Готовый перевод Ben Ru Ji / Книга Жуцзи: Корень судьбы: Глава 1. Пролог

Мэн Жуцзи сидела на рассохшемся деревянном пороге, откусывая кусочки плода, где зелёное смешивалось с жёлтым. Подмешав к нему собственные солёные слёзы, она наконец смогла проглотить эту гадость.

Она ела, бесстрастно роняя слёзы. Лишь насытив урчащий желудок, Мэн Жуцзи нашла в себе силы поднять взгляд к луне. Туманная, зеленоватая, она отражала тот же болезненный оттенок, что и её лицо.

— Эх… — протяжно вздохнула она, опустив глаза на свои когда-то роскошные одежды. Время превратило их в лохмотья: ткань истлела, неровные обрывки нитей кое-где переплетались с золотыми волокнами, напоминавшими о былом величии.

— Может… лучше отправиться в цикл перерождений?

Едва произнеся это, она снова почувствовала, как слёзы катятся по щекам.

Почему…

Почему же?!

Как могло случиться, что она, некогда носившая титул «Королевы демонов», теперь рыдает, сломленная тяготами жизни?

Прошло уже полмесяца с тех пор, как она попала в это проклятое место, но она всё ещё не могла свыкнуться с нищетой, лишениями, бесконечной борьбой за выживание…

Мэн Жуцзи повернулась, собираясь взять разбитую чашу с водой, но в этот момент перед ней с глухим стуком приземлился холщовый мешок.

Она замерла, взгляд скользнул от мешка к фигуре стоявшего позади мужчины. Длинные ноги, узкая талия, широкие плечи… Наконец, её глаза встретились с его лицом.

Юноше было лет восемнадцати. Черты его лица дышали резкостью, в глазах таилась холодная угроза. Тёмные зрачки, подсвеченные пробивающимся сквозь туман зелёным лунным светом, делали его похожим на призрака — загадочного и пугающего.

Растрёпанные волосы и грязная кожа лишь усиливали сходство с ночным хищником — кровожадным, опасным, смертоносным.

Даже Мэн Жуцзи, видавшая в жизни немало прекрасного, на мгновение застыла, ощутив трепет в груди. Но за эти дни её сердце сжималось слишком часто, и теперь она чувствовала лишь усталость.

Да.

Этот юноша, у которого только лицо красивое!

Он — корень её нынешней нищеты! Причина всех лишений! Виновник её тяжкой жизни!

Все потому, что он…

украл её внутренний дань! Ее магическое ядро!

Мэн Жуцзи вытерла следы слёз на щеках и уставилась на него потухшим, безжизненным взглядом:

— Я много раз говорила: не убегай далеко. Му Суй.

Му Суй — единственное, что помнил этот юноша из своего прошлого.

— Далеко не уходил, — его голос звучал низко и хрипло, не по годам зрело. — Я помню твои слова.

Когда он обращался к Мэн Жуцзи, опасная аура вокруг него рассеивалась, а взгляд становился ясным, словно у доверчивого зверька.

Эти глаза Мэн Жуцзи уже изучила за последние дни. Продолжая механически жевать плод, она кивнула на мешок:

— И это что?

— Еда.

При слове «еда» в глазах Мэн Жуцзи вспыхнул огонёк. Она удивлённо ахнула:

— Ты ещё смог добыть еду? Я обошла все окрестности, но нигде не видела крупной дичи.

Быстро доев плод, она потянулась к мешку:

— И откуда этот мешок?

Му Суй вытащил из-за пояса свой меч и провёл лезвием по ножнам, явно готовясь к разделке «добычи»:

— Он сам принёс его.

Мэн Жуцзи фыркнула:

— Эта дичь такая сознательная, сама принесла мешок?

Но в следующее мгновение, когда она развязала мешок, её снова парализовало:

— Что это?!

— Еда.

Внутри лежал без сознания мужчина лет сорока!

Мэн Жуцзи ткнула пальцем в неподвижное тело и закричала на Му Суя:

— ЭТО можно есть!?

Му Суй лишь недоумённо посмотрел на Мэн Жуцзи:

— Почему нельзя? — Он схватил мужчину за шею, собираясь вытащить его и прикончить.

Мэн Жуцзи вцепилась в его руку:

— Где ты его похитил!?

— Он был один.

Слышали?! Это вообще что за логика!

— Немедленно верни его обратно! — выдохнула она, чувствуя, как трещит её терпение.

Да, она столетия носила титул Повелительницы демонов, но кровь в её жилах оставалась человеческой. Прожитые годы не вытравили из души моральные устои.

Му Суй смотрел на неё, явно обиженный. Губы его плотно сжались, брови нахмурились.

— Верни! — рявкнула Мэн Жуцзи, не оставляя места возражениям.

Му Суй недовольно цокнул языком, вложил нож в ножны, затем грубо затолкал мужчину обратно в мешок и потащил его прочь.

— И не вздумай тайком сожрать! — крикнула ему вдогонку Мэн Жуцзи, не сводя глаз с его спины.

Будто в ответ на её подозрения, Му Суй, не отойдя и десяти шагов, резким движением швырнул мешок с телом в темноту.

На такое даже времени не хватило бы, чтобы перекусить. Юноша отряхнул руки и вернулся, продолжая буравить Мэн Жуцзи обиженным взглядом.

Та стояла на пороге, словно бронзовый страж, преграждая путь в хибару.

Му Суй замер у входа, спустя паузу буркнул:

— Не ел я его.

— И чтобы больше не таскал людей!

Молчание. Юноша отвернулся, демонстративно стиснув челюсть.

— Му Суй!

— Он был один…

— Один, два, под дождём или в метель — всё равно нельзя!

Тишина в ответ.

— Если ещё раз притащишь — ни ягод, ни капли воды не получишь! И в хибарку не пущу — ночуй под луной!..

— Не буду! — перебил он, всё ещё хмурый, но уже сдавшись. — Не буду…

Мэн Жуцзи выдохнула, ослабив хватку на дверном косяке. Отступив на полшага, махнула рукой:

— Заходи.

Му Суй мрачно шагнул в хижину, но остановился рядом с Мэн Жуцзи. Затем развернулся, встал позади и обхватил её руками, прижав к своей груди.

Он только что вернулся из леса, и от его одежды ещё веяло холодом. Мэн Жуцзи вздрогнула, ощутив внезапное прикосновение прохлады, но прежде чем она успела опомниться, юноша уже прижался щекой к её плечу. Его дыхание согрело кожу, а объятия постепенно наполнились теплом.

— Не запирай меня снаружи, — прошептал он ей в ухо. В голосе смешались обида и мольба, словно капризный зверёк, требующий ласки.

Его спутанные волосы, похожие на шерсть крупной кошки, щекотали её лицо. Мэн Жуцзи подняла руку, пытаясь отодвинуть его голову:

— Не станешь похищать людей — и не придётся запирать.

— Не буду, — упрямо буркнул Му Суй, сопротивляясь её толчку и продолжая тереться щекой о её шею. — И есть не стану…

За эти дни Мэн Жуцзи свыклась с его повадками, напоминающими дикого зверя. Вот только габариты у него были куда внушительнее, чем у её прежних питомцев. Когда-то в горах Хэнсюй она держала кошек и псов — те ластились у неё на коленях. А этот «кот» предпочитал обнимать её целиком.

Странно думать, что всего полмесяца назад, при первой встрече, Му Суй вёл себя совершенно иначе…

Достав из складок одежды фрукт, Мэн Жуцзи сунула его юноше в рот:

— Голодным тоже нельзя оставаться. Сегодня ничего не добыли — придётся обойтись плодами.

Выскользнув из объятий, она направилась к плетёной корзине с фруктами. Му Суй, словно тень, последовал за ней, едва не наступая на пятки.

Мэн Жуцзи протянула ему бамбуковую корзину, и юноша покорно принял её. Женщина присела на краю развалившегося жилища. Хибара была достаточно просторной, но Му Суй предпочёл втиснуться рядом с ней. Устроившись у её ног, он принялся уплетать плоды, не выпуская корзины из рук.

Му Суй постоянно хотел есть, поглощал пищу в огромных количествах, но при этом оставался неприхотливым — съедал всё, что давали, вместе с кожурой и косточками.

— Му Суй, — позвала его Мэн Жуцзи.

Только тогда он оторвал взгляд от еды.

— Ты раньше… людей ел?

Юноша задумчиво надкусил плод, затем покачал головой:

— Не помню.

Ответ был ожидаемым. Мэн Жуцзи взяла фрукт и присоединилась к трапезе:

— Лучше всё-таки не ешь.

— Если тебе не нравится — не буду, — без колебаний заявил он, сосредоточенно разгрызая косточку. — Никогда.

Женщина кивнула. Да, дикарские замашки у юноши имелись, но послушание скрашивало всё.

Очистив корзину до дна, Му Суй повалился на пол, устроив голову у неё на коленях. Обхватив её талию руками, он мгновенно провалился в сон.

Мэн Жуцзи посмотрела на его исхудавшее лицо, вздохнув:

— Лет тебе восемнадцать, вес — едва полцентнера, а ешь как десяток богатырей… И где же всё это оседает?

Тишину нарушал лишь ровный звук его дыхания. За окном тускло мерцала ядовито-зелёная луна Земель Без Возврата, напоминая, что путь назад для них давно потерян.

Мэн Жуцзи скользнула взглядом по груди и животу Му Суя. Его одежда, как и её, висела лохмотьями, местами обнажая кожу под ней.

Шрамы и рельеф мышц говорили о годах тренировок, врезанных в плоть.

— Кем же ты был раньше…

Она прикоснулась кончиками пальцев к его груди. Под бурным стуком сердца ощущался знакомый отзвук энергии — слабый, но безошибочный.

Сила её Даньтянь, теперь навеки сросшаяся с телом юноши…

— Когда же мы вырвемся из этой преисподней? — прошептала она, глядя на спящее лицо. — И верну ли я свою сущность когда-нибудь…

Зелёный свет луны пробивался сквозь щели стен, окрашивая их тени в цвет гниющей листвы. Где-то вдалеке завыл ветер, словно сама Земля Без Возврата насмехалась над её надеждами.

____________

Длинное примечание

«Внутренний дань» (кит. 内丹 — нэй дань) — это ключевое понятие в даосской алхимии и духовных практиках, обозначающее энергетическую «пилюлю бессмертия», которую человек формирует внутри своего тела через специальные техники. В отличие от «внешнего даня» (外丹 — вай дань), который создаётся из физических ингредиентов (трав, минералов), внутренний дань — это символический объект, результат трансформации собственной жизненной энергии (ци), духа (шэнь) и жизненной сущности (цзин).

Энергетический источник

Внутренний дань считается концентрацией духовной силы, которая дарует сверхспособности, долголетие или даже бессмертие. В фэнтези-литературе (как в романе «本如寄») он часто трактуется буквально — как магическое «ядро», источник могущества персонажа.

Связь с сюжетом романа

В книге героиня Мэн Жуцзи теряет свой 10 000-летний дань, который «съедает» юноша. Это создаёт конфликт: если он переварит дань, она лишится силы, а он, возможно, обретёт её (или погибнет, не справившись с энергией).

Культурный контекст

В даосизме создание внутреннего даня связано с медитацией, дыхательными упражнениями и моральным очищением. В современной поп-культуре (манга, аниме, романы сянься) дань часто изображают как физический объект, который можно потерять, украсть или передать, что добавляет драматизма сюжету.

Таким образом, в контексте романа «внутренний дань» — это магическое «ядро» силы героини, от которого зависит её существование.

http://tl.rulate.ru/book/130265/5703958