Готовый перевод Hogwarts: Voldemort, don't stop me from studying / Хогвартс: Волан-де-Морт, не мешай мне учиться: Глава 15. Разница в учебных способностях

Глава 15. Разница в успеваемости

Когда первокурсники понемногу освоились с вечно меняющимися лестницами замка, жизнь Вида в Хогвартсе вошла в определенное русло.

Расписание у первокурсников было совсем не загруженным: в иные дни всего один урок, в другие — не больше трех, а остальное время оставалось на усмотрение учеников. Увидев такое расписание, Вид не раз задавался вопросом: почему студенты, которые вечно жалуются на непомерный объем домашних заданий, никак не могут вовремя сдать несчастное эссе в несколько дюймов длиной?

В прошлой жизни Вид, еще не достигнув и десяти лет, уже писал сочинения объемом не менее трехсот иероглифов, и это на китайском, который славится своей «языковой сжатостью». В переводе на английский это легко превратилось бы в тысячу слов. А после систематической закалки в старшей школе, университете и аспирантуре он при необходимости мог выдать и десять тысяч слов за пару дней.

Лишь позанимавшись какое-то время с Майклом, Гермионой и остальными, Вид наконец понял, в чем дело.

Среди первокурсников, не считая самого Вида, легче всего эссе давались Гермионе. Как минимум, она не делала элементарных грамматических ошибок, редко сталкивалась с незнакомыми словами и умела быстро вычленять из текста главное, а затем четко и последовательно его пересказывать. Остальным, даже Майклу из Равенкло, это давалось с большим трудом.

Все они были выходцами из волшебных семей.

Жизнь волшебников практически полностью изолирована от обычных людей, даже если один из супругов родом из семьи маглов. Большинство волшебных семей живет уединенно. Они не только никогда не вступают в контакт с маглами по своей воле, но и накладывают на свои жилища «Маглоотталкивающие чары», чтобы те случайно не вторглись в их мир. Из-за этого волшебники не разбираются ни в магловской одежде, ни в их технологиях и уж тем более никогда не отправят своих несовершеннолетних детей в магловские школы. В их представлении это все равно что отдать своего ребенка на воспитание обезьянам, живущим на деревьях.

В Британии есть лишь одна школа магии — Хогвартс. Никаких «волшебных начальных школ» или «волшебных университетов» не существует. В мире волшебников дети до одиннадцати лет, как правило, получают домашнее образование. Если у родителей есть время, они учат ребенка читать, писать и считать. Но если родители безответственны, их чадо может не знать даже, как пишется слово «перо».

Майкл и остальные начали обучаться у родителей лет в пять-шесть, так что с чтением и письмом у них особых проблем не было. Однако уметь читать и писать — это одно, а способность к обучению — совсем другое. По сравнению с систематическим образованием в магловских школах, домашнему обучению волшебников многого недоставало. Например, родители-волшебники, уча детей грамоте, не развивали в них навыки логического мышления, анализа и синтеза. Вид подозревал, что многие из них даже не имели представления о таких вещах, ведь они всегда с презрением относились к магловским теориям.

Более того, юным волшебникам, включая Гермиону, недоставало умения быстро извлекать из текста суть и понимать ее. К примеру, их уровень позволял им осмыслить разве что такое утверждение: «Если температура объекта А равна температуре объекта Б, а температура Б равна температуре В, то и температура А равна температуре В». Однако в учебниках было написано: «Если две термодинамические системы находятся в тепловом равновесии с третьей, то они находятся в тепловом равновесии и между собой. Иными словами: если можно утверждать, что физические свойства двух систем не изменятся при возможности теплообмена, то даже при отсутствии такой возможности можно с уверенностью говорить об их равновесном состоянии».

Юные волшебники: ...?

Строчки букв просто скользили у них в голове, не оставляя и следа.

Гермиона, благодаря своей феноменальной памяти, могла все это зазубрить, а потом, сверяясь с разными источниками, потихоньку разобраться. Но большинство юных волшебников лишь растерянно записывали кучу непонятных им самим заметок, а потом, ломая голову, кое-как стряпали домашнее задание в надежде, что профессор сжалится и поставит хотя бы «У» (удовлетворительно).

К тому же одиннадцатилетние дети учились вдали от родителей, в школе-интернате, где надзор профессоров не был строгим. Даже такие известные своей суровостью преподаватели, как профессор МакГонагалл или профессор Снейп, не следили за тем, чем заняты ученики в свободное от уроков время — спят ли они в спальнях или играют в гостиной. Такая вольница, разумеется, становилась серьезным испытанием для детской самодисциплины. Лениться и играть — в природе человека, а вот учиться — нет. Учеба интересна лишь очень немногим.

Например, Гермионе.

Например, Виду.

Всего за полмесяца они оба выделились на фоне остальных первокурсников. Разница была в том, что Гермиона была строга и к себе, и к другим и наотрез отказывалась мириться с любыми нарушениями правил вроде списывания домашних заданий. Вид же никогда не возражал, если кто-то списывал у него, и, когда сам до изнеможения зубрил и отрабатывал заклинания в тренировочном зале, никому не навязывал своего усердия.

На самом деле Вид прекрасно понимал подростковую лень — в прошлой жизни он и сам был таким. В этой же жизни он старался больше всех не потому, что полюбил учебу, а потому, что полюбил магию. Для него волшебство не было врожденным, само собой разумеющимся даром, и потому он ценил эту возможность больше, чем кто-либо другой в школе.

В очередной раз засидевшись за занятиями почти до самого отбоя, Вид поспешил обратно в башню Равенкло. В коридорах в этот час стояла мертвая тишина, словно все уже спали.

Но стоило ему войти в гостиную, как стало ясно, что до сна еще далеко.

В Хогвартсе был отбой, но не было команды гасить свет. При желании студент мог хоть всю ночь напролет просидеть в ярко освещенной гостиной. Вот и сейчас в гостиной Равенкло собралось немало учеников с разных курсов: в углу на диване ворковала влюбленная парочка, за круглым столиком скучающие первогодки играли в волшебные шахматы, а старшекурсники, торопясь доделать задания, строчили перьями с бешеной скоростью. И хотя народу было много, шумно не было — равенкловцы всегда разговаривали вполголоса.

На диване перед камином собралась компания из семи-восьми человек, откуда время от времени доносился девичий смех. Вид мельком взглянул в их сторону и, не придав этому значения, устроился в укромном уголке, чтобы почитать и сделать записи.

Заметив его, Майкл, сидевший в той компании, улыбнулся, что-то сказал соседке и подошел к Виду.

— Опять засиделся? — спросил он, присаживаясь рядом и опираясь на стол. — Вид, мы и месяца не проучились, а ты уже почти всю программу первого курса одолел. Чем потом заниматься будешь? Не в обиду, но ты уж слишком усердствуешь. Иногда и отдыхать надо. Вид, дружище, ты хоть знаешь, сколько девчонок хотят с тобой познакомиться?

Он выразительно повел бровью в сторону камина, и среди девушек снова раздался смех.

Вид отложил перо и спокойно посмотрел на Майкла своими серыми глазами.

— Не знаю. Но, Майкл... ты знаешь, сколько времени мы сможем пробыть в Хогвартсе?

http://tl.rulate.ru/book/125206/7906016