Готовый перевод Xueba's military research system / Военная исследовательская система: Глава 760 Лемма Чана

Когда содержание уже полностью структурировано, написание всего процесса доказательства в виде статьи, оформленной должным образом, на самом деле не требует много времени.

Всё идёт своим чередом.

К вечеру следующего дня Чан Хаонань уже завершил эту работу.

Его самым большим недостатком изначально был уровень английского языка, но математические статьи на самом деле не очень от него зависят.

Раз уж даже Яо Мэнна смогла понять, то даже если бы он написал на китайском, те ведущие математики, которые отвечают за рецензирование, вероятно, не столкнулись бы с какими-либо трудностями в понимании.

Конечно, это всего лишь слова.

В конце концов, то, что рецензент может понять, не означает, что редактор тоже сможет.

Если действительно получить письмо, заполненное непонятными символами, да ещё и от человека с незнакомым именем, не имеющего никаких достижений в области теоретической математики, то, скорее всего, оно будет сразу же выброшено в мусорную корзину.

Если говорить строго, то подобные вещи относятся к академической гегемонии.

Но с этим можно будет разобраться только потом -

Если бы в Китае издавался ведущий журнал, то, естественно, можно было бы принимать статьи на китайском языке.

Некоторые шведские журналы, например, Acta Mathematica ("Математический вестник"), принимают статьи на шведском языке.

На самом деле, это то, что Чан Хаонань планировал с самого момента своего перерождения.

Однако всё никак не находилось возможности.

Ведь издание научного журнала, особенно ведущего, - это не просто регистрация издания.

Нужно, чтобы ведущие учёные хотели публиковаться у тебя.

А это, как правило, зависит от репутации исследовательского учреждения или главного редактора в научном сообществе.

Это то, чего больше всего не хватает Чан Хаонаню, включая все исследовательские институты Китая в настоящее время.

Конечно, всё это потом.

Перед Чан Хаонанем стоит вопрос, куда отправить эту статью.

Хотя это доказательство не имеет никакой прямой "пользы" для материального мира.

Но теоретическая математика не особо об этом заботится.

Если быть слишком прагматичным, то те, кто занимается чистой математикой, могут даже посмотреть на тебя свысока.

В целом, его статья состоит из двух частей.

Помимо основного вывода о том, что "для любого набора многомерных данных X всегда существует отношение отображения, которое отображает X в набор данных Y в локально простом евклидовом пространстве", Чан Хаонань также сделал некоторое расширение потока Риччи.

Эта теория утверждает, что если на многообразии задана метрика, а затем она улучшается с помощью уравнения развития потока Риччи, то кривизна многообразия также будет растягиваться.

И Чан Хаонань в процессе доказательства своей основной гипотезы попутно доказал, что с помощью потока Риччи можно выполнить серию топологических операций для построения геометрической структуры, превращая нерегулярные многообразия в регулярные.

До этого Чэнь Чэнтун, Ли Вэйгуан и Ричард Гамильтон уже более десяти лет вели исследования в этом направлении.

На самом деле, Чан Хаонань в течение почти месяца, пока приводил всё в порядок, немало обращался к статьям этих трёх великих людей.

А сама гипотеза о потоке Риччи была предложена Чэнь Чэнтуном.

Если бы это было в инженерной области, то подобное предположение, которое невозможно опровергнуть, уже давно бы использовалось как инструмент.

Но в мире теоретической математики, очевидно, так нельзя.

Поэтому доказательство Чан Хаонаня равносильно предоставлению учёным в области дифференциальной геометрии двух инструментов, которые они давно хотели использовать, но не могли.

Согласно принятой в математическом сообществе практике, если не произойдёт ничего неожиданного, то они, скорее всего, будут объединены и названы "леммой Чана".

А какая польза от этой леммы Чана...

Интуитивно понятно, что это может способствовать доказательству гипотезы Пуанкаре.

То есть, "каждое односвязное трёхмерное многообразие гомеоморфно трёхмерной сфере".

А само доказательство гипотезы Пуанкаре...

Чан Хаонань, естественно, пробовал это сделать в последние дни.

Просто с нынешним третьим уровнем системы, обеспечивающим его теоретическими знаниями, очевидно, недостаточно, чтобы он мог придумать "полный и осуществимый" подход.

Чан Хаонань так и написал в конце статьи:

"Эти два доказательства имеют более глубокое значение в области дифференциальной геометрии, но из-за ограниченного объёма данной статьи я дам более подробное объяснение в будущем..."

Если сравнить гипотезу Пуанкаре с сундуком, полным сокровищ, но запечатанным, то инструменты, которые сейчас есть у Чан Хаонаня, могут лишь приоткрыть его.

А некоторые части этой статьи — это те немногие сокровища, которые просочились из щели.

Таких сокровищ, для мира теоретической математики, естественно, достаточно, чтобы напрямую рассмотреть так называемые "четыре великих журнала" -

"Анналы математики", "Новые достижения математики", "Журнал Американского математического общества" и упомянутый выше "Математический вестник".

И нет никакой необходимости мучиться с выбором.

В 1999 году из четырёх великих журналов только "Анналы математики" принимали и публиковали электронные версии статей, и, как упоминалось ранее, несколько великих учёных в области дифференциальной геометрии были тесно связаны с этим журналом.

Итак...

Выбрать файл, загрузить!

...

Для Чан Хаонаня это можно считать лишь небольшим эпизодом на его научном пути.

По крайней мере, сейчас он не собирается делать теоретическую математику своим основным направлением.

Поэтому, отправив статью, он переключил своё внимание на подготовку к празднованию Национального дня.

В конце концов, до него осталось всего несколько дней.

Хотя Чан Хаонаню не нужно ничего делать, но почти треть самолётов, участвующих в церемонии, оснащены двигателями, в разработке или руководстве разработкой которых он участвовал, и Чжэн Лянцюнь уже не раз приглашал его посетить аэропорт в районе Уцин города Тяньцзинь и провести инспекцию.

Раньше он был с головой погружён в науку, но теперь, когда исследование в области обучения на многообразиях подошло к концу, ему в любом случае нужно съездить.

И как раз кстати, можно поехать вместе с Дин Гаохэном.

Расстояние от Пекина до Тяньцзиня невелико, но обеспечение безопасности на всём пути — довольно хлопотное дело.

Если они поедут вдвоём, то это немного снизит нагрузку на службу безопасности.

"Сяо Чан, я слышал от командира Чжэна, что он приглашает тебя уже почти месяц".

В специально переоборудованном микроавтобусе Дин Гаохэн сидел напротив Чан Хаонаня и с улыбкой говорил.

"Я тоже получил приглашение, но ничего не поделаешь, в последнее время я был занят исследованием новой темы, и мне очень не хотелось отвлекаться и прерывать ход мыслей, поэтому я смог выкроить время только сейчас".

Чан Хаонань поправил свои волосы, которые немного отросли за месяц, потому что он не стригся, и ответил.

"Тема, которая не давала тебе покоя?"

Дин Гаохэн посмотрел на густые чёрные волосы Чан Хаонаня сложным взглядом и слегка приподнял брови.

За последние несколько лет Чан Хаонань продемонстрировал исключительную способность заниматься двумя делами одновременно, и даже мог руководить двумя несвязанными проектами.

Поэтому то, что он сказал, что ему не хотелось отвлекаться, действительно немного шокировало Дин Гаохэна.

Чан Хаонань тоже заметил взгляд собеседника.

Чтобы Дин Гаохэн не подумал, что он хвастается густотой своих волос, он после секундного колебания всё же опустил руку:

"Ну... Сначала я просто решал проблему информационного поиска и снижения размерности данных, но в процессе обнаружил кое-что в области теоретической математики, потратил немного времени на доказательство и отправил статью".

"О..."

В этот момент Дин Гаохэн ещё не осознал серьёзность ситуации:

"Куда отправил?"

"В Анналы математики".

Чан Хаонань взял чашку и отпил воды.

"А?"

Глаза Дин Гаохэна расширились.

Несмотря на то, что он учился в Советском Союзе и не очень хорошо говорил по-английски, это не значит, что он ничего не знал о том, что происходит в Соединённых Штатах.

"Анналы математики"... Принстонского университета?"

"Да, доказательство гипотезы в области дифференциальной геометрии, у них там больше специалистов".

Чан Хаонань кивнул.

Дин Гаохэн открыл рот, как будто колебался.

Но в итоге всё же спросил:

"Тогда... как ты думаешь... вероятность публикации... высока?"

Дело не в том, что он не доверял способностям Чан Хаонаня.

Просто он часто видел, как учёные-естественники переходят в инженерную область, но обратное, когда инженер возвращается к естественным наукам, особенно к теоретической математике, — это действительно редкость.

Хотя Чан Хаонань ранее добился немалых успехов в области теории управления и опубликовал весьма влиятельную статью, которая до сих пор считается высшим достижением китайской науки об управлении.

Но теория управления, несмотря на слово "теория", обычно считается инженерной дисциплиной.

А теперь он сразу бросает вызов такому топовому боссу, как "Анналы математики", и любой бы задумался о шансах на успех.

Единственный, кого Дин Гаохэн мог сходу вспомнить в связи с подобным поступком, — это Цянь Вэйчан, который бросил историю и перешёл на теоретическую физику.

Последний в 18 лет поступил в Университет Цинхуа с поразительными результатами: 100 баллов по литературе и истории, 5 баллов по физике и в общей сложности 20 баллов по математике и химии, но в следующем году произошёл Мукденский инцидент, и он, пережив боль и страдания, решил бросить гуманитарные науки и заняться точными, чтобы научиться строить самолёты и пушки.

А затем получил высший балл на выпускном курсе по своей специальности.

Позже он стал корифеем в области механики и прикладной математики.

Хотя Дин Гаохэн слышал эту историю много раз, но когда появился ещё один похожий человек, он всё же почувствовал...

Это немного неправдоподобно.

http://tl.rulate.ru/book/129535/5658285