Готовый перевод The extraordinary life of a certain American comic / Необыкновенная жизнь одного американского комика (M): Глава 138

Лок замолчал, глядя на Отто, который угрюмо объяснял, что у него нет денег на авиабилет.

Впервые в жизни он засомневался, правильное ли решение принял.

Чёрт возьми.

Когда он расстался со Стефани, он ни о чём не жалел и не сомневался в своём выборе.

Но этот чернокожий полукровка Скру едва не разрушил его душевное равновесие.

Хорошо, что лишь немного.

Лок глубоко вздохнул, успокаивая свою пошатнувшуюся душу.

– Сколько тебе нужно?

– Тридцать тысяч.

– Сколько?!

Лок не сдержался, услышав эту сумму, и уставился на Отто:

– Ты что, летишь первым классом?

Даже билет из Вашингтона в Париж в первом классе не стоит таких денег.

Отто пояснил:

– Сам билет в Париж действительно недорогой. Но когда я доберусь туда, мне нужно будет найти лидера Талоса, и вот тут-то и уйдёт основная сумма.

Лок нахмурился, оценивающе глядя на него.

– В чём проблема?

– Ты же не думаешь, что я, тёмная лошадка, смогу просто так встретиться с лидером, просто сказав, что хочу? – Отто усмехнулся и привёл пример: – Вот, скажем, ты. Разве ты можешь встретиться с президентом, просто пожелав этого?

Лок приподнял бровь и открыл рот, но не успел ответить.

Отто тут же спохватился:

– Нет, стоп, ты же влиятельный человек в Вашингтоне… Ладно, возьмём её. Разве она может встретиться с президентом, просто захотев?

Он указал на стоящую рядом Стефани Малик.

Та, увидев направленный на себя палец, сначала удивилась, а затем пожала плечами.

– Вообще-то…

– Прости, я ошибся.

Отто снова осознал свою оплошность. Стефани перед ним, похоже, имела ещё более мощные связи, чем Лок.

В конце концов, Лок был всего лишь сыном политика.

А Стефани…

Её семья могла создавать политиков.

Чёрт, как же я ненавижу сильных мира сего!

Почему я не один из них?

Серьёзно извинившись, Отто ткнул пальцем в себя и посмотрел на Лока.

– Возьмём, к примеру, меня. Разве я могу просто сказать: "Хочу увидеть президента" — и меня к нему пустят?

– Нет.

– Вот именно.

Отто облегчённо вздохнул и, глядя на Локка, пояснил:

– Я вернусь в Париж. Найду соплеменника, который сможет договориться о встрече с вождём. И заплачу ему за это. Так что крупные деньги нужны именно здесь.

Уголок рта Локка дёрнулся:

– Тридцать тысяч... Не многовато ли?

Отто с подозрением посмотрел на него:

– Двадцать пять — обычная цена. Кстати, разве ты не богач?

Локк бросил на него взгляд.

– Я богат.

– Тогда...

– Но у меня нет наличных.

Все его деньги лежали на общем счёте с женой Эсме — они копили на дом в Манхэттене.

И главное — какой здравомыслящий человек станет таскать с собой тридцать тысяч долларов? Даже старик Андервуд никогда не держал при себе больше тысячи.

В этот момент раздался звук открывающегося ящика.

Локк и Отто повернулись на шум.

Их взгляды встретились со Стефани, которая открыла потайное отделение в полу мониторинговой комнаты. Она достала оттуда пять пачек новеньких купюр и швырнула их Отто:

– Держи пятьдесят тысяч. Остальные двадцать — твои чаевые. Ты молодец, смог остановить того извращенца-чернокожего.

Отто замер, глядя на пачки денег в руке, затем поднял глаза на Стефани, которая тем временем обняла Локка.

Он на секунду задумался.

А затем, не колеблясь ни мгновения, низко поклонился:

– Госпожа!

Стефани расплылась в довольной улыбке и бросила взгляд на Локка.

Тот, глядя на Отто — ещё секунду назад "непреклонного принципиала", а теперь гнущего спину за деньги, — с тоской потирал виски:

– Вали отсюда. Просто вали.

Он боялся, что если Отто задержится ещё на минуту, его сердце не выдержит этого циничного зрелища.

Отто последовал примеру, снова назвал Стефани "госпожой" и с улыбкой покинул комнату наблюдения, сжимая в руке 50 тысяч долларов.

Когда Отто ушёл, Локк опустил руку, которая до этого лежала у него на лбу, и недоумённо посмотрел на Стефани:

– Ты ещё и 50 тысяч наличными в комнате наблюдения хранишь?

Стефани моргнула.

– Эти деньги положила не я.

– Тогда кто?..

– Их оставил мой отец. Когда я была маленькой, он боялся, что мне будет скучно, и играл со мной в прятки. Он раскладывал деньги в разных местах по поместью и говорил, что всё, что я найду, будет моим.

– ...И много было?

– Да.

– Ладно, не моё дело.

Локк покачал головой, но, встретившись взглядом с её чуть насмешливыми глазами, всё же не выдержал и спросил после короткой паузы:

– Много – это сколько?

– Не считала, но думаю, тысяч семьдесят-восемьдесят.

– Семь или восемь сотен тысяч?

– Нет, семь или восемь миллионов. Многие места я ещё не проверила, так что, наверное, больше.

...

– Ненавижу богатых!

Стефани взглянула на выражение лица Локка и с улыбкой произнесла:

– Ты жалеешь, что тогда со мной расстался? Извинись передо мной, и я тут же тебя прощу. Честное слово.

Локк посмотрел на неё — она улыбалась, выглядела прекрасно. В ответ он лишь слегка усмехнулся.

– Я уже простил тебя, Тиффани.

– Погоди… ты простил меня?

– Убедись сама.

Локк улыбнулся, опустил глаза и снова снял миниатюрную камеру-пуговицу, которую закрепил перед встречей с подставной Стефани у обсерватории. Он бросил её девушке:

– Там найдёшь ответ.

Закончив, Локк развернулся и вышел из диспетчерской, не оглядываясь.

Потому что…

Прибыло ФБР.

Локк вышел из здания и поднял голову. Над ним кружили три вертолёта с опознавательными знаками Федерального бюро расследований.

[Это произведение собрано и загружено через книжный клуб «Люцзю»]

Неподалёку, на ступеньках, сидел Гидеон Малик — седовласый, с непривлекательной внешностью и видом человека, пережившего унижение. Он мрачно курил сигару.

Локк направился прямо к нему.

Но…

Остановился в пяти шагах.

Гидеон бросил на него взгляд и фыркнул, явно не желая видеть Локка в числе приятных собеседников:

– Что, боишься подойти?

Раньше он думал, что это его драгоценная дочь бросила Локка. Поэтому, хотя в следующем году он и сократил спонсорские выплаты для «Андервуда», они всё равно оставались чуть выше прежнего уровня.

Но правду он узнал лишь когда пришла новость о свадьбе Локка, а Стефани впала в отчаяние.

Тогда ему хотелось призвать армию Гидры, ворваться в Нью-Йорк и стереть Локка с лица земли.

Но из-за любви к дочери и из-за того, что столько лет уже прошло, он смирился.

Однако…

Как он мог сохранять спокойствие, глядя на этого кабана, который воспользовался его драгоценной дочерью, а потом просто выбросил её?

Хотя, если подумать, сегодня именно этот кабан спас его.

Хотя лицо Гидеона Малака оставалось невозмутимым, он всё же произнёс:

– Не беспокойся, я тебя не съем.

Локк покачал головой.

– Нет, ты воняешь.

– Ты…

Лицо Гидеона потемнело, когда он уставился на Локка.

Тот же, сохраняя серьёзное выражение, глядя на хмурого Малака, заявил:

– Серьёзно. Настоятельно рекомендую тебе немедленно принять душ.

Гидеон, оценив его тон, машинально поднял руку и вдохнул подмышкой.

В следующую секунду зловоние ударило ему в голову с такой силой, что он едва не потерял сознание.

Локк наблюдал, как Гидеон, встав, пошатывается на месте, но лишь на мгновение задумался и решил не помогать.

А вдруг этот тип упадёт и начнёт кричать, что это он его толкнул?

Хотя маловероятно…

Но возможно.

Как говорится, обжёгшись на молоке, на воду дуешь.

Локк не сомневался: любой путешественник, попавший из его прошлого мира в новый, поступил бы так же.

«Не ты же меня толкнул – зачем помогать?»

Последствия того случая не забываются, даже если сменить мир.

К счастью, Гидеон, сделав пару неуверенных шагов, удержал равновесие и, не оборачиваясь, направился к особняку.

Локк проводил его взглядом.

– Куда?

– Мыться.

– А кто будет развлекать ФБР?

– Ты.

– Разве это правильно? Может, лучше сперва принять душ?

– Не заставляй меня поднимать народ на импичмент старику Андервуду. Прогони этих фэбээровников.

Быть похищенным – унизительно, но явиться перед чужими, смердящим, – хуже смерти.

Локк посмотрел на Гидеона, быстро удаляющегося к дому, пожал плечами, затем повернулся к агенту ФБР, только что вышедшему из вертолёта, и сказал:

– Вы слышали Малака. Можете идти.

Агент уставился на Локка, который даже не дрогнул перед ними.

– Кто ты…

– Локк. Локк Андервуд.

– …Уходим.

Агент ФБР выслушал самопрезентацию Локка и на мгновение задумался. Вспомнив, что означает эта фамилия в Вашингтоне, он пожал Локку руку, а затем, не раздумывая, развернулся к человеку, который выходил из вертолета.

Детективы, спускавшиеся один за другим, кричали:

– Здесь всё под контролем, сворачивайтесь!

Приказы и запреты.

Агенты ФБР, только что получившие сообщение о перестрелке в усадьбе Малик, быстро загрузились обратно в вертолёты.

Вскоре три вертолёта снова взмыли в воздух, сделали круг над усадьбой и исчезли вдалеке.

Локк отвел взгляд и посмотрел на Стефани, вышедшую из комнаты наблюдения.

– Где мой отец? – спросила она.

Локк пожал плечами:

– Пошел в душ. Этот парень беспечен. Я же не член вашей семьи, вот он и спокойно отправился мыться, а мне оставил разбираться с ФБР. Я даже не стал помогать и сказал, что Фрэнка могут отстранить.

Стефани слушала его без эмоций.

– Отец действительно хочет, чтобы ты стал частью семьи.

– Хе-хе.

Локк усмехнулся, потом, словно что-то вспомнив, взглянул на Стефани и подмигнул.

– Так что… ты посмотрела видео?

– ...

http://tl.rulate.ru/book/133130/6081634