Готовый перевод Xueba's military research system / Военная исследовательская система: Глава 161 Пусть наши самолеты больше не боятся мороза и снега

Через полмесяца.

Южный Чжэн, солнечный день, завод № 182, аэропорт Люлинь.

Два винтовых самолета, один большой, другой поменьше, стоят на взлетной полосе, ожидая подходящих метеоусловий для испытаний.

Это, конечно же, модифицированный Y-8F и прототип Xian MA60, прибывший из Хойкина неделю назад.

На их крыльях и хвостовом оперении нанесены красно-черно-желтые шкалы толщины льда — при недостаточной точности датчиков обледенения данные пока можно получать только с помощью видеосъемки и высокоскоростных камер.

Под руководством Чан Хаонаня и Лин Гуофаня завод № 182 и Институт атмосферных наук Университета Цзиньчэн продемонстрировали удивительную эффективность.

Завод № 182 всего за десять с небольшим дней воплотил в жизнь разработанную Чан Хаонанем систему защиты от обледенения критических зон, а Институт атмосферных наук уже создал специальные метеостанции в Цзиньчэне, Циньлине и Северном Синьцзяне — по данным за последние несколько десятилетий, именно в этих районах чаще всего наблюдается обледенение в Китае.

Однако несколько дней все ждали, но на всем северо-западе стояла ясная погода.

В обычных условиях это идеальные условия для полетов, но для испытаний на естественное обледенение нужны сложные условия, а сейчас погода не благоприятствовала.

«Всем еще раз проверить все системы защиты от обледенения!»

Лян Шаосю кричал в мегафон в сторону техников у самолетов.

«Господин Лян, мы уже трижды проверяли все сегодня, особенно систему обогрева воздухом. Частые запуски двигателя сказываются на его ресурсе…»

Заместитель рядом тихонько напомнил ему, вытирая пот со лба.

Перед началом испытаний на естественное обледенение, согласно стандартам, разработанным Чан Хаонанем и Лин Гуофанем, необходимо проверить функциональность, безопасность и характеристики каждой системы защиты от обледенения в сухом воздухе.

Но из-за ясной погоды эту процедуру уже много раз повторяли.

«Ничего страшного, нужно убедиться, что все в порядке. Дополнительные проверки не повредят».

На самом деле Лян Шаосю и сам понимал, что это не имеет практического смысла, но если все будут сидеть без дела, это может привести к раздражению или расслабленности, так что лучше чем-то занять людей.

«Инженер Чан, судя по нашему опыту проведения испытаний на обледенение в Северной Америке, наземные метеостанции не могут точно определить характеристики облаков на высоте более 1000 метров. Лучше всего использовать метеорологический самолет для поиска подходящих зон для испытаний».

Сказал Чан Хаонаню инженер, командированный из 602-го института.

Тот закатил глаза:

«В теории это так, но для того, чтобы переоборудовать метеорологический самолет, нужно сначала провести испытания на естественное обледенение, а для проведения испытаний на естественное обледенение нужен метеорологический самолет…»

Инженер почесал голову и промолчал.

«Все начинания трудны…»

Чан Хаонань сменил позу, засунул руки в рукава и, глядя на небо под углом 45 градусов, вздохнул.

В этот момент рядом раздался голос с сильным итальянским акцентом:

«Друзья мои, вы что, шутите, проводя испытания на естественное обледенение в 1500 километрах от побережья, где нет крупных водоемов?»

Говорил высокий худой итальянец по имени Рози Коломбо, глава делегации Augusta, которая приехала для наблюдения за сертификацией.

Его реакция была понятна: природные условия в Южном Шэньси и на северо-западе Китая действительно отличались от района Великих озер в Северной Америке.

Видя, что кто-то сомневается в его профессионализме, обычно мягкий Лин Гуофань тут же вспылил:

«Конечно! Согласно моим исследованиям за последние десять с лишним лет, с ноября по декабрь частота обледенения в воздушном пространстве над Циньлином и Северным Синьцзяном составляет более 50%. Господин Коломбо, вам нужно научиться терпению, терпению!»

Очевидно, что из-за многодневной задержки испытаний все были на взводе.

Видя, как эти двое уже начали ссориться, Чан Хаонань поспешил вмешаться:

«Профессор Лин, не волнуйтесь, когда мы найдем подходящие условия для обледенения, все станет ясно. Господин Коломбо не упрямый человек, видите, он уже переоделся».

Это было сказано по-английски, так что Коломбо понял — несколько дней назад, когда он только приехал в Южный Чжэн, он был одет в строгий утепленный костюм, утверждая, что это часть его профессионального имиджа.

Но через пару дней он послушно надел ватник с логотипом авиационной промышленности.

Теперь он уже умело засовывал руки в рукава, чтобы согреться, как Чан Хаонань и остальные.

Коломбо посмотрел на свою утепленную одежду, открыл рот, но ничего не сказал.

После небольшой перепалки атмосфера вокруг взлетной полосы снова стала скучной и гнетущей.

В этот момент рация на столе вдруг зашипела, привлекая всеобщее внимание.

У этой старой аналоговой рации была плохая связь, и после подключения нужно было некоторое время, чтобы разобрать, что говорят на другом конце.

«…Метеостанция Циньлин сообщает об образовании облаков на высоте 1200–1500 метров, возможно, подходящих для испытаний. Зона ограничена следующими пятью координатами: 106.108E, 32.473N; 105.906E, 32.459N…»

Лин Гуофань схватил со стола бумагу и ручку, записал основные данные и быстро сделал вывод:

«Площадь зоны составляет около 12 000 квадратных километров, но, судя по скорости образования облаков, у нас мало времени, возможно, хватит только на один испытательный полет».

Идеальные условия для испытаний на естественное обледенение — это когда вот-вот пойдет снег, поэтому, если облака слишком плотные или температура слишком низкая и уже начался снегопад, условия для испытаний не подходят.

Все переглянулись и посмотрели на Чан Хаонаня.

«Товарищ Сяо Чанг, вам решать, какой самолет полетит первым, Y-8 или Xian MA60?»

«Раз уж зона большая, а времени мало, не будем делить. Я думаю, лучше отправить оба самолета одновременно, так у нас будет больше шансов собрать данные».

Представитель 603-го института и Лян Шаосю с завода № 182 переглянулись и одновременно кивнули:

«Хорошо, пусть летят оба!»

В этот момент Лин Гуофань поднял голову:

«Я слышал от товарищей, которые были в США, что у них на борту всегда есть метеоролог, который принимает решения в зависимости от ситуации, когда самолет достигает заданной зоны?»

Инженер из 602-го института замер, затем кивнул:

«Да, наземный мониторинг недостаточно гибкий и точный, гораздо эффективнее, когда метеоролог находится на борту».

Он немного помедлил:

«Но, честно говоря, FAA использует такую схему, потому что они хорошо знают метеоусловия в районе Великих озер и имеют многолетний опыт. Наши испытания на естественное обледенение только начинаются, и с точки зрения безопасности…»

Лин Гуофань махнул рукой, прерывая его:

«Что касается логики, FAA изучает метеоусловия в районе Великих озер уже более десяти лет, а я изучаю метеоусловия в Циньлине тоже более десяти лет. Если американцы могут это делать, почему я не могу? Именно потому, что наши испытания только начинаются, нам нужно идти на риск, чтобы ускорить процесс».

«Что касается чувств, я участвовал в разработке системы защиты от обледенения для Y-8, и мое присутствие на борту придаст уверенности экипажу. Товарищи Сяо Чанг и Сяо Лян занимаются проектированием самолетов, Чжу Лань — физикой поверхности, так что вместо того, чтобы подвергать их риску, лучше уж я полечу, и это будет полезно».

«Я принял решение, и это не обсуждается».

В этот момент растерянный Коломбо через переводчика узнал, что происходит.

После короткого изумления и неловкости он бросился к ним:

«Я тоже хочу на борт!»

«Вы?»

Чан Хаонань и Лян Шаосю одновременно повернулись к Коломбо.

Хотя, как партнер, представитель Augusta мог получить разрешение на полет, испытания на естественное обледенение — это один из трех видов испытаний с риском I категории, и чем меньше людей на борту, тем меньше риск.

«Не волнуйтесь, я участвовал в испытаниях на естественное обледенение вертолета A109, у меня есть опыт!»

Коломбо ударил себя в грудь:

«Кроме того, по контракту я должен присутствовать на всех испытательных полетах, чтобы получить полную премию от руководства».

…

После того, как экипажи были определены, два самолета, уже готовые к полету, взлетели один за другим по команде диспетчерской.

Район Циньлин находится недалеко от Южного Чжэна, поэтому вскоре после возвращения Чан Хаонаня и остальных в диспетчерскую поступило сообщение о том, что оба самолета достигли испытательной зоны:

«В зоне обнаружены крупномасштабные слоистые облака, над облаками ясная погода, условия подходят для испытаний на обледенение».

Диспетчер начал отдавать команды в соответствии с руководством по летным испытаниям:

«Проверить работоспособность испытательного оборудования».

Вскоре из рации донесся четкий голос пилота:

«Борт 01, все испытательное оборудование работает нормально».

«Борт 02, все испытательное оборудование работает нормально».

«Включить датчики атмосферных параметров».

«Проверка атмосферных параметров».

…

На этот раз ответ пришел с небольшой задержкой:

«Высота верхней границы облаков 1800, содержание жидкой воды в атмосфере 0,7 г/м³, средний диаметр переохлажденных капель 35 микрон, условия соответствуют требованиям для испытаний на максимальное непрерывное обледенение. Запрашиваем разрешение на вертикальное зондирование облаков».

«Разрешаю».

Из-за отсутствия спутниковой связи после входа самолетов в облака качество связи с диспетчерской резко ухудшилось, и Чан Хаонань с остальными слышали только треск.

Вертикальное зондирование облаков предполагает вход самолета в облако сверху, снижение до нижней границы и последующий набор высоты с записью изменений содержания жидкой воды в облаке на разных высотах для определения оптимальной высоты для испытаний. Весь процесс занимает около 2 минут, и системы защиты от обледенения работают все это время, поэтому теоретически это не должно повлиять на безопасность полета.

Тем не менее, отсутствие постоянной связи с самолетами вызывало некоторое напряжение.

Наконец, треск в рации прекратился.

Голос Лин Гуофаня донесся до всех:

«Высота нижней границы облаков 1200, содержание жидкой воды в атмосфере 4,5 г/м³, средний диаметр переохлажденных капель 105 микрон».

«Я планирую провести испытания на естественное обледенение на высотах 1500 и 1200 метров, продолжительностью 15 минут каждое, что соответствует 4-й и 3-й категориям защиты от обледенения согласно стандартам сертификации».

Очевидно, он хотел воспользоваться этой редкой возможностью и выполнить все испытательные полеты, предусмотренные руководством.

Согласно временным стандартам, разработанным Чан Хаонанем и Лин Гуофанем, защита от обледенения самолетов делится на 4 категории.

1-я и 2-я категории соответствуют неполной защите от обледенения и допускают полеты только в ясную погоду без риска или с низким риском обледенения.

3-я категория соответствует большинству случаев обледенения в умеренном поясе, и самолеты, отвечающие этим требованиям, могут безопасно летать практически в любых нормальных погодных условиях.

4-я категория — это дополнительное требование, которое необходимо выполнять только для самолетов, предназначенных для эксплуатации в условиях повышенного риска обледенения.

Диспетчер повернулся к Чан Хаонаню.

Тот помедлил несколько секунд, затем кивнул.

«План полета утвержден!»

…

Получив одобрение, оба самолета развернулись и вошли в густые облака.

Вскоре на поверхности самолетов образовался плотный слой тонкого льда, закрывая обзор.

В обычных условиях самолеты избегают таких опасных зон, поэтому и для инженеров на борту, и для опытных летчиков-испытателей это был довольно необычный опыт.

В кабине штурмана Y-8, где обзор составляет 270°, все было покрыто льдом, и штурман сообщил, что чувствует себя как в иглу.

Однако по мере того, как слой льда становился толще, новизна ощущений проходила, и пилоты чувствовали, что управлять самолетом становится все труднее.

В задней части салона Лин Гуофань неотрывно смотрел на экран ноутбука, боясь пропустить показания датчиков толщины льда.

Согласно моделированию, проведенному Чан Хаонанем, толщина льда на передней кромке крыла самолета в нормальной конфигурации при горизонтальном полете должна достигать 7 см, чтобы соответствовать стандартам испытаний.

«Условия обледенения соответствуют требованиям, начинаем испытания в маневренном полете!»

Поскольку в облаках связь с диспетчерской отсутствовала, команды обоим самолетам отдавал Лин Гуофань.

«Подождите… это безумие».

По радио послышался голос Коломбо:

«Я только что увидел на компьютере, что содержание воды в атмосфере превышает 4 г/м³! Это… это в 4 раза больше, чем по стандартам FAA!»

«Вы правы, господин Коломбо, но мы не FAA, мы CCAR».

Сказал Лин Гуофань в микрофон.

«Но… но зачем так экстремально? Таких условий не бывает, кроме как в метель, а в метель самолеты не летают!»

В голосе Коломбо появилась дрожь, похоже, он уже немного пожалел, что поднялся на борт.

«Конечно, ради безопасности. Не волнуйтесь, у нас лучшая в мире система защиты от обледенения, ваша безопасность гарантирована».

«И потом, уже поздно что-либо говорить, мы же не можем выбросить вас из самолета».

Сказав это, Лин Гуофань перестал обращать внимание на Коломбо и отдал команду:

«Начать горизонтальный вираж с креном».

Пилоты обоих самолетов осторожно управляли рулями, начиная выполнять правый вираж с креном 40°.

«Я… я вижу сильную вибрацию крыла, это… это нормально?»

Коломбо в салоне Xian MA60 с бледным лицом обратился к механику.

Тот спокойно взглянул на экран камеры, затем снова на свой ноутбук:

«Все в порядке, это работает наша система активного управления флаттером».

«Активное управление флаттером?»

Возможно, из-за напряжения или холода, Коломбо сегодня был особенно разговорчив.

«Да, это как… э-э, как активное шумоподавление, используется контролируемая вибрация, чтобы компенсировать неконтролируемую. Это одна из ключевых технологий нашего Xian MA60. Разве вы не читали нашу рекламную брошюру? Там все написано».

«Кто читает эти рекламные штучки? Вы, наверное, первый производитель самолетов, который объединил рекламную брошюру с руководством по летной эксплуатации…»

Зубы Коломбо начали стучать.

«Похоже, нам есть чему у вас поучиться…»

Тем временем, в другом самолете Лин Гуофань с помощью высокоскоростной камеры заснял все необходимые кадры роста льда.

Результаты практически полностью совпадали с предыдущим компьютерным моделированием.

«Фух…»

Он с облегчением выдохнул.

Сказать, что он не нервничал во время полета, было бы неправдой.

На самом деле, до самого момента съемки Лин Гуофань замечал, что его руки слегка дрожат.

Однако конструкция системы защиты от обледенения основана на моделировании степени обледенения в разных точках, и если результаты моделирования верны, то и вся система должна работать исправно.

«Виражирование завершено, включить все системы защиты от обледенения!»

…

Поскольку связи с экипажами не было уже почти полчаса, в диспетчерской аэропорта Южный Чжэн царила напряженная атмосфера.

Каждая секунда казалась вечностью.

Вера в систему защиты от обледенения — это одно, но отсутствие связи с пилотами вселяло тревогу.

Особенно переживала Чжу Лань, жена Лин Гуофаня, которая уже долгое время стояла в углу, как статуя.

«Борт 01 докладывает».

Внезапно раздавшийся четкий голос вселил надежду.

«Маневренные испытания в конфигурации для посадки, взлета и захода на посадку завершены, система защиты от обледенения работает нормально, полностью соответствует критериям испытаний. Запрашиваем разрешение на возвращение на базу!»

Чжу Лань, стоявшая у стены, резко расслабилась и опустилась на ближайший диван.

Лян Шаосю, чьи нервы были натянуты как струна последние полмесяца, тоже наконец-то успокоился и позвал своего помощника:

«Сообщите в сборочный цех, чтобы как можно скорее установили новые системы защиты от обледенения на остальные три Удачи 8J. График сертификации нельзя нарушать!»

Чан Хаонань же смотрел в сторону сборочного цеха.

Там стояли еще несколько Удач 8F, ожидающих поставки.

Стоя у панорамного окна диспетчерской, он пробормотал себе под нос:

«Получается, трагедии, которая произошла в моей прошлой жизни, теперь не случится…»

http://tl.rulate.ru/book/129535/5585983