– Наруто, что ты опять затеял? – устало спросил Шисуи.
Не только те, кто стоял перед ним с вымученными улыбками, но и он сам чувствовал себя неуютно. Улыбки обычных людей, когда их носят Учиха, кажутся зловещими.
– Улыбка означает хорошее настроение, а кто в хорошем настроении, тот не создаёт проблем, – Наруто закатил глаза на Шисуи и тихо сказал: – Ты же хочешь, чтобы Учиха влились в Коноху? Тогда надо больше улыбаться, чтобы стать ближе к людям. Да и улыбка заразительна. Можешь представить, что будет, если все будут в хорошем настроении? Шисуи, это же здорово?
Шисуи машинально кивнул, но увидев лица соплеменников, мгновенно стал бесстрастным.
Заразительна?
Ты что, хочешь уничтожить Коноху?
Если эти улыбки Учиха заразят всю деревню, это будет настоящая катастрофа. Даже Мадара Учиха и Хаширама Сенджу вместе не смогли бы её спасти.
– Я ни одному твоему слову не верю. Мне кажется, ты затеваешь какой-то жуткий эксперимент.
– Меньше болтовни! – Наруто проигнорировал Шисуи, посмотрел на Учиха перед собой и распорядился: – Запомните, на патрулировании – на всех лицах должна быть улыбка, ясно?
– Ясно!
– Как-то вяло, – Наруто усмехнулся: – Неужели вы мной недовольны?
– Нет! – завопили Учиха хором.
Наблюдавшие снаружи АНБУ замерли от предчувствия чего-то недоброго.
Что там происходит?
Слишком далеко, не видно.
Неужели сейчас Учиха выйдут и всех перебьют?
Наруто довольно кивнул: – Если мною недовольны, так и скажите. Если не скажете, как я узнаю? А узнаю – и смогу решить проблему.
«…Чтобы ты на нас гендзюцу наложил и мы по деревне голыми бегали, да?»
Учиха, застыв в неестественных улыбках, мысленно проклинали Наруто раз за разом.
Недавно кто-то усомнился в действиях Наруто, и тот шиноби ранга дзёнин был тут же на глазах у всех подчинен его гендзюцу и… станцевал эротический танец, используя столб вместо шеста.
Жуткое зрелище!
После этого Наруто прозрачно намекнул, что для быстрого вливания Учиха в деревню, кто-то должен пожертвовать собой и… пробежать голым по деревне.
И какого чёрта, Учиха никак не могли понять, почему для того, чтобы влиться в деревню, надо обязательно бегать голым?
И разве они уже не являются частью деревни?
Что значит «влиться»?
Многие рядовые Учиха вообще не понимали, что происходит.
— Начальник, мы всё ещё должны идти на патрулирование? — неуверенно спросил один из Учиха.
— А как же!
Наруто закатил глаза: — А что вы тогда должны делать?
— Учить техники ниндзюцу! — хором взмолились Учиха.
Этот клан, более всего почитающий силу, теперь, когда Наруто предоставил им доступ к множеству техник ниндзюцу, мечтал только о тренировках. Техник в клане хватало, но доступ к ним был ограничен.
— Тренировки тренировками, а работа работой! — недовольно сказал Наруто: — Вы должны успевать и то, и другое.
Учиха растерянно переглянулись, и наконец, без энтузиазма, ответили: — Слушаемся!
— Идите!
Наруто закончил наставления и знаком показал Шисуи, что пора уходить.
— Я думал, ты скажешь им, что делать дальше.
Шисуи看向了风南。
Наруто фыркнул и назидательно произнёс: — Надо давать людям свободу, верить в их силы, и не брать на себя всё подряд, как будто только ты всё умеешь, а остальные ни на что не годны? Какая высокомерная мысль!
Шисуи: – …Мне кажется, в твоих словах какой-то подвох.
Только что подошедший Итачи Учиха тоже почувствовал сильную неприязнь.
Наруто мысленно усмехнулся.
Это про вас двоих!
В оригинальной истории вы же взяли всё на себя.
Если бы тогда Шисуи Учиха и Итачи Учиха нашли себе ещё несколько товарищей, хотя бы обычных дзёнинов, разве всё закончилось бы так печально?
Чёрт возьми, даже думать об этом не хочется.
Шисуи Учиха, пробудивший Мангекё Шаринган и владевший силой Котоамацуками, был ниндзя уровня Каге, и в итоге он… утопился?
Думаю, другие Каге, узнав об этом, скажут "круто", а затем выкинут его из списка Каге.
Какой позор!
Что до Итачи Учиха…
Этот сынок-герой, ни с кем не общаясь, взял всю вину на себя, какой благородный жест!
Весь клан, уничтоженный им, мужчины, женщины, старики и дети, наверняка плакали бы от умиления.
Чёрт возьми, идиоты!
– Итачи, у тебя что-то срочное?
Наруто не стал вдаваться в то, что случилось в оригинальной истории, всё равно он попал в этот мир, и всё изменилось.
Сейчас Учиха, хотя ещё есть несогласные, в основном следуют его идеям.
Итачи Учиха посмотрел на Наруто и сказал серьёзно: — Данзо собирается напасть на тебя, старший брат Наруто.
Выражение лица Шисуи изменилось.
— Вполне ожидаемо!
Наруто не удивился.
Шимура Данзо такой человек.
Он говорит, что всё делает ради Конохи, но на самом деле всё ради себя.
Возможно, в его глазах он сам и есть воля Конохи.
Кто бы ни был ему неугоден, тот должен быть уничтожен ради Конохи.
Конечно, если бы Наруто сейчас покорно принял Печать Молчания и подчинился Данзо, он тут же стал бы хорошим ниндзя, любящим деревню.
Чёрт, горло опять болит.
Тьфу!
Глава 22. Главный босс мира шиноби.
— Данзо приказал мне выманить тебя из деревни и найти шанс убить, — спокойно сказал Итачи: — Он пошлет поддержку из Корня.
Он добавил: — На этот раз, как я вижу, Данзо очень уверен в себе, скорее всего, пошлёт сильных ниндзя.
— О! — Наруто поднял брови и улыбнулся, его зубы сверкали.
То, что Данзо собирался напасть на Наруто, не удивило не только самого Наруто, но даже Шисуи.
Удивительно было только то, что Данзо решился на это только сейчас.
Насколько друзья знали Шимуру Данзо, он должен был действовать сразу же, тем же вечером, то есть вчера вечером.
Может быть, из-за прошлой неудачи он стал осторожнее.
— Наруто, нельзя позволить Данзо натворить беды, мы прямо сейчас пойдём к Хокаге-саме, — мрачно сказал Шисуи.
– Ты что, дурак? – Наруто посмотрел на Шисуи как на идиота: – Ты думаешь, Данзо будет действовать в этот раз, а Хокаге об этом не узнает? Ты что, шутишь?
Шисуи попытался что-то сказать, но остановился.
Ему очень хотелось сказать, что Хокаге-сама не знает.
Но эти слова застряли у него в горле.
Хоть всё и указывало на то, что Данзо самовольно обратился к Итачи и, прикрываясь именем Конохи, вынудил его напасть на Фунана, это всё же было его личное дело.
Но кто такой Итачи? Ему придавали огромное значение.
Шисуи и Итачи были единственными Учиха, вступившими в АНБУ, они служили мостом между Конохой и кланом Учиха.
Итачи же, к тому же, был сыном главы Учиха, по положению он превосходил Шисуи.
Такая фигура у Хокаге была одна-единственная, во всей Конохе не было равных, и он не мог не следить за Итачи, но при этом позволять Данзо отдавать ему такие приказы.
– Шисуи! – С лицом, искажённым злобной ухмылкой, Фунан сказал: – Вот каков калибр верхушки Конохи!
Шисуи почувствовал, как всё внутри заледенело.
Третий Хокаге не раз восхвалял их, говорил об их необычайном потенциале, о том, что они достойны стать Хокаге.
Он сокрушался о близорукости Учиха.
Сожалел, что клан Учиха не обладает достаточным потенциалом, чтобы нести бремя лидерства в Конохе.
А каков же их калибр?
Где их Воля Огня?
Тихий смех Фунана прозвучал рядом с ухом: – Шисуи, откажись от своих наивных идей, иначе ты будешь страдать бесконечно, хотя это, возможно, и усилит твою глазную силу.
– Фунан, ты считаешь, что я всё это время ошибался? – растерянно спросил Шисуи.
Несмотря на то, что он в какой-то степени поддерживал Фунана, он всё же не переставал надеяться на Хокаге.
– Не знаю, – прямо ответил Фунан. – Но кое-что я знаю точно.
Он поднял палец: – В тот момент, когда Хирузен Сарутоби позволил Данзо испортить Корни, он предал Волю Огня.
Хирузен Сарутоби в критический момент стал Хокаге, и в то время у него действительно были большие амбиции, он хотел изменить Коноху, принести ей процветание.
Он даже хотел изменить весь мир ниндзя.
http://tl.rulate.ru/book/133067/6291582
Сказали спасибо 3 читателя