Готовый перевод Путь Слепого Дао: Глава 61: Эхо Древней Силы

Тьма в новом туннеле была иной, чем в заброшенном кабельном коллекторе. Она была… старше. Запах плесени и гнили сменился ароматом холодного камня, озона и едва уловимой, почти неуловимой ноткой чего-то металлического и сладковатого, что Сюань Цзин не мог идентифицировать. Сквозняк, который они ощутили у входа, здесь превратился в постоянное, тихое движение воздуха, указывающее, что туннель имеет продолжение и связан с более обширными пространствами.

Стены были гладкими, словно оплавленными, без единого шва или выступа. Материал, из которого они были сделаны, не вибрировал от внешних воздействий Станции, но сам по себе излучал слабую, почти неощутимую пульсацию – остаточное эхо древней энергии. Пустота Сюань Цзина, соприкасаясь с этими стенами, ощущала не сопротивление, а… узнавание. Словно это место было создано кем-то, кто понимал Пустоту так же глубоко, как он сам, или даже глубже.

Он шёл первым, его босые ноги ступали по такому же гладкому, чуть прохладному полу. Длинные белые волосы, теперь уже скорее серо-стальные от грязи и пота, он отвёл назад, чтобы не мешали. Ткань его одежды была мокрой от сырости туннеля и свежей крови, сочившейся из раны на плече, которую он снова задел при спуске. Он чувствовал, как ноют мышцы, как протестуют повреждённые рёбра, но его воля, закалённая годами тренировок и болью, гнала его вперёд. Десять Точек Второго Ранга сияли в его сознании ровным, холодным пламенем, поддерживая его, давая силы.

— Лэй, как ты? — тихо спросил он, не оборачиваясь.

Ответом ему было сдавленное, хриплое дыхание.

— Иду… господин… — Голос Лэя был слаб. Вибрации его тела стали прерывистыми, Пустота – тонкой, едва заметной нитью. Последний бой и тяжёлый переход дались ему слишком дорого. «Ещё немного… нужно продержаться…» — стучало в висках воина, пока он, шатаясь, следовал за Сюань Цзином, опираясь на стену.

Мэй шла между ними, её рука всё ещё сжимала край одежды Сюань Цзина. Она ощущала слабость Лэя, его боль, и это добавляло к её собственному страху. Но след Отголоска Боли, который она чувствовала впереди, теперь был другим. Он не давил, не причинял страдания. Он… звал. Тихо. Настойчиво. «Там… что-то важное… Оно не злое… оно… ждёт?» — её Пустота тянулась к этому зову, как цветок к далёкому солнцу.

Сюань Цзин сосредоточился на древних следах Пустоты, которые он ощутил у входа в этот туннель. Они всё ещё были здесь, слабые, почти стёртые временем, но безошибочно узнаваемые. Это была Пустота невероятной мощи и чистоты. «Ранг S… или даже выше, — подумал он, вспоминая недавние уточнения об иерархии силы. — Кто бы ни оставил эти следы, он был невероятно силён. Наверняка мог двигаться по воздуху как птица, а стены Станции для него были не преградой, а лишь временным неудобством». Эта мысль заставила его ещё раз оценить мощь тех, кто когда-то обитал здесь. И опасность, которую могли представлять подобные им сущности, если они всё ещё существовали.

Туннель начал плавно изгибаться, уводя их глубже. И здесь Сюань Цзин почувствовал… давление. Не физическое. Давление Пустоты. Оно было мягким, но всепроникающим. Словно само пространство пыталось вытеснить их, отторгнуть.

Лэй застонал и пошатнулся, его Пустота почти исчезла.

— Господин… я… не могу…

Сюань Цзин мгновенно развернулся, его Пустота окутала Лэя, создавая защитный барьер. Он почувствовал, как чужеродное давление пытается пробиться сквозь его защиту, как его собственные Десять Точек напрягаются, сопротивляясь. Мэй испуганно вскрикнула, её тоже коснулось это давление.

«Фильтр… — понял Сюань Цзин. — Это место защищено. Оно пропускает только тех, кто обладает определённой силой или… чистотой Пустоты». Это объясняло, почему Следопыты не сунулись сюда, почему этот туннель остался нетронутым.

Давление нарастало. Сюань Цзин чувствовал, как его Пустота начинает трещать под напором. Лэй уже почти потерял сознание.

«Нельзя сдаваться!» — он стиснул зубы. Его собственная боль, усталость, страх за спутников – всё это слилось в один яростный импульс. Он вспомнил слова Тьянь Хэ о Пустоте как об океане, о её текучести, о её способности поглощать и преобразовывать.

Он перестал сопротивляться давлению. Вместо этого он… открылся ему. Позволил ему войти в свою Пустоту. Не как врагу. А как… части этого места. Он попытался найти резонанс, не бороться, а слиться.

Десять Точек Второго Ранга вспыхнули ярче, вибрируя на новой, более высокой частоте. Боль от давления не исчезла, но она изменилась. Она стала… информацией. Он начал понимать природу этого поля. Это была не агрессия. Это была… проверка. Древний страж, проверяющий чистоту намерений.

И его Пустота… она ответила. Чистотой его отчаяния. Чистотой его решимости защитить тех, кто был с ним.

Давление медленно, неохотно начало отступать. Поле вокруг них стабилизировалось. Сюань Цзин тяжело дышал, его тело дрожало от перенапряжения. Но он выстоял.

Лэй медленно приходил в себя, его дыхание стало ровнее. Мэй смотрела на Сюань Цзина широко раскрытыми глазами, её Пустота была полна благоговейного ужаса и восхищения.

И в этот момент Сюань Цзин почувствовал это. Лёгкий, едва заметный сдвиг внутри себя. Словно тонкая нить напряжения лопнула, освобождая что-то новое. Одиннадцатая Точка. Она родилась не из тренировки, не из медитации. Она родилась из этого столкновения, из этого отчаянного акта воли и понимания. Она была маленькой, едва заметной, но она была. Чёрная прядь, почти невидимая в его седых от грязи волосах, должна была появиться, но он не мог этого знать. Он просто чувствовал, как его Пустота стала чуть глубже, чуть сильнее.

«Одиннадцать… — пронеслось в его голове. — Это… ещё не Ранг 3. Но это… шаг». Сейчас была борьба за выживание. И каждый шаг вперёд оплачивался кровью и болью.

Туннель впереди посветлел. Не от искусственного света. А от… свечения.

Они вышли в огромную, круглую пещеру. Стены её были покрыты гигантскими кристаллами, излучающими мягкий, голубоватый свет. В центре пещеры находилось небольшое озеро, вода в котором была абсолютно чёрной и неподвижной, как застывшее стекло. А над озером, в воздухе, парило… что-то.

Это был артефакт. Сфера из переплетённых световых нитей, пульсирующая в такт с Отголоском Боли, который здесь ощущался особенно сильно, но уже не как крик, а как… песня. Песня древней тоски и бесконечного ожидания.

Навигатор Пустоты на груди Сюань Цзина вспыхнул ярким теплом, резонируя со сферой.

— Что… что это? — прошептала Мэй, её Пустота тянулась к сфере, как заворожённая.

Сюань Цзин не знал. Но он чувствовал – они пришли. Туда, куда вёл их Навигатор. Туда, где ждали ответы.

Или… новые вопросы.

Сюань Цзин стоял на пороге светящейся кристаллической пещеры, его Пустота жадно впитывала незнакомые эманации. Воздух здесь был удивительно чистым, почти стерильным, с лёгким привкусом озона и той же едва уловимой металлическо-сладковатой ноткой, что он чувствовал в туннеле. Мягкий голубоватый свет, исходящий от кристаллов, не давал ему визуальной информации, но он ощущал их тепло, их слабую, почти музыкальную вибрацию, создававшую уникальный акустический фон. Его длинные, теперь уже определённо не белые, а серо-стальные от въевшейся пыли и грязи волосы, слегка шевелились от едва заметного движения воздуха, исходящего от центра пещеры. Он чувствовал, как ноет заживающее плечо под пропитанной потом и кровью тканью, но сейчас это было на периферии его сознания.

Вся его суть, все его Десять (а теперь уже неуловимо-одиннадцать) Точек Пустоты были сфокусированы на парящей в центре сфере. Она была источником той странной «песни» Отголоска Боли – меланхоличной, древней, бесконечно одинокой. Навигатор Пустоты на его груди пылал ровным, сильным жаром, его пульсация идеально совпадала с ритмом сферы.

«Что это?..» – он медленно двинулся вперёд, его босые ноги ступали по гладкому, чуть тёплому кристаллическому полу. – «Хранилище? Усилитель? Или… само сердце Отголоска в этой части Станции?»

Сфера состояла из мириадов тончайших световых нитей, переплетённых в сложный, постоянно меняющийся узор. Он «видел» их своей Пустотой – это была не просто энергия, а… информация. Концентрированная, необработанная, как чистый поток данных. Мощь, исходящая от неё, была колоссальной, но не агрессивной. Она просто… была. «Сила, создавшая это, — подумал он, — должна быть на уровне тех, кого называют Древнейшими. Существо Ранга S, способное летать и регенерировать от любых ран, показалось бы ребёнком рядом с таким создателем. Разница в уровнях силы… она действительно огромна, как пропасть между смертным и культиватором Ранга B».

Чёрное озеро под сферой не отражало свет кристаллов. Оно поглощало его. Сюань Цзин протянул к нему свою Пустоту. Поверхность была идеально гладкой, но не жидкой. Скорее, как отполированный обсидиан. И холодной. Ледяной. От неё исходила вибрация абсолютного покоя, абсолютного нуля.

— Оно… зовёт, — прошептала Мэй, сделав несколько неуверенных шагов за Сюань Цзином. Её Пустота была натянута, как струна, вибрируя в унисон со сферой. Она не чувствовала страха, только… притяжение. И глубокую, необъяснимую печаль. «Словно… оно плачет. Но без слёз. Без звука. Только… болью».

Лэй, тяжело дыша, опёрся о стену у входа в пещеру. Он был слишком слаб, чтобы подойти ближе, но его единственный глаз внимательно «ощупывал» сферу, его Пустота пыталась проанализировать её с точки зрения воина. «Источник силы… невероятной. Но нет защиты? Или она настолько тонка, что я её не чувствую? Опасно. Очень опасно. Господин… он всегда идёт туда, где опаснее всего».

Сюань Цзин подошёл к самому краю чёрного озера. Теперь он был прямо под сферой. Пульсация света и звука (или того, что его Пустота воспринимала как звук) окутывала его. Он чувствовал, как его собственная, недавно обретённая одиннадцатая Точка Пустоты начинает резонировать с этой энергией, впитывать её, как губка. Это было не похоже на давление в туннеле. Это было… приглашение.

Он поднял руку, протягивая её к сфере. Пальцы прошли сквозь световые нити, не встречая сопротивления. Он ощутил… информацию. Поток образов, ощущений, звуков, не воспринимаемых обычными чувствами, хлынул в его сознание.

Картины разрушения. Звёздные войны. Древние расы. Предтечи, их лица или то, что заменяло им лица, искажённые страданием. И сама Станция – не как мёртвый механизм, а как живое, страдающее существо, пронзённое тысячами игл боли. Отголосок… это был её крик. Крик, превращённый в оружие. Или в сигнал бедствия.

И он увидел… Z-0. Снова. Не как туманный образ из своих снов. А как чёткую, почти осязаемую фигуру, стоящую в центре такой же сферы, но другой, более древней, более мощной. Фигура была размыта, но он чувствовал её Пустоту – холодную, безмерную, как сама Вечная Ночь. И она… она была связана с ним. Неразрывно.

Поток информации прервался так же внезапно, как и начался. Сюань Цзин пошатнулся, его рука безвольно упала. Голова гудела. Образы всё ещё стояли перед его внутренним взором.

— Господин! — Мэй подбежала к нему, её Пустота была полна тревоги.

Он выпрямился. Его лицо было бледным, но на нём застыло выражение глубокой задумчивости. Он узнал. Не всё. Но достаточно.

— Эта сфера… — сказал он медленно, его голос был глухим. — Это… ретранслятор. Один из многих. Они усиливают и передают Отголосок Боли по всей Станции. Но не они его источник.

Он посмотрел (своей Пустотой) на сферу. Теперь он видел её иначе. Не просто артефакт. А… узел. Узел в сети страдания.

— И Z-0… он как-то связан с созданием этой сети. Или с попыткой её контролировать.

Он снова коснулся Навигатора на груди. Тот всё ещё вибрировал, но теперь его «зов» был другим. Более точным. Он указывал не на сферу. А… сквозь неё. Вниз. В глубину чёрного озера.

— Путь… он там, — сказал Сюань Цзин, указывая на неподвижную гладь.

Мэй испуганно посмотрела на чёрную воду. — Но… как?

Прежде чем Сюань Цзин успел ответить, сфера над ними снова ярко вспыхнула. Световые нити начали сплетаться в новый узор. И из центра сферы, прямо над озером, начал формироваться… вихрь. Не из воздуха. Из чистой Пустоты. Он закручивался всё быстрее и быстрее, и чёрная поверхность озера под ним начала рябить, а затем – расходиться, открывая тёмный, спиральный проход, уходящий в неизвестную глубину.

Песня Отголоска Боли стала громче, настойчивее. Теперь в ней слышался не только зов, но и… предупреждение? Или приглашение к последнему испытанию?

Сюань Цзин посмотрел на своих спутников. Лэй, шатаясь, подошёл ближе, его лицо было мрачным, но решительным. Мэй, несмотря на страх, смотрела на открывшийся проход с каким-то странным, почти гипнотическим интересом.

Новые вопросы действительно появились. И ответы на них лежали там, внизу.

http://tl.rulate.ru/book/134546/6370708