Готовый перевод We Are Not in the Same Dimension / Мы не в одном измерении: Глава 92. Истинное счастье

— Да, мы уже на связи, дядюшка, — с мягкой улыбкой произнёс Ли Цин, глядя на немолодого работягу перед собой.

— Ох-ох-ох, хаха, я впервые участвую в совместном эфире. Столько людей смотрит — даже как-то неловко, — работяга, посмеиваясь, потёр своё лицо грубыми, мозолистыми руками, хотя, конечно, это ничего не изменило.

Отложив недоеденный баоцзы и поправив потрёпанную одежду, он продолжил:

— Ведущий, я уже давно смотрю твои трансляции. Твой дар предсказывать судьбу просто поразительный.

С этими словами работяга поднял большой палец в камеру, вызвав добродушный смех зрителей трансляции.

— Дядюшка, так что же вы хотите узнать на этот раз? — поинтересовался Ли Цин.

Работяга широко улыбнулся, показав слегка пожелтевшие зубы:

— Ведущий, я хочу, чтобы ты погадал насчёт моего сына — когда он наконец приведёт домой девушку, — проговорил он, явно смущаясь.

— Только это?

— Да, только это, — почесав затылок, работяга уверенно кивнул. — Мой сын уже не молод, пора бы ему жениться, но сколько мы ни торопим, он всё твердит "подождите да подождите". Вот его мать уже и места себе не находит.

Ли Цин не смог сдержать лёгкую усмешку:

— А вы сами, дядюшка, торопитесь?

— Ну, это... не особо, не особо. Дети выросли, у нынешней молодёжи мышление отличается от нашего, старого поколения. Я-то могу понять.

— Тогда подождите, дядюшка, сейчас посмотрю, — с улыбкой кивнул Ли Цин.

— Хорошо-хорошо, ведущий, ты уж посмотри повнимательнее.

От этих простодушных слов в трансляции снова раздался смех — речь работяги была незамысловатой, но такой искренней, что согревала сердце каждого слушателя.

Активировав Око измерений, Ли Цин вошёл в режим божественного видения. Жизнь этого работяги была самой обычной, такой же, как у подавляющего большинства людей в этом мире. Но даже в этой простой судьбе Ли Цин увидел множество тёплых, трогательных моментов.

Добрые люди, даже когда им самим тяжело и трудно, чаще думают о других, чем о себе. Вот и этот работяга — всю жизнь честно трудился: неосознанно вырос, женился, начал зарабатывать на семью, растил ребёнка, продолжал работать не покладая рук, видел, как сын постепенно становится на ноги... И даже когда придёт время сыну жениться и завести своих детей, он всё так же будет трудиться ради семьи.

За всю жизнь, кажется, кроме беззаботного детства, все мысли работяги были только об одном — о благополучии своих родных. Впрочем, это вовсе не значит, что его стоит жалеть. Потому что сам он не считает себя несчастным — наоборот, чувствует себя по-настоящему счастливым. Ведь забота о семье — это то направление, которому он посвятил всю свою жизнь.

— Дядюшка, вы прожили очень счастливую жизнь, — произнёс Ли Цин.

Однако его слова вызвали бурю несогласия среди зрителей трансляции.

— Счастливую? Я не вижу, в чём тут счастье.

— Действительно, глядя на него, видно, как ему тяжело.

— В таком возрасте всё ещё работать на стройке — Цин-ди, ты уверен, что это счастье?

— У каждого своё понимание счастья, давайте рассуждать разумно.

— Возможно, Цин-ди имеет в виду, что желание дядюшки скоро исполнится. Не спешите с выводами.

Слова Ли Цина заставили работягу застенчиво улыбнуться:

— Счастливый... ну, более-менее, только тяжеловато немного.

— Всё это пройдёт.

— А что насчёт моего сына? — неуверенно спросил работяга после короткой паузы.

— На новогодние праздники в этом году он приведёт девушку домой. Вам остаётся только ждать, дядюшка. И знаете что? Эта девушка — очень хорошая.

Услышав это, работяга расплылся в широкой улыбке:

— Хорошо-хорошо-хорошо, ведущий! Если всё будет так, как ты говоришь, я обязательно скажу сыну отправить тебе несколько подарков.

— Не стоит, дядюшка. Когда будет свадьба, просто пришлите мне конфетку на счастье.

— Хорошо-хорошо, обязательно-обязательно!

— Тогда удачи вам.

Слегка улыбнувшись, Ли Цин завершил совместный эфир. Вместо того чтобы сразу начать третий разговор, он обратился к зрителям трансляции:

— Я не шутил, когда говорил о счастье дядюшки. Как заметил один из зрителей, и я полностью согласен — у каждого своё понимание счастья. Поэтому не стоит навязывать другим свои представления. Ведь каждый из вас — совершенно уникальная личность, у всех разное происхождение, разная среда взросления, разные пути развития.

— Давайте приведу пример. Кто-то два месяца упорно работает, чтобы купить айфон, а кто-то с рождения имеет то, чего другие не могут достичь и за всю жизнь. Если смотреть с позиции золотой молодёжи — разве покупка айфона это счастье? Какая чушь, правда? Такую вещь они могут просто подарить девушке в баре после пары фраз. Но если посмотреть с позиции первого человека — когда он наконец покупает телефон своим трудом, разве он не счастлив в этот момент? Конечно, это просто пример. Айфон не может быть мерилом счастья.

Закончив свою речь, Ли Цин открыл третий совместный эфир. Глядя на выключенную камеру на другом конце трансляции, он спокойно произнёс:

— Здравствуйте.

— Здравствуйте, Цин-ди, — раздался мужской голос. — Прошу прощения, но ситуация довольно деликатная, поэтому я не могу включить камеру.

— Ничего страшного, говорите прямо, что вас беспокоит.

— Цин-ди, дело вот в чём: моя жена на шестом месяце беременности, и я хочу, чтобы вы посмотрели, мой ли это ребёнок.

Зрители замерли в немом удивлении.

Ли Цин нахмурился:

— Раз вы сомневаетесь, почему сразу не сделали тест на отцовство в больнице?

— Это... — мужчина начал мямлить, явно не в силах ответить прямо.

Ли Цин бросил беглый взгляд и сразу всё понял — перед ним типичный подкаблучник, из тех, кто панически боится жену. До такой степени, что даже подвергается домашнему насилию. Просто невероятно.

Уголок рта Ли Цина дёрнулся — хоть ему и было искренне жаль мужчину, он едва сдерживал смех.

Зрители тут же оживились:

— Цин-ди, зачем ты прикрываешь рот рукой?

— Ты что, тайком смеёшься?

— Эй, что тут смешного? Расскажи, мы тоже посмеёмся!

— Наверняка это связано с этим мужиком.

— Цин-ди, не скрывай, моё любопытство просто пылает!

Хотя очень хотелось поделиться, Ли Цин всё же сдержался. Такие вещи, если рассказать, будут слишком унизительны для человека. Впрочем, главная причина, почему он не мог сдержать улыбку — мужчина настолько боялся жену, что не осмеливался сделать тест на отцовство, поэтому хотел, чтобы Ли Цин погадал. Если ребёнок не его, он подаст на развод — ничего не поделаешь, его действительно запугали до такого состояния.

К сожалению, этому желанию не суждено было сбыться. Ли Цин со взглядом, полным сочувствия, медленно произнёс:

— Этот ребёнок — ваш.

После этих слов мужчина на связи погрузился в тяжёлое молчание... Можно сказать, что нет большего горя, чем смерть последней надежды.

— Ну, удачи вам, — Ли Цин поджал губы, собираясь завершить эфир.

— Подождите, Цин-ди. Сегодняшний разговор... — внезапно заговорил мужчина, но Ли Цин не дал ему закончить:

— Не беспокойтесь, я понимаю. Я удалю эту часть видео.

— Хорошо-хорошо-хорошо, тогда спасибо вам, Цин-ди.

— Мм, тогда я отключаюсь.

(Конец главы)

http://tl.rulate.ru/book/130149/5672005