Готовый перевод I will raise this family! / Я подниму эту семью!: Глава 38

Когда Мингу закончил своё дело, он смотрел на меня с облегчённой и довольно довольной физиономией.

Я посмотрел на него пристально.

— Мингу, слушай меня внимательно.

— Угу!

Ответ прозвучал чётко.

— Теперь, когда тебе уже три года, пора узнать, как обстоят дела в нашей семье. Ты понимаешь?

Мингу наклонил голову вбок, явно не понимая, о чём идёт речь.

Я взял его за плечи, чтобы привлечь внимание.

— Слушай внимательно.

— Угу!

Ответ снова был уверенным.

— Мингу, наши родители выросли в сложных условиях. Это значит, что тебе и мне нужно быть начеку, чтобы прожить достойную жизнь. Ты меня понял?

— Да!

[Интересно, понял ли он хотя бы половину того, что я сказал.]

Я продолжил.

— С самого детства я уже "зарабатывал на еду", так что в три года тебе тоже пора начинать. Понял?

— Да! Я тоже буду зарабатывать! — сказал Мингу, сжав маленькие кулачки.

— Вот это настрой! — похвалил я.

Тем вечером я начал разрабатывать подробный план дебюта Мингу. У него было что-то очаровательное в детской простоте, и я решил, что его главная сила — это милая, искренняя улыбка. Я решил, что начиная с завтрашнего дня мы займёмся уроками актёрского мастерства.

— Сонгук, почему не спишь? — спросил папа, заглянув в комнату после вечернего душа.

[Папа, ты хоть постучаться можешь? У меня тоже есть личное пространство!]

Я быстро вскочил, сложил руки и поклонился.

— Спокойной ночи!

— Уже поздно, пора спать. Хочешь, чтобы я уложил тебя? — спросил он с улыбкой.

[Нет уж, спасибо. Лучше я сам с этим справлюсь.]

Я схватил подушку и запрыгнул в кровать. Папа, улыбаясь, выключил свет и вышел из комнаты.

— Спокойной ночи, Сонгук.

С закрытыми глазами я притворился, что сплю, но в голове продолжал разрабатывать план дебюта Мингу.

Как только я пришёл домой из детского сада, я сразу же побежал к Мингу. Наша няня как раз ушла на кухню готовить мне перекус.

Я усадил Мингу перед телевизором и включил его. Шёл рекламный блок перед программой для малышей. На экране появлялись одни только детские актёры.

— Мингу, смотри.

— Хе-хе.

Мингу с любопытством смотрел на экран, рот его был слегка приоткрыт.

— Мингу, открой рот чуть шире и улыбнись.

— Хе-е-хе-е, — послушно повторил он, следуя моим указаниям.

Похоже, ему понравилось, и он быстро схватывал, что я говорю.

Но на этом моя "школа актёрского мастерства" закончилась. Няня вернулась с кухни.

— Сонгук, что ты делаешь с Мингу? — спросила она, глядя на нас с улыбкой.

— Давайте перекусим. Вот, держи молоко и банан.

[Что ж, похоже, мне придётся отложить уроки до следующего раза.]

Я взял молоко и банан и уселся рядом с Мингу, продолжая показывать ему ролики с детскими актёрами.

«Во-первых, чем больше ты смотришь, тем больше учишься», — подумал я, глядя на Мингу, который с отсутствующим выражением уставился в экран телевизора.

— Мамочка пришла! — раздался голос у входной двери.

Мама вернулась домой вместе с Ким Миён.

Теперь Ким Миён жила в нашем же жилом комплексе, только в другом корпусе. Я слышал, что она продала здание в Суджу, купила 24-пхеновую квартиру в Чамсиле, а на остаток денег приобрела два небольших коммерческих помещения поблизости.

[Да уж, Ким Миён хорошо разбирается в недвижимости.]

Раньше, когда я был из богатой семьи, недвижимость меня особенно не волновала. С рождения у нас было несколько домов в самых дорогих районах Сеула. Захотел бы — купил дом в Нью-Йорке или Париже. Иногда приходилось приобретать земельные участки для переноса заводов или головных офисов, но это всё равно занимались специалисты компании.

Только одно появление дочерней компании Samjeon на участке уже влекло за собой бурное развитие района и рост цен на землю. Мы не просто следовали за рынком недвижимости, мы сами его создавали.

[Пожалуй, мне стоит пообщаться с Ким Миён на эту тему.]

Я мелкими шагами подбежал к ней и вежливо поприветствовал.

— Здравствуйте!

— Сонгук, давно не виделись. Ты подрос! Правда, Сонгук мама?

— Да, сестра. Посмотрите на его пижаму. Купили всего три месяца назад, а уже щиколотки видны.

— Точно, Сонгук, ты, похоже, растёшь как на дрожжах.

[Конечно.]

Папа был примерно 180 см, мама — больше 165 см. С такими генами я, скорее всего, перерос бы отца. В прошлой жизни я был 178 см, так что в этой, похоже, всё-таки смогу перешагнуть отметку в 180 см.

[Ах да, я чуть не забыл.]

Я взял Ким Миён за руку и повёл к телевизору, где сидел Мингу.

— Сонгук, что случилось?

— Мингу, — я указал на него пальцем.

— А что с Мингу?

— Мингу всё это время смотрит на экран.

Как раз шла реклама с участием детских актёров. Конечно, я знал, что она будет в это время.

Ким Миён внимательно посмотрела на Мингу, а тот благодаря моим тренировкам начал подражать выражению лица детей из рекламы. Конечно, представитель агентства Ким Миён не могла не заметить потенциал.

— Мингу, ты это выражение лица подражал?

— Да!

— Ты тоже хочешь быть как они?

Мингу посмотрел на меня, ожидая подсказки. Я моргнул, давая знак ответить положительно.

— Да!

— Что он сказал, сестра? — спросила мама.

— Сонгук мама, Мингу подражает детям из рекламы, и у него довольно хорошо получается, — ответила Ким Миён.

— Похоже, он подражает Сонгуку…

— Сонгук мама, кстати, на следующей неделе я обедаю с режиссёром Кваком, он как раз работает над новой рекламой для Сонми. Я могу узнать, есть ли реклама, в которой Мингу мог бы поучаствовать?

— Мингу?

Мама выглядела обеспокоенной.

Я тут же подбежал к маме и крепко обнял её за ногу.

[Мама, Мингу тоже должен зарабатывать на жизнь. Сколько можно позволять ему сидеть дома без дела, учитывая наше положение?]

— Сонгук, подожди немного, — сказала мама и взяла меня на руки, затем подошла к Мингу.

— Мингу, посмотри на маму.

— Мама! — ответил Мингу, широко улыбаясь.

— Мингу, ты тоже хочешь быть на телевидении? Как Сонгук?

Я снова послал Мингу взгляд, подсказывая, что нужно сказать.

Мингу с радостью кивнул.

Я незаметно поднял большой палец.

[Хорошая работа, Чон Мингу.]

Как только детский сад закончился, мама взяла меня за руку, и мы отправились на кастинг с Мингу.

Режиссёр Квак искал ребёнка для нового рекламного ролика стирального порошка.

Кастинг проходил в рекламном агентстве режиссёра Квака.

Компания режиссера Квака, расположенная в районе станции Хакдон, была обустроена в перестроенном частном доме. Во дворе неспешно прогуливалась черепаха.

Как только я зашел с Мингу, один из ассистентов, узнав меня, радостно поприветствовал.

— Сонгук, ты меня помнишь? Это же старшая сестра Чинхи.

[Конечно, помню. Ты всегда жаловалась на странный характер режиссера Квака. Однако до сих пор работаешь с ним.]

— О, так это твой младший брат. Он тоже очень симпатичный.

[Ладно, сегодня я прощу это замечание. Все-таки Мингу сюда на кастинг пришел.]

Ассистент провела нас в комнату ожидания.

— У нас кастинг для детей от трех до пяти лет. Может, и Сонгук попробует? В рекламной индустрии до сих пор сожалеют, что ты ушел.

— Сонгук сейчас весь в учебе, ему не до этого, — ответила мама.

— Жаль.

В комнате ожидания уже было около десятка детей. Как и сказала ассистент, все они выглядели в возрасте от трех до пяти лет.

Когда я вошел в комнату, напряжение тут же повисло в воздухе. Хоть я и ушел из этой сферы, меня еще помнили.

Внезапно одна из мам, увидев меня, пробурчала:

— Сонгук тоже будет участвовать в кастинге?

— Нет-нет, Сонгук пришел сегодня только ради брата, — поспешно объяснила ассистент.

Но напряжение в комнате от этого не уменьшилось.

— Это точно? У нас тут никого не будут выделять, правда? — продолжала настаивать женщина.

[Где-то я слышал этот голос…]

Я взглянул на нее и на мальчика, сидящего рядом с ней. Мальчик был примерно моего возраста, с круглыми глазами и заурядным лицом. А женщина…

[Ах, точно! Компания «Докпун Бумага»!]

Мальчика звали Ли Джэхи.

Именно он стал моим первым разочарованием в жизни. Будучи внуком владельца «Докпун Бумага», он получил роль в рекламе. Но, будучи избалованным и неопытным, допустил столько ошибок, что его в итоге убрали с проекта.

А теперь, похоже, он все еще болтается в рекламной индустрии.

Женщина, что только что говорила о привилегиях, была его матерью — невесткой владельца «Докпун Бумага». Когда-то, ссылаясь на свои связи, она превратила всех нас в массовку, чтобы дать сыну роль в рекламе.

Теперь же ее вид выглядел гораздо менее респектабельным.

Сумка, которую она носила в тот раз, потеряла прежний лоск, а твидовый костюм выглядел изношенным и вышедшим из моды.

Я посмотрел на маму. Четыре года назад она несла меня на руках в черном платье на кастинг в «Самчжон Продакшн». Тогда ей было неловко за то, что это ее единственная приличная одежда.

Но сейчас мама выглядела совершенно иначе: в аккуратном жакете, джинсах и с сумкой от корейского бренда, подаренной папой на день рождения. Она оставалась такой же красивой, как и раньше.

Я подошел к Джэхи и приветливо улыбнулся.

— Привет.

Мальчик, не понимая, почему я к нему обратился, смущенно улыбнулся в ответ.

— Привет.

Его мама с неприязнью посмотрела на меня.

— Сонгук, ты меня помнишь?

[Конечно помню. Невестка среднего бизнеса.]

Но я сделал вид, что не узнал, и вежливо поклонился:

— Здравствуйте, я Чон Сонгук.

— Это ведь благодаря нам ты так прославился. Ты только и стал знаменитым, потому что заменил моего сына.

[Мне есть что сказать, но я промолчу. Невестка среднего бизнеса.]

Я сжал губы.

— Сонгук, дай мне автограф! — Джэхи протянул бумагу.

Раньше он казался немного нервным, но его характер, похоже, оказался лучше, чем у его мамы.

Я аккуратно подписал свое имя.

— Спасибо, Сонгук.

— Джэхи.

— Да?

"Улыбайся перед камерой."

Этот совет я дал Ли Джэхи в качестве актерской подсказки.

Как-никак, в свое время он прислушался ко мне и благодаря его удару по переделанному носу Им Сонми я оказался здесь.

Джэхи слегка кивнул, будто понимая, о чем я говорю.

— Джэхи, давай поправим прическу. — Невестка председателя «Докпун Бумага» раздраженно оттащила Джэхи от меня.

Я снова подошел к Мингу.

Вокруг уже собрались несколько предприимчивых мамочек, прося у меня автограф.

И тут изнутри прозвучал зов:

— Джэхи, пора заходить.

По настоянию матери Джэхи пошел на прослушивание, бросив на меня взгляд.

Я подмигнул ему.

— Да я эту женщину постоянно вижу, — пробормотала одна из мам, протягивая мне бумагу для автографа.

— Вы ее знаете? — осторожно спросила мама. На самом деле, мама сразу узнала невестку председателя «Докпун Бумага», но сделала вид, что нет.

— Это бывшая невестка председателя «Докпун Бумага». А потом председатель увлекся молодой женщиной и все имущество переписал на нее. Их семья разорилась, а детям ничего не досталось. Теперь они везде таскают этого мальчишку, надеясь сделать из него звезду, но, как мне кажется, у него совсем нет таланта.

— Понятно. — Мама, казалось, немного загрустила, потом взяла меня за руку.

— Сонгук, ты был на первом своем прослушивании, когда этот парень тоже участвовал. Но ты ведь был совсем маленький, наверняка ничего не помнишь.

[Мама, о чем ты говоришь? Я все прекрасно помню.]

Ким Миён тоже цокнула языком.

— Ах, так это была семья «Докпун Бумага».

— Вы тоже слышали?

— Они тогда только о ней и говорили. Невестка председателя даже деньги заплатила, чтобы этот парень попал в рекламу, но Сонгук его вытеснил. Тогда в компании было много разговоров.

Щелк.

Дверь прослушивальной комнаты открылась, и Джэхи вышел с матерью. Его лицо выглядело вполне довольным.

Ассистент улыбнулась и помахала рукой.

— Мингу, твоя очередь.

— Я пойду с ним, а ты присмотри за Сонгуком, — сказала мама.

Я крепко взял Мингу за руку и посмотрел ему в глаза.

[Чон Мингу. Теперь тебе уже три года. Ты понял, что я говорил?]

Мингу уверенно кивнул и бодро ответил:

— Бапгап!

http://tl.rulate.ru/book/131301/5890565