Готовый перевод Rebirth and Rise: The Campus Business Woman / Перерождение и Становление Величайшей Бизнес Леди: Глава 48: Пришла Чу Пей Хан

Глава 48: Чу Пэйхань вступает в ряды

— … — Гу Сяосяо очень хотелось сказать, что она не виновата, но слова уже вертелись на языке, и в конце концов она всё же передумала: — Я и правда говорила слишком резко.

Услышав это, Ван Чэнци не стал продолжать:

— Тогда иди домой, отдохни. Приложи к лицу лёд — отёк быстрее спадёт.

После этого Гу Сяосяо ушла.

Но не успела она выйти, как тут же позвонила Линь Лицзюань и, рыдая, пожаловалась, что Гу Нин снова дала ей две пощёчины.

Разумеется, она не сказала, почему Гу Нин её ударила — ведь какая бы ни была причина, если Гу Нин ударила её, то для Линь Лицзюань это уже было неправильно.

— Проклятая маленькая дрянь, ублюдок, посмела тронуть мою драгоценную доченьку! Ты иди домой, а мама уж точно с ней не пощадит, — Линь Лицзюань уже кипела от ярости так, что лёгкие едва не лопались.

Закончив разговор с Гу Сяосяо, Линь Лицзюань тут же позвонила Гу Мань.

В это время Гу Мань ещё спала, и зазвонивший телефон сразу же её разбудил.

Гу Мань посмотрела на экран, увидела, что звонит Линь Лицзюань, и не захотела отвечать, потому что знала: звонок от Линь Лицзюань не сулит ничего хорошего.

Но, увы, телефон зазвонил снова с неумолимой настойчивостью, и Гу Мань пришлось ответить.

— В чём дело? — прямо спросила Гу Мань, голос её был крайне холоден.

— Ха! В чём дело? Гу Мань, твоя дочь сегодня утром дала Сяосяо три пощёчины! Если ты не приведёшь Гу Нин на поклон к Сяосяо и не принесёшь извинения, я с вами не закончу! — взорвалась Линь Лицзюань, словно разорвавшийся фейерверк.

Услышав это, Гу Мань сначала опешила, но тут же поняла, в чём дело. И не только не стала винить Гу Нин, а наоборот, задала Линь Лицзюань встречный вопрос:

— А ты знаешь, почему Ниннин ударила Сяосяо? Или ты считаешь, что нашу Ниннин так и нужно обижать, а если твою Сяосяо хотя бы немного заденут — это уже катастрофа?

Услышав такие слова, Линь Лицзюань не только не испытала ни капли стыда, но и с полной уверенностью заявила:

— Ну конечно! С чего это Гу Нин может сравниться с Сяосяо? Сяосяо — драгоценная дочь нашего рода Гу, а Гу Нин — всего лишь ублюдок.

— Линь Лицзюань! — Гу Мань, услышав это, мгновенно вспыхнула от гнева и громко выкрикнула: — Не смей называть Ниннин ублюдком! Она моя дочь…

— Ну и что, что твоя дочь? У неё нет отца — значит, она ублюдок, — ничуть не сдерживаясь, выругалась Линь Лицзюань.

— Ты… — эти слова глубоко ранили Гу Мань в самое сердце, но возразить ей было нечего. Она прямо бросила трубку и беззвучно разрыдалась.

У Ниннин есть отец, есть отец! Мать и дочь не были брошены — просто небеса жестоко разлучили их, разделив мирами живых и мёртвых.

Линь Лицзюань, которую Гу Мань бросила трубку, пришла в такую ярость, что едва не швырнула телефон об пол. Но дело ещё не было улажено, и ей пришлось перезвонить снова.

Однако Гу Мань больше не отвечала на звонки. Даже когда позвонили с телефона бабушки Гу, трубку так и не взяли.

Это привело и Линь Лицзюань, и бабушку Гу в неописуемую ярость.

— Да это просто бунт, сущий бунт! Гу Нин осмелела, Гу Мань тоже осмелела! Они что, решили больше не полагаться на семью Гу? Думают, без семьи Гу они смогут нормально жить? — негодовала бабушка Гу.

Если бы Гу Мань и Гу Нин услышали эти слова, они бы точно рассмеялись от горечи.

Все эти десять с лишним лет разве семья Гу хоть чем-то помогала им, матери и дочери? Еда, одежда, расходы — что они не заработали сами?

Что касается жилья — не говоря уже о том, что именно дедушка Гу позволил им там жить, — разве они не платили им арендную плату? Это ведь нельзя было назвать помощью!

* * *

Поскольку Гу Сяосяо не пришла на занятия, Цинь Чжэн отправил ей сообщение и только тогда узнал, что её побила Гу Нин, и она ушла домой.

Узнав, что Гу Сяосяо ударила Гу Нин, Цинь Чжэн помрачнел, и в нём зародилось недовольство Гу Нин.

Однако той ярости, что можно было ожидать, не было.

Он и сам не понимал, почему так вышло.

В одиннадцатом классе, в четвёртом потоке, Шао Фэйфэй то и дело бросала на Гу Нин полные злобы взгляды, но Гу Нин, как всегда, оставалась невозмутимой.

* * *

Едва закончилась утренняя читка, как Чу Пэйхань с грозным видом вошла в класс четвёртого потока и направилась прямо к Гу Нин.

Все присутствующие, увидев это, решили, что Чу Пэйхань идёт искать неприятностей у Гу Нин. Кто-то переживал за Гу Нин, кто-то ожидал зрелища, а кто-то злорадствовал.

Впрочем, злорадствовали, кроме Шао Фэйфэй и пары её подруг, разве что ещё несколько человек.

А Гу Нин тем временем спокойно смотрела на Чу Пэйхань, вовсе не думая, что та пришла искать с ней ссору.

Чу Пэйхань подошла к Гу Нин и, глядя на неё сверху вниз, с явным недовольством в голосе проговорила с колкой иронией:

— Ну и ну, Гу Нин! Меня не было в школе всего два дня, а ты уже везде блеснула и столкнула меня, старшую сестрицу Третьей старшей школы, с пьедестала так, что от моего авторитета и следа не осталось.

Гу Нин слегка откинулась назад, скрестила руки на груди — само спокойствие и невозмутимость, ничуть не боясь выпада Чу Пэйхань, — и неторопливо спросила:

— И что дальше?

Что дальше?

Все, естественно, предположили, что будет драка.

Однако реальность оказалась прямо противоположной их ожиданиям.

— А дальше — конечно же, я хочу присоединиться к вам! Буду звать тебя старшей, а ты научи меня драться. Если в других делах понадобится моя помощь, я, Чу Пэйхань, без колебаний встану на твою сторону, — тон Чу Пэйхань звучал хоть и бесцеремонно, но без всякого неуважения, напротив, с абсолютной искренностью.

Услышав это, все остолбенели. А как же обещанный поиск неприятностей и драка? Как это вдруг превратилось в признание старшей?

Самой возмущённой, разумеется, оказалась Шао Фэйфэй с подругами. Сказать, что они не могли этого принять, — ничего не сказать.

Почему Гу Нин так везёт, что вокруг неё собираются люди с выдающимся происхождением?

— Хорошо, — Гу Нин не отказала.

Такой предсказуемый ответ ничуть не удивил Чу Пэйхань, но всё равно искренне её обрадовал.

Чу Пэйхань взяла с парты Гу Нин ручку и решительным движением записала прямо в её тетради ряд цифр. Весь её жест дышал властностью:

— Это мой номер. Потом скинь мне сообщение.

Сказав это, Чу Пэйхань развернулась и ушла.

Когда Гу Сяосяо вернулась домой, бабушка Гу и Линь Лицзюань, увидев её отёкшие и покрасневшие щёки, испытали и гнев, и боль. Их ненависть к Гу Нин буквально въелась до мозга костей.

* * *

На перемене классный руководитель подошёл к Гу Нин и спросил, как дела у Гу Мань.

Гу Нин не стала скрывать состояние Гу Мань, но не упомянула, что Гу Мань стало плохо из-за того, что она увидела фотографии её драки с Хао Жанем и остальными.

В обеденный перерыв Гу Нин сразу же вышла за ворота школы, поймала такси и поехала в старый дом.

Собрав всё самое важное и выбросив на помойку ненужные вещи, она ушла.

Выйдя, Гу Нин сначала заехала в курьерскую компанию, отправила бабушке Гу ключи, а уже потом поехала в больницу.

К тому времени, как она добралась до больницы, было уже без двадцати два, а до начала дневных уроков оставалось пятьдесят минут. Поэтому времени на долгое пребывание у неё не было, и, сказав Гу Мань всего несколько слов, она ушла.

Остальное можно будет обсудить после вечерней самоподготовки.

Сегодня уже четверг, и на завтра, в пятницу, Гу Нин планировала отправиться в Город Цзи. Ещё вчера она заказала в интернете билеты на самолёт и гостиницу.

Рейс был на семь тридцать вечера. Час полёта — и она будет в Городе Цзи примерно в полдевятого.

* * *

(Конец главы)

Для вас делал стервятник,вместе до победы!

http://tl.rulate.ru/book/12184/351990