч.

Кровь все еще текла из его груди. Ее было немало. Струящаяся кровь быстро пропитывала одежду.

— Если бы я парировал и создал брешь, бой сложился бы в мою пользу. Разве не так?

— Разве победа не определяется исходом? — ответил Энкрид вопросом на вопрос.

— Ты не ошибаешься, но это расстраивает. Может, мне не стоило пропускать тренировки. В конечном итоге, я проиграл чисто из-за Силы.

Взгляд Митча затуманился. Даже если его оставить в покое, он умрет. Кровотечение усиливалось. Энкрид сделал шаг вперед, поднимая меч.

— Стой!

Как раз в тот момент, когда он собирался нанести последний удар, кто-то закричал и бросился на него. С тяжелым звуком Энкрид инстинктивно изменил угол меча, чтобы частично защитить верхнюю часть тела.

Дзынь!

Тяжелый удар пришелся по его мечу. Энкрид отступил на два шага и посмотрел на нового противника. Это был человек с усами. Он защищающе встал перед Митчем.

— Защищайте Митча! — закричал мужчина.

Энкрид огляделся. Несколько солдат появились и сформировали защитный барьер вокруг Митча.

Затем они посыпали грудь Митча порошкообразным лекарством. Кровотечение быстро остановилось.

— Ублюдок. Ты хоть понимаешь, где находишься?

Мужчина с усами свирепо посмотрел на него. Он казался невероятно разгневанным, и его взгляд постоянно метался к Митчу.

Этот парень был настолько важен?

Энкрид выровнял дыхание, наблюдая за противником. Его плечи тяжело вздымались.

Но в его стойке не было брешей.

Мужчина с усами только что проверил флагшток и вернулся. Он думал, что Митч победит. Навыки Энкрида не казались чем-то Исключительным. Но результат оказался прямо противоположным.

Несмотря на победу над Митчем, Энкрид не поддался азарту. Нужно было продолжать дело. Это поле боя, и битва была в самом разгаре.

Романтические дуэли или поединки один на один здесь были не к месту. Энкрид четко понимал свою задачу.

— Разве не говорят, что чем больше магический носитель, тем он хрупче? Это правда?

Видя, как двое солдат уносят Митча, спросил Энкрид. Мужчина с усами прищурился.

— Ты довольно много знаешь.

Много.

Энкрид твердо уперся ногой в землю и резко ударил по ней. Сноп грязи и короткой травы взлетел вверх, закрыв лицо усатому мужчине. Тот быстро поднял руку, чтобы прикрыться, и закричал:

— Остановите его! Не подпускайте его к флагштоку!

Энкрид рванулся вперед, как только увидел, что обзор противника ограничен.

Свист!

Сзади полетел арбалетный болт. Энкрид извернулся влево, но один из болтов все же вонзился ему в правое плечо.

«С этим можно справиться».

Энкрид помчался прямо к флагштоку. Вражеский солдат преградил ему путь, выставив копье. Налетая, словно носорог, Энкрид за пять шагов до столкновения с силой ударил ногой в землю, резко уходя вправо. Болт, предназначавшийся Энкриду, вонзился в солдата с копьем.

— А-а-а! Мой глаз!

Неудачливый солдат схватился за лицо. Еще трое были ранены в руки или торс.

— Прекратить стрельбу! Прекратить! — закричал один из командиров арбалетчиков.

Энкрид, находясь в состоянии полуфокуса, объединил обостренное восприятие с чувством своего клинка. Он прислушивался к звукам, создавая ментальную карту позиций и действий врага. Он резко сменил направление, ворвавшись в гущу арбалетчиков с мечом наготове.

— Ха!

Ошеломленный солдат получил рубящий удар по голове, расколовший череп. Инерция замаха подняла меч вверх, и Энкрид описал им круг вокруг себя.

Вжух!

Перепуганные солдаты отступили.

— Серые гончие! В погоню! — скомандовал усатый мужчина.

Энкрид, прорвавшись сквозь арбалетчиков, бросился в другую сторону.

Укол!

Он пронзил горло солдата на бегу. Подняв упавший арбалетный болт, он метнул его в сторону.

Тук! Болт ударился о доспехи противника и упал на землю.

Солдат, который выхватил короткий меч вместо арбалета, бросился на него, но тут же получил метательный нож в лоб. Он потерял бдительность, решив, что болт был единственной угрозой.

— Фух!

Тяжело выдохнув, Энкрид двигался сквозь вражеские ряды, словно у себя дома. У него было две цели. Первая — уничтожить флагшток. Вторая — молиться, чтобы союзный командир роты перестал принимать глупые решения и обеспечил тыл.

— Ублюдок!

Мужчина с усами был в ярости. Его гнев, казалось, достиг пика. Энкрид метнулся в сторону и наконец добрался до флагштока. Он метнул все метательные ножи, что были в руке.

Вжик, вжик, вжик!

Пять ножей полетели в развевающееся полотно. Флаг был плотным и рвался неохотно. Вражеские солдаты были поражены.

— Черт возьми!

Послышались проклятия.

— Блокируйте его! Остановите его! — закричал тот, кто, по-видимому, был магом, стоявшим у подножия флагштока.

Пока все внимание было приковано к ножам, впивающимся во флаг, Энкрид перекатился по земле. Хотя прямой угрозы вроде стрел не было, его внезапный кувырок не привлек внимания.

Эта пауза позволила мужчине с усами сократить дистанцию.

«Попался, ублюдок».

Мужчина с усами был уверен в своей победе. Энкрид как раз поднимал оброненное копье.

— Останови его!

— Нет!

Заорали и усатый, и маг. Энкрид ответил действием. Он топнул левой ногой и, используя инерцию всего тела, метнул копье.

Бам! Копье вонзилось в знамя.

Дрр-р!

Ткань порвалась, образовав дыру. Если магический носитель поврежден, он становится бесполезным. Не было нужды сваливать флагшток — достаточно было просто порвать флаг. Энкрид облегченно вздохнул, видя, как окружающий его туман рассеивается.

— Ты, безумный ублюдок, ты хоть думаешь, что выберешься отсюда живым?

В глазах усатого мужчины полыхала ярость. Энкрид поднял меч, выровняв его по центру тела, и кивнул.

— Может быть?

Шансы были пятьдесят на пятьдесят. Половина шанса выжить, половина — умереть. Для большинства это были ужасные шансы.

Но только не для Энкрида. Если он провалится, он просто попробует снова.

http://tl.rulate.ru/book/134913/6255809