Готовый перевод Перешагивая грань: Глава 4

Из ранки рыбы начало выходить зелёное свечение. Так, мышцы восстановил, осталась кожа и чешуя. По прошествии ещё десяти секунд закончил всё. Бьякуганом вижу, что я всё восстановил как было, отлично.

Прерываю техники и поворачиваюсь к Шизуне-сенсей, чтобы спросить, правильно ли я сделал, но запинаюсь с вопросом. Так как она стоит с раскрытым ртом и выпученными глазами смотрит на рыбу, а потом переводит взгляд на меня, закрывая рот.

— Безумие... дай проверить! — Я отхожу в сторону и смотрю, как она активирует мистическую ладонь и проверяет рыбу. Спустя десяток секунд она прерывает технику.

— Невероятно. Всё идеально! Но как? И твоя чакра осталась в рыбе. И она всё ещё может лечить! — сказав это, она снова взяла сенбон и проткнула рыбу. Но если в прошлый раз из рыбы вышло немного крови после укола, в этот раз такого не было. И рана начала сама затягиваться, не оставив и следа на чешуе.

— Удивительно. — Она ещё раз нанесла рану, но в брюхо и поглубже. И вот тут кровь успела выйти, но в ране снова начало светиться зелёным, и она быстро закрылась. Изначально я слишком много ввёл в рыбу медчакру и только несколько мгновений спустя снизил поток до минимума, но некоторый объём чакры всё же остался в рыбе.

И похоже, что оставшаяся медчакра запомнила команду и стала работать автономно от меня. Это... Большие перспективы. Очень большие!

— Неджи-кун, это невероятно! Ты ведь скомбинировал мягкий кулак и мистическую ладонь? К тому же оставшаяся чакра автономно стала выполнять заложенную команду ранее! — Чего и следовало ожидать от ученицы Цунаде Сенджу, моментально поняла, что я сделал и как.

— Это просто невероятные перспективы в ирьёниндзюцу! Ох, дай успокоюсь, а то совсем с ума сойду, хе-хе. — Она взялась проверить пределы возможностей оставшейся в рыбе медчакры и стала наносить ещё больше ран. В конце концов она проткнула рыбу насквозь и оставила сенбон, не вынимая тот.

Хм, яркость свечения медчакры стала снижаться, а сам сенбон немного дёргаться и медленно выходить из тела рыбы. Это уже за гранью моего понимания в ирьёниндзюцу... Однако чакры не хватило, и сенбон вышел из раны всего лишь на несколько сантиметров.

— Неджи-кун, повтори внедрение чакры, быстро! — Мгновенно активирую медтехнику и, высмотрев бьякуганом тенкецу, передаю чакру в СЦЧ рыбы. И процесс выхода сенбона продолжился. Поразительно.

— Увеличь подачу! — Слушаюсь и чуток усиливаю поток медчакры. Ого! Сенбон не сильно, но выбросило из раны, а рыба уже сама начала светиться зелёной энергией!

— Превосходно! Как я и думала, твоя медчакра способна и на такое! — У неё уже нездоровый блеск в глазах, который меня напрягает. Слишком он безумный, как по мне. И моя догадка подтвердилась, когда взяла кунай и одним взмахом отрезала несчастной рыбе голову!

И вот тут лечебная энергия не справилась почти. Готов поспорить на свои глаза — зелёная чакра, оставшаяся в голове и теле рыбы, тянулась между ними, пытаясь соединиться! Но она просто исчерпалась, и между головой и телом остались нити крови, которые тянулись друг к другу. Точнее, это моя чакра тянула их, пока не исчерпала себя.

— Ты понимаешь, что это сейчас было? — Спросила она, не отрываясь от разрубленной рыбы. Ещё как. Это мой билет к силе. Из чистого золота, облепленный бриллиантами. Возможность присоединить обратно голову — это практическое бессмертие в бою. Возможность моментально восстановить все органы! Присоединить обратно конечности!

Через бьякуган я видел безумную картину, как кровь двигалась по сосудам, игнорируя потерю головы, и тянулась к ней, чтобы соединить ту с телом. Моя чакра тянула.

Органы в брюхе у неё тоже восстановили целостность. И то, как она выбила сенбон, показывает, что попавшие в тело поражающие элементы выйдут обратно по раневым каналам, закрывая их за собой!

Но такой сильный эффект был только на рыбе, каким он будет у шиноби, не знаю, но явно не настолько сильным. Или будет?

— Примерные представления есть, но вы, кажется, понимаете больше меня, да? — Поворачиваю голову в её сторону, отрываясь от разглядывания рыбы.

— Хах, только лишь примерное представление. Подобным образом регенерировать мог сам Хаширама Сенджу, первый хокаге! А теперь ты каким-то образом воспроизвел этот эффект в своей интерпретации мистической ладони! — А вот сравнения с первым Хокаге я не ожидал. Но она права, если я правильно понимаю, то теперь я смогу лечить и себя, и членов команды. Учитывая, как Гай-сенсей и Ли травмируют себя техникой восьми врат, очень актуально для нашей команды.

— Спасибо за сравнение с Первым-сама, но до его высот мне далеко... Если это вообще возможно. — Легенды про его выносливость и способность излечиваться от любых ранений пошли в народ вполне обоснованно. Возможно, что никто и половины его возможностей не знает.

— Побольше веры в себя, Неджи-кун! — Произносит она с явным восторгом.

— Хе-хе, твоя техника обещает просто огромные перспективы, думаю, ты сам понимаешь это. Но всё же минусы есть. — Ну, даже не сомневался в этом, я ведь не ирьенин.

— Вижу, тебе интересно, хорошо, начнем с базового — мистическая ладонь, техника А-ранга сложности, требующая знаний анатомии и высокого контроля чакры, последнее — основа навыков ирьенина. — Как и бойца клана Хьюга, специализирующегося на мягком кулаке.

— Сама техника является многогранной, она помимо того, что позволяет лечить, так ещё и является диагностической техникой и частично техникой сенсорики ниндзя, специализирующихся на разведке, но про это тебе рассказывать нет смысла, так что продолжу. — Киваю ей. Насчёт сенсорики она права, Хьюга, помимо бьякугана, развивается и в этом направлении, хоть и делает это для компенсации слепого пятна бьякугана.

— Она позволяет ощутить состояние внутренних органов и тканей, после чего ирьенин, локализовав повреждённый участок, начинает работать. — Логично.

— Но ты, как владелец бьякугана, буквально видишь состояние всех органов и тканей и можешь пропустить этап диагностики, сразу приступая к лечению. — Киваю ей. Я так и делал, правда, себе я только кровь остановил, и то не сразу. Хотя чакры у меня тогда было минимум.

— Более того, ты можешь даже не участвовать напрямую в лечении, тебе достаточно оставить свою чакру в пациенте, и та начнёт его лечить при повторных повреждениях! Вот что является прорывным в твоём подходе! — Подняв руку к лицу и сжав её в кулак, произносит Шизуне с взглядом, полным энтузиазма.

— Мало того, она ещё и может послужить пассивной защитой от метательного оружия, безопасно вытолкнув его из раны, одновременно закрывая её! — Она всё ещё полна энтузиазма, и мне кажется, у неё в глазах начинает загораться огонь чего-то безумного... Но, к счастью, та берёт себя в руки.

— Но всё же у этой техники возможны те же слабые места, как и у мистической ладони, а именно слабость против ядов, их нужно извлекать отдельной техникой. — Вот как от ядов избавиться, используя свою технику, я пока не знаю. Но думаю, можно попробовать добавить и такую функцию. Без понятия как, правда.

— И всё-таки у твоей техники потенциал ещё выше, чем мы сейчас смогли разобрать. И да, раз уж ты её и разработал, то тебе и придумывать название! — Сказав это, она широко улыбнулась.

— Я просто адаптировал её под себя, Шизуне-сенсей... Разве это всё ещё не мистическая ладонь? — Так и так используется лечебная чакра, просто методы другие.

— Нет, Неджи-кун, это уже ближе к личным техникам Цунаде-сама по уровню, поверь, я знаю, о чём говорю! Проблема в том, что твоя адаптация под себя преобразила технику настолько, что её можно считать за новую, ведь у неё есть и специфичные эффекты, которых нет в оригинальной версии. — Вздохнув, опускаю взгляд на свои руки и активирую технику, преобразовывая обычную чакру в лечебную. После она концентрируется в тенкецу на кончиках пальцев.

Через секунду там образуются зелёные точки из чакры. Активирую бьякуган, и мир сферой расходится вокруг, позволяя увидеть чакру в руках. В руках она зелёная, когда в предплечье обычная.

Если отличия от обычного исполнения заключается конкретно в использовании тенкецу для ввода чакры в систему циркуляции пациента, то и в названии можно заострить внимание на них же.

— «Шинпи тенкецу но дзюцу» (техника мистических точек). — Произношу достаточно ясно, чтобы она услышала. Вроде бы звучит нормально.

— Что скажете, Шизуне-сенсей? — Она приложила руку к подбородку и, поджав губы, молча смотря на меня.

— Я думала, ты приплетешь к названию клановый стиль или ещё что-то в этом роде, но чтобы вот так прямо? Ха-ха, так даже лучше. Отличное название, принимается! — Эта техника позволила мне, будучи полутрупом, не истечь кровью и поддерживать жизнь в Чоджи, а название пусть отражает суть.

— Спасибо, Шизуне-сенсей. — Слегка наклоняю туловище в лёгком поклоне. Если я правильно понял — эта техника будет за моим авторством и будет играть значимую роль, когда я буду подавать на повышение. На Джонина. А Чунина я легко, быстро достану, всего лишь пройти экзамен. На этот раз никто меня не одолеет. Обещаю.

— Опять ты за своё, Неджи-кун, эхх. Ладно, давай теперь обратно в мой кабинет, опишем твою Шинпи тенкецу в черновом варианте. — И перед тем, как выйти, Шизуне-сенсей взяла свиток с полки и запечатала разрубленную рыбу. На мой немой вопрос она ответила, что та будет исследоваться как объект, на котором была испытана моя техника.

Когда мы зашли снова в её кабинет, она выдала небольшой блокнот, в который я записал, что и как делаю, когда использую свою технику, как она попросила. Послушав меня, Шизуне-сенсей сама попробовала выполнить технику. У неё получилось...

Но весьма бледно, вместо светящихся у кончиков пальцев чакры, у нее она просто более плотная, но нет отсвечивания. Судя по её напряженному лицу, понимаю, что это немного сложнее, чем мне казалось.

— Хм, довольно сложно так её концентрировать, но, думаю, без бьякугана не так эффективно будет. Всё записал? — Кивнув, отдаю блокнот. Она взяла его и положила в выдвижной ящик стола.

— Что же, на сегодня, думаю, всё. Как разберёшься с теоретическим материалом, подходи, желательно после обеда и не в выходные дни. Проведём тебе тест и приступим к обучению. Хорошо? — Спрашивает она, выдавая мне бланк с печатью. Выписка готова, значит, могу собирать вещи и на выход.

— Да, сенсей, я всё понял. — Забираю бумагу, просмотрев на неё, вижу, что меня посчитали здоровым и можно выписываться. И кабинет, откуда можно забрать личные вещи и экипировку.

— Спасибо, Шизуне-сенсей, я вас не подведу. — Она мягко улыбнулась мне.

— Ха-ха, Неджи-кун, я и не сомневаюсь. А теперь давай, иди домой, твоя команда и семья сильно волновались за тебя, обрадуешь их. — Поблагодарив её ещё раз, выхожу из её кабинета, закрывая за собой дверь.

***

Стоя у входа на территорию больницы, вдыхаю поглубже уличный воздух Конохи, свободный от больничной стерильности. Пролежал я два дня и полностью здоров. Хотя был одним из тяжелораненых.

Чоджи ещё не пришёл в себя, но он здоров. Ещё раз проверив через бьякуган его СЦЧ, понял, что она больше не мерцает и чакра стабильно вырабатывается. Непроизвольно сделал сравнение со своей и понял, что у меня она восстанавливается чуть ли не на порядок быстрее, если не на два.

Ну и ещё понял, что потребляемая бьякуганом чакра меньше, чем она восстанавливается. Нужно немедленно вернуться в клан. И, размышляя, что со мной вообще случилось, почему и как, случилось неожиданное для меня.

Я на полпути в клан встретил Тентен, которая шла с пакетом фруктов в одной руке и ярким подсолнухом в другой.

Ну хоть убедился точно, что подсолнух мне принесла Тентен, а не Гай-сенсей или Рок Ли.

Её глаза округлились от удивления, а губы тут же растянулись в широкой, искренней улыбке — той самой, что я привык видеть на её лице. Тентен никогда не скрывала эмоций, и это всегда выбивало меня из колеи, хоть я и не показывал вида.

— Неджи! — Голос её звенел от радости, пока она ускоряла шаг, почти переходя на бег. — Ты уже выписался? Я как раз шла навестить тебя! — Я остановился, слегка кивнув в знак приветствия.

— Да, меня отпустили. Всё в порядке. — Ответил я ровно, хотя её внезапное появление слегка всколыхнуло что-то внутри.

Она подбежала ближе, и я заметил, как её взгляд скользнул по мне — внимательный, проверяющий. Тентен всегда была такой: заботливой, но ненавязчивой. Её глаза, полные тревоги и облегчения, говорили больше, чем слова. Она волновалась — по-настоящему, и это тронуло меня сильнее, чем я готов был признать.

— Вот, держи. — Сказала она, протягивая мне подсолнух с лёгкой гордостью. — И фрукты, чтобы ты быстрее поправился. Говорят, они помогают.

Я взял цветок, ощутив его невесомость, и посмотрел на неё. Жест был простым, но в нём было столько её — открытой, доброй Тентен. Я не привык к таким вещам. Забота всегда казалась мне чем-то чужим, ненужным, но сейчас… сейчас это было приятно.

— Спасибо, Тентен. Это… мило. — Произнёс я, стараясь скрыть лёгкое смущение за привычной маской спокойствия.

Она просияла, и её щёки чуть порозовели — от радости, наверное. Тентен оживилась, как всегда, когда видела, что её усилия не прошли даром.

— Ты же мой товарищ по команде! Я переживала за тебя, знаешь ли. — Выпалила она с той прямолинейностью, что так ей шла. — Ты выглядел ужасно, когда тебя привезли.

Её слова ударили неожиданно сильно. Не потому, что обидели, а потому, что были правдой. Я почувствовал тепло в груди — не привычное, но… приятное. Тентен не стеснялась говорить, что думает, и в этом была её сила.

— Я ценю это. — Ответил я, стараясь не выдать, как её искренность меня задела. — Но я в порядке. Ирьенины постарались.

Она кивнула, но в её взгляде всё ещё мелькало беспокойство. А затем, как и ожидалось, она переключилась на наставления — типичная Тентен, энергичная и неугомонная.

— Всё равно будь осторожнее. Не перенапрягайся, ладно? Сенсей сказал, что ты можешь вернуться к тренировкам, когда будешь готов, но не спеши. — Добавила она с лёгкой строгостью, которая, впрочем, была пропитана заботой.

Я чуть улыбнулся — внутри, конечно, не показывая этого. Её слова, её тон… Всё это было таким знакомым. Она протянула мне пакет с фруктами, и я взял его, ощутив его тяжесть.

— Вот, твои любимые — яблоки и груши. И немного винограда, для разнообразия. — Сказала она, явно довольная своим выбором.

— Спасибо, Тентен. Это правда приятно. — Ответил я, и на этот раз в моём голосе было больше искренности, чем обычно.

Она замялась, словно хотела добавить что-то ещё, но вместо этого просто улыбнулась — Тепло, по-дружески.

— Ладно, не буду тебя задерживать. Отдыхай. Но обещай, что не пропустишь тренировки, когда вернёшься! — Сказала она с лёгким напором, так похожим на неё.

— Обещаю. — Ответил я, и уголок моих губ всё-таки дрогнул в слабой улыбке.

Тентен махнула рукой и ушла, а я продолжил путь домой, держа подсолнух и пакет. Её забота, её энергия… это было так естественно для неё. И, признаться себе, для меня это стало неожиданно важным. Дружба, поддержка — вещи, к которым я не привык, но которые, кажется, начинают находить место в моей жизни.

***

Передо мной раскинулись клановые земли: аккуратно подстриженные деревья выстроились вдоль вымощенных камнем дорожек, а традиционные фонари, ещё не зажжённые в этот час, молчаливо ждали вечера.

Шаги мои отдавались тихим эхом на гравии, и я невольно замедлил ход, вдыхая знакомый аромат цветущих вишен, что росли неподалёку. Это место всегда было для меня воплощением строгости и традиций, но теперь я смотрел на него иначе — не как на символ моего долга, а как на дом, который я готов защищать.

Мой путь лежал к скромному жилищу в квартале Побочной ветви. Я вошёл внутрь, и тишина дома встретила меня привычным спокойствием. Всё здесь отражало мою натуру: скромная обстановка, строгий порядок, ничего лишнего.

Я направился к кухне и аккуратно поставил пакет с фруктами на деревянный стол. Яблоки, груши и виноград — простая пища, которую я предпочитал, и Тентен знала об этом.

Затем я взял подсолнух, его яркие жёлтые лепестки резко выделялись на фоне строгого интерьера. Я поставил его в вазу на подоконнике, и этот маленький жест наполнил меня чувством благодарности.

Закончив, я вышел из дома и направился к главному поместью. Дорожка вела через внутренний двор, где доносились звуки тренировок: ритмичное дыхание, шорох одежды, лёгкие удары. Я шёл мимо, и мой взгляд был устремлён вперёд, к главной тренировочной площадке. Я знал, что там Хиаши-сама часто проводил занятия с Хинатой и Ханаби-сама, и мне было любопытно увидеть, как они справляются.

Подойдя ближе, я остановился в тени деревьев, чтобы не нарушать их сосредоточенности. Передо мной разворачивалась знакомая картина: Хината и Ханаби стояли в стойке, отрабатывая движения стиля мягкого кулака под внимательным взглядом Хиаши-сама.

Хината была, как всегда, усердной. Её движения были плавными, но в них сквозила едва заметная неуверенность. Я знал, что её мягкий нрав порой сдерживал её силу, но я видел и её прогресс — удары становились точнее, а стойка твёрже.

Ханаби же двигалась с уверенностью, не свойственной её возрасту. Её удары были резкими и чёткими, а в глазах горело желание доказать свою состоятельность. Она явно стремилась впечатлить отца, и я не мог не почувствовать гордость за её успехи.

Хиаши-сама стоял неподвижно, наблюдая за дочерьми. Его лицо оставалось непроницаемым, но я уловил в его взгляде смесь строгости и заботы.

Он был суровым наставником, но за этой маской скрывается глубокая ответственность за их будущее.

Смотря на тренировку я замечал каждую деталь: лёгкую дрожь в руках Хинаты, когда она завершала сложную комбинацию, и твёрдую решимость Ханаби, когда она повторяла движение без малейшего промедления.

Я стоял в стороне, не вмешиваясь, но в душе моей росло новое осознание. Раньше я видел себя лишь исполнителем воли Главной ветви, но теперь я понимал, что могу стать чем-то большим — опорой для Хинаты, примером для Ханаби. Клан Хьюга был моим домом, и я чувствовал, что мой долг — не только служить, но и защищать его будущее.

Когда тренировка закончилась, Хиаши-сама повернулся ко мне. Его бьякуган, конечно, давно заметил моё присутствие, но он дал мне время. Я шагнул вперёд и поклонился, как того требовал обычай.

— Хиаши-сама. — Начал я, стараясь держать голос ровным. — Я пришёл доложить о своём состоянии. Меня выписали, и я готов вернуться к обязанностям. Но… — Я сделал паузу, собираясь с мыслями. — Со мной произошли сильные изменения, и я не знаю, в чём их причина... Мне нужна ваша помощь и совет, Хиаши-сама.

Он посмотрел на меня, его взгляд был тяжёлым, но не лишённым интереса. Я заметил, как он скользнул глазами по моим коротким волосам — на мгновение мне стало неловко, но я отбросил это чувство.

— Неджи, — Произнёс он спокойно, как всегда уверенно. — Ты восстановился, и это главное. Что касается твоих вопросов… — Он замолчал, словно взвешивая слова.

Хината и Ханаби подошли ближе. Хината, как обычно, выглядела чуть неуверенно, но её глаза светились искренней радостью.

— Неджи-нии-сан. — Тихо сказала она, её голос дрожал от сдерживаемых чувств. — Я рада, что ты в порядке. Мы все волновались. — Её слова задели что-то внутри меня. Хината всегда была такой — мягкой, заботливой, искренней. Я кивнул ей, стараясь скрыть тень улыбки, которая невольно появилась на моих губах.

— Спасибо, Хината-сама. — Ответил я, смягчив тон, как она того заслуживала. — Я ценю вашу заботу. — Ханаби, стоя рядом, скрестила руки, оглядывая меня с ног до головы. Её взгляд был острым, как у отца, но в нём сквозило больше любопытства, чем строгости.

— Твои волосы, Неджи-нии-сан. — Сказала она с лёгкой усмешкой. — Ты выглядишь… странно. — Я невольно коснулся волос рукой, ощущая их непривычную длину. Ханаби всегда говорила то, что думает, и её прямота меня не удивила.

— Да, — Ответил я, стараясь не показать смущения. — Это временно. Они отрастут. — Она хмыкнула, но в её глазах мелькнуло что-то похожее на одобрение.

— Ну, главное, что ты жив, — добавила она, и в её голосе промелькнула редкая теплота. Хиаши-сама наблюдал за нами, и я заметил, как уголок его губ чуть дрогнул — почти незаметно, но для меня это был знак, что он доволен.

— Хината, Ханаби, принесите чай, отдохнем немного и поговорим с Неджи. — Они оба кивнули и пошли к заднему ходу в поместье.

— А теперь рассказывай, что с тобой случилось. — Он, не перебивая, слушал весь мой рассказ, и чем дальше я рассказывал, тем напряженнее он становился. Это можно было понять по не свойственной ему манере сжимать кулак и выражению лица, более хмурому, чем я привык видеть у него. Но особенно удивился, когда узнал, что я освоил и навыки ирьёниндзюцу, и не просто освоил, а создал свою технику на основе мистической ладони.

http://tl.rulate.ru/book/131380/6007372