Готовый перевод Rebirth and Rise: The Campus Business Woman / Перерождение и Становление Величайшей Бизнес Леди: Глава 213: Встреча друзей

Глава 213. Старуха Гу приходит устраивать скандал

— Да! Главное — разнообразие, это редкость. Владелец этого ювелирного магазина «Красавица в нефрите» наверняка очень богат и имеет широкие связи. Иначе откуда бы взялось столько видов нефрита, да ещё и среднего и высшего качества? — вздыхала госпожа Лу.

Они любили нефрит и были знакомы с его происхождением. Нефрит — это всегда риск.

Угадывать, что внутри камня, сложнее, чем играть в азартные игры. Даже боги не могут определить, есть ли в камне нефрит — на девяносто девять процентов это удача.

И лишь один процент основан на профессиональных знаниях, но и они не гарантируют точного результата — просто шанс выше, чем при слепой догадке.

— А Юань, может, съездим в город G? — предложила госпожа Хао.

— Отлично! Сразу закажем билеты и отправимся после обеда, — с энтузиазмом откликнулась госпожа Лу.

Их решительность заставила Гу Нин почувствовать некоторую неловкость, но она не стала отговаривать — раз они могут поехать, значит, у них нет других дел.

К тому же город G недалеко, всего час лёту.

Хао Жань, привыкший к стремительности этих двух женщин, мог лишь беспомощно пожать плечами.

После обеда, поскольку госпожа Хао и госпожа Лу собирались в город G, все разошлись.

Хао Жань спросил Гу Нин, не хочет ли она вернуться в школу вместе. Но Гу Нин уже взяла отгул и не пошла — решила вернуться завтра.

·

Вернувшись домой, Линь Лицзюань нажаловалась старой госпоже Гу. Едва услышав, что у Гу Цин и Гу Мань появились деньги и они купили салон красоты, старуха пришла в ярость.

— Отлично! У этих двоих завелись деньги, а они взяли и исчезли, даже не подумав позаботиться обо мне, матери! И правду говорят: выданная замуж дочь — что вода выплеснутая. Вырастила я неблагодарных тварей! — говорила старая госпожа Гу так, будто Гу Цин и Гу Мань были чудовищно неблагодарны и бессердечны. Но она и не думала о том, как сама относилась к дочерям.

Да, пусть так, но требовать от детей почтения — её право. Проблема в том, что старая госпожа Гу думала не об обычной поддержке, а считала, что все деньги Гу Цин и Гу Мань должны принадлежать ей.

Именно так: по её мнению, большую часть своих средств они обязаны были отдавать ей в благодарность за воспитание.

По сути, старая госпожа Гу просто не любила Гу Цин и Гу Мань и не желала им добра.

В глазах Линь Лицзюань мелькнул расчёт. Она сказала:

— Мама, кстати, в документах Гу Мань всё ещё значится незамужней. То есть она всё ещё член семьи Гу, и её деньги по праву принадлежат вам.

Хотя состояние Гу Мань составляло лишь половину от половины наследства Гу Цинсяна, Линь Лицзюань просто не выносила, когда у Гу Цин и Гу Мань всё хорошо.

Особенно Гу Мань. Вспоминая, что Гу Нин сделала с Гу Сяосяо, она желала им обеим смерти.

Услышав это, старая госпожа Гу загорелась и немедленно набрала Гу Мань. Но та не ответила — и без того было ясно, что звонок не сулит ничего хорошего.

Не дозвонившись до Гу Мань, старуха разозлилась ещё сильнее и позвонила Гу Цин. Но и та не взяла трубку.

Это привело старую госпожу Гу в бешенство:

— Обе не отвечают! В их глазах совсем нет матери! Где этот салон? Я сама к ним поеду.

Линь Лицзюань не стала её останавливать — напротив, она была только за. Она назвала адрес, и старая госпожа Гу вышла из дома.

Гу Нин тоже делать было нечего, и она отправилась в салон вместе с Гу Цин и Гу Мань.

На самом деле Гу Нин беспокоилась о старой госпоже Гу — точнее, о том, что та, не дозвонившись, явится лично и устроит скандал, с которым Гу Цин и Гу Мань не справятся.

И, как оказалось, её опасения были не напрасны. Не прошло и получаса, как появилась старая госпожа Гу.

Едва войдя, она заорала во всё горло:

— Гу Цин! Гу Мань! Выходите! Выходите сейчас же!

От этого крика все вокруг вздрогнули — сразу стало ясно, что гостья явилась не с добром.

— Простите, кто вы? По какому делу к нашему директору? — поспешила к ней администратор, пытаясь успокоить, чтобы та не устроила скандал и не навредила репутации салона.

Но старая госпожа Гу ни о чём не думала, растеряв последний стыд. Она стояла прямо у входа и принялась браниться:

— Конечно, по делу! Эти неблагодарные дочери, Гу Цин и Гу Мань, разбогатели и забыли про мать! Настоящие неблагодарные твари!

Тут же вокруг собрались люди. Те, кто не знал правды, поверили односторонним обвинениям старухи и тоже принялись осуждать «непочтительных дочерей».

Но сотрудники салона знали, каковы Гу Цин и Гу Мань на самом деле, и не верили, что те способны на такое.

Гу Нин, Гу Цин и Гу Мань находились в кабинете за стеной и всё слышали. Они немедленно вышли.

Взглянув на старую госпожу Гу, Гу Нин похолодела. Она лишь подстраховывалась, но не думала, что та действительно явится скандалить.

Гу Цин и Гу Мань, увидев мать, почувствовали лишь холод. Родственные узы уже истончились до такой степени, что их можно было не принимать в расчёт.

Выходя, Гу Нин уже предупредила Гу Цин и Гу Мань молчать — она разберётся сама.

— Кого это вы называете неблагодарными тварями? — голос Гу Нин был ледяным, тон — безразличным, без малейшего намёка на уважение к старой госпоже Гу. Та никогда этого уважения не заслуживала.

— А разве не так? Вы разбогатели, исчезли, уволились, съехали, трубки не берёте! Если бы старшая невестка не встретила вас здесь, я бы и не знала, что у вас деньги завелись и вы открыли своё дело! — с негодованием обвиняла старуха.

— Не может быть! Разбогатели — и сразу уволились, съехали, трубки не берут? Это же настоящее свинство!

— Вот именно! Родную мать бросить — настоящие неблагодарные твари!

— ...

Люди наперебой осуждали.

— Заткнитесь! — резко оборвала их Гу Нин, обведя холодным взглядом. От неё повеяло такой угрозой, что все разом притихли, испугавшись её суровости.

— Вы знаете причину? Нет — так заткнитесь и не стройте из себя блюстителей морали, слушая лишь одну сторону. Окажись вы на нашем месте, не думаю, что ваша совесть заговорила бы так же громко, — холодно произнесла Гу Нин.

Все поняли, что дело не так просто, как представила старуха. Им стало неловко, и они замолчали.

— Ха! Уволились, съехали? Госпожа Гу, вы, верно, забыли, как именно мы съезжали? Вы сами нас выгнали. А насчёт увольнения — ваша драгоценная внучка отправила моей маме фото, где я якобы дерусь с одноклассниками. Мама испугалась, что меня бьют, оступилась на лестнице, упала, потеряла сознание и пролежала в больнице неделю. Вы хоть раз поинтересовались её самочувствием? А насчёт того, что мы не берём трубки — вы думаете, после того как вы при всех нас оскорбили, на семейном собрании заявили «или я, или вы», а потом снова звоните и приказываете, мы обязаны подчиняться? Вы правда считаете нас безвольными марионетками семьи Гу, которых можно дёргать за ниточки когда вздумается? — усмехнулась Гу Нин, глядя на старую госпожу Гу, как на клоуна. С насмешкой, но безразлично.

(Конец главы)

http://tl.rulate.ru/book/12184/960382