Готовый перевод Becoming a magic school mage / Выживание мага в магической академии: Глава 48

— Все жрецы, поступившие в Башню Феникса, искренние и хорошие люди, но...

— Да где ж такое видано, чтобы в человеческом обществе все такими были?

— Я молюсь, так что соблюдайте тишину. Как бы то ни было, среди них есть и те, кто еще не до конца избавился от мирских страстей. И это при том, что такие чувства, как дух соперничества или зависть, никак не помогают в вере.

На прошлой неделе один из жрецов-первокурсников Башни Феникса приготовил зелье восстановления сил для остальных. Он хотел применить знания, полученные в храме, на благо других. Поистине жреческий поступок.

«А я бы продал».

— Выпьешь это зелье, и усталость как рукой снимает. Огромное спасибо!

— Даже жрица Сиана из ордена Флемен оценила бы. Вы сварили его просто превосходно. Может, даже лучше, чем у жрицы Сианы?

В разгар веселой болтовни кто-то отпустил шутку. Это было не серьезное сравнение, а скорее похвала — настолько хорошим получилось зелье. Жрица Сиана с улыбкой кивнула, и никто не почувствовал в этом ничего странного.

...Однако на следующий день жрица Сиана принесла зелье восстановления сил.

— ??

— Я тоже сварила. Попробуйте.

— Ах. Спасибо.

— И впрямь великолепно. У вас отлично получилось.

И на следующий день жрица Сиана снова принесла зелье восстановления сил.

— Спасибо...?

— Действительно замечательно.

И на следующий, и на следующий день жрица Сиана продолжала приносить зелья. К тому времени до жрецов, наконец, дошло.

— Зелья, сваренные жрицей Сианой, определенно лучшие...!

— Никто и в подметки не годится!

И только после этого жрица Сиана перестала приносить свои зелья.

— ...С-сопернический дух и правда немного силен, — пораженно пробормотал И Хан, выслушав историю.

Услышав всего одну шутку, продолжать варить и таскать зелья до тех пор, пока все не признают тебя лучшим.

— И это еще не всё.

— ...

«И это еще не конец?».

А тот жрец, который сварил зелье раньше Сианы... Позже он подошел к ней и похвалил ее работу:

— Как и ожидалось от вас, жрица Сиана. Такое зелье сварит далеко не каждый.

И Тиджилин, присутствовавшая при этом, отчетливо видела, как жрица Сиана притворилась, будто ничего не слышала, и просто ушла.

— ...?!

В итоге жрица Сиана соизволила ответить на приветствие того жреца лишь спустя несколько дней.

«Насколько же она мелочная?».

И Хан слушал и ужасался. Если она так реагирует на легкую похвалу чужого зелья, то...

«А как меня хвалили в аудитории?».

Его называли гением алхимии и осыпали всевозможными похвалами, от которых даже у него горели уши...

Закончив свой рассказ, Тиджилин завершила и молитву Фрисинге. И Хан, всё еще не до конца переваривший услышанное, задал еще один вопрос:

— Она ведь не подсыпает яд в чужую еду?

— Я не понимаю, о чем вы говорите.

Тиджилин плотно сжала губы, давая понять, что больше ничего не скажет.

И Хан принял решение:

«Если мне придется действовать вместе со жрицей Сианой, ни в коем случае не стану есть то, что она предложит».

Как бы ни давили боль, отчаяние и горы домашних заданий, солнце продолжало заходить и всходить.

«Задания заданиями, но меня беспокоит другое».

Сейчас И Хана заботили две вещи. Как проникнуть в Башню Белого Тигра? И какие сумасшедшие ловушки таят в себе горы за Академией, куда им предстояло отправиться за алхимическими ингредиентами?

«Даже не знаю, что из этого сложнее».

Но в Академии магии не было времени на долгие раздумья. Студентов тут же бросали на следующую лекцию и выжимали досуха.

Когда И Хан вошел в аудиторию, где проходила лекция по <Регулярным тренировкам магического боя>, профессор Волади сразу же сказал:

— Ты опоздал на 11 секунд.

— Прошу прощения. Я задержался, потому что рано утром ходил в конюшню ухаживать за лошадью.

— Не за что извиняться. От опоздания страдаешь только ты сам.

«Профессора где-то учатся так разговаривать?».

С такими мыслями И Хан занял свое место. В тихой аудитории они были только вдвоем. Профессор Волади щелкнул пальцами, и И Хан, достав посох, заставил железный шар вращаться.

Битва не на жизнь, а на смерть с антимагами дала И Хану четкое понимание: его контроль над Малым Управлением вышел на совершенно новый, несопоставимый с прежним уровень. Железный шар вращался по почти идеальной орбите с постоянной скоростью.

«Он опережает мои ожидания года на два», — подумал профессор Волади с непроницаемым лицом.

Хорошо, что И Хан этого не слышал. Иначе он бы всерьез возмутился:

«Вы что, выбрали для первого урока тренировку, до которой доходят только после двух лет обучения???».

— Неплохо.

— Благодарю.

И Хан прекрасно знал, что когда такой человек, как профессор Волади, говорит «Неплохо», это означает «Просто великолепно!». Впрочем, он и не ждал похвалы.

— Я слышал, ты выучил магию создания воды.

— Да.

— Покажи.

— Вздымайся!

Вместе с заклинанием перед И Ханом возник водяной сгусток. Благодаря наказаниям... то есть, тренировкам профессора Гарсии, он уже мог поддерживать его форму.

— Сожми его до размера шара.

— Я попытаюсь.

И Хан крепко сжал посох и сосредоточился. Водяной сгусток в воздухе начал искажаться, выпячиваясь то тут, то там. Даже для И Хана с его огромным запасом маны было непросто уменьшить объем воды и придать ей сферическую форму.

Профессор Волади поднял лежавший перед И Ханом железный шар. От этого движения у И Хана почему-то екнуло сердце.

Вжик!

С резким свистом железный шар полетел прямо в лицо И Хану.

«Ах ты, сумасшедший ублюдок...!».

И Хан инстинктивно сжал воду в плотный шар. Огромный сгусток воды сжался до размеров кулака, резко увеличив свою прочность и жесткость.

Дзынь!

Железный шар врезался в водяной, потерял инерцию и упал.

— ...Профессор. Вы и дальше собираетесь так делать?

— О чем ты?

— Вы только что бросили в меня железный шар.

— А. Ты об этом. Да.

— ...Вам не кажется, что это немного опасно?

И Хан попытался убедить профессора Волади, как он обычно убеждал других студентов. Но профессор Волади не поддавался уговорам, в отличие от студентов.

— Разве это не было эффективно?

— Что?

— Как и в схватке с имперскими антимагами, внезапная опасность обострила твою концентрацию и инстинкты, повысив контроль над магией. Зачем идти окольными путями, когда есть такой метод?

— ...

И Хан лишился дара речи. Не потому, что ему нечего было возразить, а потому, что он просто опешил.

«Оказывается, когда слышишь откровенный абсурд, действительно пропадает дар речи!».

— Вижу, ты со мной согласен. Теперь вращай его.

От шара из Камня Духовной Звезды к железному, от железного — к водяному. Вращать водяной шар оказалось самым сложным из всего, что он делал до сих пор.

Ему нужно было не только поддерживать сферическую форму созданной воды, но и вращать ее с постоянной скоростью. Нервное напряжение было таким же сильным, как во время боя с имперскими антимагами.

В воздухе вырисовывались странные фигуры, которые с трудом можно было назвать кругами. А профессор Волади продолжал посылать в него железные шары.

Дзынь!

И Хан тут же отбил его. Даже если его контроля не хватало для создания идеального круга, он был настороже и мог отразить одиночную атаку.

«Так я и думал!».

Но профессор Волади предвидел, что И Хан блокирует удар. В то же мгновение с противоположной стороны, вращаясь, вылетел еще один железный шар.

Бам!

— ...!

И Хан поспешно развернул водяной шар, но опоздал. Железный снаряд точно впечатался ему в спину. И Хан стиснул зубы.

«Проклятье!».

Даже напрягши мышцы и приготовившись к удару, он ощутил сильную боль. Вспомнились времена, когда он обучался фехтованию у Аларлона.

— Сосредоточься.

— ...

У И Хана уже не было сил отвечать. Он лишь безумно крутил водяной шар, уворачиваясь от летящих железных снарядов.

Одно было ясно наверняка:

«Уж лучше лекции с кучей домашки».

— Уоданаз выглядит совсем вымотанным.

— Наверное, из-за заданий. Я тоже из-за них почти не спал. Да и не из тех он людей, кто ходит на обычные лекции.

— И то верно. Лекции, которые посещает Уоданаз, явно не из легких. Это же Уоданаз.

— Кстати, когда мы уже пойдем в Башню Белого Тигра?

— Ну...

Студенты Башни Синего Дракона, собравшиеся в аудитории <Понимание базовой магии>, тихо переговаривались. Лицо И Хана, откинувшегося на спинку стула с закрытыми глазами, действительно выглядело очень усталым. Это были последствия игры в вышибалы на выживание с профессором Волади.

Шептались не только студенты Башни Синего Дракона, но и Башни Черной Черепахи.

— Кто-нибудь ходит на алхимию? Говорят, завтра мы идем в горы, это правда?

— Слухи уже пошли? Да. Студенты из других башен тоже пойдут.

— Как думаете, в горах есть выход наружу?

«Тешат себя пустыми надеждами».

И Хану стало жаль студентов Башни Черной Черепахи. Надо же было додуматься, что там есть выход наружу. Как же они разочаруются, когда узнают правду.

— Погодите, мы что, пойдем вместе с Уоданазом? А если мы оплошаем, он же нас накажет...

— Д-да ну, вряд ли. Мы же с другого факультета.

— ...

И Хан мысленно тяжело вздохнул.

— Рад всех видеть.

— Здравствуйте, профессор!

Когда вошла профессор Гарсия, все студенты почтительно поздоровались. Теперь они понимали: профессор Гарсия — это едва ли не единственная совесть этой Академии. Куда страшнее тролля был профессор, не ведающий человеческих чувств.

— До прошлого занятия мы практиковались, чтобы привыкнуть к магии стихий. Но на лекциях по пониманию базовой магии мы вкратце коснемся не только магии стихий, но и других направлений... Иллюзий, предвидения, призыва, трансформации и многого другого. Ведь став старше, вы начнете изучать их профессионально.

Мир магии был бесконечно широк и не имел дна. Человеческих способностей не хватило бы, чтобы постичь его целиком. Вполне естественно, что маги выбирали узкую специализацию для исследований. И Хан знал об этом, поэтому ничуть не удивился.

— Сегодня мы посвятим время изучению другой области магии. И вместо меня лекцию проведет профессор, который является специалистом в этой сфере.

Слова профессора Гарсии зажгли в глазах студентов искры предвкушения и любопытства. У каждого из них было направление магии, которое их интересовало. Кто-то увлекался магией стихий, кто-то магией духов, кто-то магией зачарования...

«Вот бы это был выдающийся призыватель духов! Я хочу изучать магию духов...».

«Я поступил сюда, чтобы научиться усилению тела и исцелению. Пожалуйста, пусть нас научат магии усиления».

— Итак! Входите.

Когда дверь открылась, температура в аудитории резко упала. Студенты поежились от внезапного холода.

— Рад всех видеть... Кхм, кхм. Меня зовут профессор Мортум.

На мгновение И Хану показалось, что профессор — дворф. Но нет, это был просто человек невысокого роста. Профессор Мортум так надрывно кашлял, пока говорил, что, казалось, его сдует малейшим порывом ветра.

— С ним всё в порядке?

— Ему бы в лазарет, а не на лекции...

— Кхм, всё хорошо. Всё хорошо... — слабо проговорил профессор Мортум, прерываясь на кашель.

Один из студентов поднял руку и спросил:

— Какую магию вы преподаете, профессор?

— Я преподаю черную магию.

— ...

— ...

Атмосфера в аудитории стала ледяной. Среди всех видов магии черная магия пользовалась наихудшей репутацией.

http://tl.rulate.ru/book/129083/23875348