Готовый перевод Tale of the Fake Hero / Повесть о фальшивом герое: Глава 4

Корпус Камиллы был поглощен послевоенной суетой.

Всюду, куда ни глянь, громоздились трупы.

Кайсен шел по полю резни, переступая через мертвых уруков с размозженными головами и шугая ворон, что лакомились человеческими мозгами.

— Ха, и когда мы только успеем сжечь всю эту гору мяса… — донесся чей-то голос. — О? Гляньте, малец. Эге?

— Это же тот Убийца Уруков?

— Ого, погодите-ка. А парень-то всего за неделю заметно возмужал. Эй, иди сюда к сестренке. Я тебя приласкаю.

Черноволосый мальчик игнорировал выкрики наемников.

Он просто шел. До тех пор, пока не оказался перед Камиллой, восседавшей на трупе сраженного ею вождя уруков.

— Ты обещала научить меня фехтованию, если я смогу нанести хотя бы один удар, — напомнил он.

Фейквориор, до этого безучастно разглядывавшая лезвие Арадамантель, подняла взгляд. Золотые драконьи глаза впились в Кайсена.

— При условии, что ты не сдохнешь.

— Уговор еще в силе?

— Не знаю, что вы там с Вульфом нашептали друг другу, но в прошлый раз ты выжил лишь по моей прихоти, щенок. Второго раза не будет. Если не хочешь сдохнуть – проваливай подобру-поздорову.

Почуяли ли они её жажду крови? В тот же миг из леса за спиной Кайсена с шумом сорвались птицы.

Лошади, запряженные в повозки, встали на дыбы, молотя копытами воздух и истошно ржа. Даже звери дрожали от этой ауры смерти, но мальчик остался непоколебим.

Более того, он невозмутимо обнажил короткий меч матери и, направив его прямо на Камиллу, произнес:

— Это мой ответ.

Повисла острая тишина.

Но мгновение спустя наемники, кольцом окружившие их, взорвались неистовым ревом.

— Ого, вы слышали, что выдал этот малец?!

— Аж мурашки по коже!

— Смелости ему не занимать!

Вульф, которого вполне можно было считать соучастником, расплылся в ленивой улыбке и подлил масла в огонь:

— В чем дело? Неужели ты испугалась, что тебе и впрямь придется учить его искусству меча?

На эту шутливую провокацию командир зверолюдов Эльторам и его подчиненные ответили громовым хохотом.

Бросив на Вульфа косой взгляд, Камилла раздраженно вздохнула и поднялась. По её движениям было ясно, что ситуация ей не по душе, но вызов принят. Наемники взревели еще громче.

— Ладно, валяй. Если так мечтаешь сдохнуть – я исполню твое желание.

Детство, преддверие лета (3)

Всего на мгновение время отмоталось на шесть дней назад.

— Тебе не тяжело? Может, передохнешь немножко…

День за днем.

Словно время впечатывалось в плоть.

Сложные движения ног становились для Кайсена не просто привычными – в них начала проступать уверенность.

— Все в порядке.

Кайсен был отчаянно целеустремлен.

Он тренировался с жадностью голодного ребенка.

Он шел вместе с корпусом, ел еду, которую приносил Вульф, а после трапезы отправлялся на место тренировок Камиллы. Он лишь искусно избегал тех часов, когда она сама была там.

— Покажи следующее видение. С этим я закончил.

— Поразительно… Прошло ведь всего три дня…

На третий день он уже вовсю орудовал коротким мечом Ламинеи, в точности повторяя движения призрачных рук.

— Но Кайсен, у такого подражания есть предел.

— Значит, я должен добиться её признания?

— Именно. Есть огромная разница между тем, когда тебя учат официально, и когда ты подсматриваешь тайком.

И снова день за днем.

Пройдя через эти долгие и одновременно мимолетные шесть дней исступленного труда, он стоял теперь лицом к лицу с Камиллой.

— Уж не знаю, почему тебе так не терпится отправиться на тот свет, но раз уж ты просишь…

Оружием Камиллы были… голые руки.

Словно на этот раз он не стоил даже ветки, она с раздражением посмотрела на мальчика сверху вниз и поманила его пальцем: давай, мол.

Напряженный вдох.

Сердце забилось чаще.

Глубоко вдохнув…

Кайсен сорвался с места. Среди наемников одновременно раздались и подбадривающие крики, и свист.

— Красава! Кто первый ударил, тот и папа!

— Эй, дурень! Опять же в лужу сядешь!

Но нет.

Что-то изменилось. Что-то было не так.

Наемники ошарашенно замолкли, глядя на открывшуюся картину.

— Ох…?!

Камилла, нанесшая круговой удар ногой в область живота, была поражена больше всех.

В миг, когда атака должна была достичь цели, мальчик с силой топнул, гася инерцию бега.

Используя этот стопор, он вывернул корпус и нанес ответный удар мечом, вложив в него всю силу вращения.

— Эй, это движение…

— Погодите-ка…

— Кажется, это похоже на шаги госпожи Камиллы…?

«Что за чертовщина?»

Техника перемещения «Пути Десяти Перекрестий»?

В замешательстве Камилла отпрянула, уклоняясь от яростного рубящего удара Кайсена.

— Ха! Ха-а! Ха-а-ат!

Почти детский боевой клич.

Но за ним следовал шквал атак. От того, что ожидаемый сценарий боя перевернулся с ног на голову, азарт наемников достиг пика.

— Врежь ей!

— Хорош! Дави её, дави!

В глазах Камиллы, с легкостью уходившей от ударов, вспыхнула жажда крови.

«Шанс у него был только в первой сшибке».

Камилла – законная наследница Пути Десяти Перекрестий. Неважно, научил ли учитель своего сына этому приему ради шутки или Вульф прибег к каким-то хитростям, – все её формы были у неё как на ладони.

— Надо же, удивил.

В следующее мгновение она слегка сместила корпус и, используя ту же силу вращения, нанесла круговой удар ногой.

«Силы хватит, чтобы голова закружилась. Этого будет достаточно, чтобы он от боли и страха бросил затею».

В тот момент, когда она решила закончить бой, глаза Кайсена остро блеснули.

«Что?!»

Камилла невольно ахнула, увидев следующую форму, которую исполнил Кайсен.

— Да ладно…?

Он выхватил меч вместе с перевязью.

Скрестив клинок и ножны, он выставил их на пути удара.

«Как этот сопляк смог…?»

Это была форма «Вон», – Круг. Первая форма стиля «Путь Десяти Перекрестий», его основа и сердце, использующая одновременно меч и ножны для создания крестообразного блока.

— ТУДУМ!

Удар.

Резкая боль, будто кости дали трещину.

Кайсен отчаянно удерживал стойку под напором обрушившейся на него мощи.

«Заблокировал… Но меня все равно сносит…?»

Сила была просто чудовищной.

Однако, когда его ноги, глубоко впахав землю, отъехали на пядь, ударная волна утихла, и равновесие восстановилось.

С другой стороны.

Камилла не успела перегруппироваться. Наемники, затаив дыхание, взревели:

— Это же?!

— Шанс! Это шанс!

— Она открылась, малец, бей!

Кайсен не упустил момент. Словно пружина, он бросился на Камиллу.

— Все кончено… — пробормотал Эльторам, качая головой, пока остальные неистовствовали.

«Госпожа Камилла – фейквориор».

Лучший солдат человечества, который благодаря модификациям тела обрел физическую силу, превосходящую даже зверолюдов, и довел боевые искусства до совершенства.

— О…?

В тот миг, когда победа казалась неминуемой.

В миг, когда острие меча, казалось, уже коснулось Камиллы.

Тын!

Внезапно Камилла ударила тыльной стороной ладони по обуху, меч вылетел из рук мальчика, а подсечка лишила его опоры.

«А?»

В глазах закружилось серое небо, затянутое пеплом. Мгновение – и он уже растянулся на земле.

«Ой…?»

Что-то сверкнуло.

Короткий меч матери, описав дугу, вонзился в землю прямо у его лица. Волосы на затылке встали дыбом.

«Проиграл…?»

Тень смерти нависла над ним. Камилла подошла и встала в изголовье.

Белоснежные волосы.

Золотые драконьи глаза.

Взгляд, сияющий на затененном лице, был точь-в-точь как у матери, но выражение лица – совсем иное.

— Бывай.

Камилла выдернула меч из грязи.

Все произошло в мгновение ока. Она перехватила кинжал обратным хватом и занесла над лицом Кайсена…

Несмотря на ледяной ужас, сковавший тело, Кайсен не отвел взгляда. И именно поэтому он первым заметил неладное.

— Почему…?

Секунда, две, три…

Прошло время, показавшееся вечностью, но ничего не случилось.

Вместо удара Камилла подобрала валявшиеся ножны и с сухим щелчком убрала в них меч матери.

— Я передумала. Кажется, от этого мусора может быть толк. Пока еще мусор, конечно, но если за шесть дней ты дошел до такого, то позже сгодишься на роль застрельщика. Верно, Эльторам?

Эльторам хмыкнул и кивнул:

— Да, вполне.

— Что за «застрельщик»? Не хочу. Не буду я этого делать. Я буду нападать на тебя, пока не научишь меня фехтованию!

Кайсен пытался протестовать, но удостоился лишь презрительного взгляда.

— Ты мне жизнью обязан, неужто даже таких простых вещей не понимаешь? И если рассуждать здраво – неужели ты думаешь, что такой слабак когда-нибудь сможет меня одолеть?

— Да! Давай еще раз! Я смогу!

Наемники покатились со смеху от такой дерзости перед лицом самой Камиллы. Впрочем, под её леденящим взглядом им пришлось быстро ретироваться, на ходу насвистывая что-то невинное.

— Не беси меня и слушай. Как видишь, в этом корпусе один сброд. Толковых отбросов катастрофически не хватает.

— Ну, госпожа, вы так говорите, что аж обидно, — вставил кто-то.

— И то верно!

— Заткнитесь, мусор.

— Слушаемся.

— Видишь? Только такие и есть. Но если ты пообещаешь стать моим верным прихвостнем, то, так и быть, я выслушаю твое нытье. Мне как раз не помешал бы полезный подручный.

…?

— Не хлопай глазами, а то выколю. Не понял? Если я скажу прирезать урука – прирежешь. Скажу разведать – разведаешь. Скажу передать весточку – передашь.

«Да что она несет…»

Наемники качали головами.

«Как такой малец уруку голову снесет?»

Но реакция Кайсена была иной.

— А что я получу взамен?

— Как это «что»? Ты же хотел учиться фехтованию. Буду учить.

На этот ответ, на это обещание втянуть его на путь меча – путь, где тело и душа пропитываются кровью, – глаза мальчика, полные ненависти и отчаяния, внезапно прояснились.

На мгновение в его чертах проступило лицо учителя, и невыносимая боль кольнула сердце Камиллы.

«Учитель».

«Вы доверили мне этот меч, чтобы я обучила вашего сына? Так, что ли?»

«Но вы ведь бежали из мира меча, вы наверняка этого не хотели…»

Однако, если отправить его сейчас восвояси, он либо умрет с голоду в глуши, либо его забьет до смерти какой-нибудь проходимец, у которого он попытается вымолить уроки боя.

— Выбор за тобой.

Камилла со вздохом протянула Кайсену меч учителя – рукоятью вперед, в ножнах.

«Пусть выбирает сам».

«Как вы когда-то позволили мне, так и я позволю вашему сыну».

«Так ведь будет правильно?»

Вспоминая весть о смерти учителя, который ушел в безвестность, завел семью и жил счастливо, Камилла закончила:

— Либо уходишь, либо таскаешься с этим вонючим сбродом, пока не выучишь всё.

Кайсен пристально посмотрел на реликвию матери, поколебался мгновение, но в итоге не взял её.

— Если я не заберу его сейчас… ты научишь меня технике?

— Да сколько можно повторять? Меч останется у меня залогом того, что ты не сбежишь. Не хватало еще, чтобы ты набил брюхо за наш счет и дал деру.

— Правда?

— Тебя что, всю жизнь обманывали? И да, если хорошенько попросишь на коленях – может, я и начну учить тебя азам прямо сегодня, чтобы ты перестал быть таким ничтожеством.

И Кайсен…

Сын учителя, вызывавший в Камилле столь странные чувства…

Под смех и улюлюканье наемников, со спокойным лицом опустился на колени.

— У тебя совсем гордости нет?

«А её что, едят?», – казалось, спрашивал его взгляд. Кайсен ответил:

— Мне не нужна гордость. Если я научусь владеть мечом и смогу убивать уруков – больше ничего не имеет значения.

В тот момент его голос то ли дрожал от слез, то ли срывался от сдерживаемой ярости.

Да, тогда ты страстно желал этого. Желал войти в мир меча, где придется проливать реки крови, самому тонуть в ней и, в конце концов, в ней же и погибнуть.

«Ха…»

Вглядываясь в сына учителя своими драконьими глазами, Камилла мысленно сокрушалась, крепя меч к перевязи.

— Эй, Эльторам. Найди где-нибудь однолезвийный меч для пацана.

— Зачем ему такой?

— Дубина, что за вопросы? Надо же учить мелкотню махать железякой.

Тронутые ли искренней решимостью Кайсена или просто забавы ради, солдаты корпуса разразились бурными овациями.

— Красава! Мужик, хоть и мелкий! Добро пожаловать, малец!

— Давно у меня так сердце не радовалось.

Вульф, наблюдавший за этой сценой от начала до конца, смотрел на мальчика со смесью тревоги и ожидания.

«Станет ли его вступление в этот водоворот войны в столь юном возрасте благословением или проклятием…»

То ведомо лишь богам.

http://tl.rulate.ru/book/131981/9868794