Готовый перевод Rebirth and Rise: The Campus Business Woman / Перерождение и Становление Величайшей Бизнес Леди: Глава 36: Самоуверенная и тщеславная

Глава 36. Уверенность или самонадеянность

— Гу Нин, выйди-ка на минутку.

Как только классный руководитель пришла, она тут же вызвала Гу Нин наружу. Можно было и не гадать: Гу Нин и так знала, что разговор пойдёт о сегодняшнем вечере.

Едва Гу Нин вышла, классный руководитель заговорила с явным недовольством, а в глазах полыхала ярость:

— Что произошло в столовой? Зачем ты набросилась на человека и причинила ему вред? И почему ты согласилась на вызов Хао Жаня, Цинь Цзысюня и Чжан Тяньпина из седьмого класса? Ты хоть понимаешь, какой шум уже поднялся? Это плохо сказывается не только на тебе, но и на репутации нашего класса.

Гу Нин не разозлилась на обвинения и гнев классного руководителя, а спокойно объяснила:

— Учитель, что касается столовой: всё началось с того, что Гу Сяосяо из первого класса унизила меня перед всеми. Унизила не только меня, но и мою мать. Как я могла стерпеть такую обиду? А насчёт Хао Жаня и остальных: если бы я отказалась, разве они оставили бы меня в покое? Боюсь, неприятности бы только продолжались. Лучше уж решить всё одним разом.

Чжан Цюхуа знала об обстоятельствах Гу Нин и о том, что её часто задирают, но пока ничего серьёзного не происходило, она просто закрывала на это глаза.

То, что Гу Нин дала отпор, было вполне объяснимо.

Хотя Чжан Цюхуа казалось, что это было слишком, поступок её не был таким уж неправильным, так что ей было трудно что-либо возразить.

Однако принять тот факт, что Гу Нин согласилась на вызов Хао Жаня, Чжан Цюхуа всё равно не могла:

— Гу Нин, ты — девушка, разве ты сможешь одолеть троих парней? К тому же драка карается дисциплинарным взысканием, и наш класс тоже получит выговор.

Услышав это, Гу Нин слегка растерялась: она упустила из виду, что за драку могут наказать, да ещё и выговор классу обеспечить.

— Но я уже согласилась. Если я пойду на попятную, Хао Жань будет мне мстить, — с трудом произнесла Гу Нин.

— Да ты... Ты меня просто до белого каления доводишь! — Чжан Цюхуа действительно была вне себя от злости. Хотя корень проблемы исходил от Гу Нин, главной причиной всё равно был Хао Жань, поэтому она не могла винить во всём одну Гу Нин.

Но если бы она настояла на том, чтобы Гу Нин отказалась, и та пострадала бы от мести Хао Жаня, совесть бы её замучила. Такой бессердечной она не была.

Ведь если бы Хао Жань действительно решил мстить, даже школа не смогла бы этому помешать.

— Учитель, послушайте, может быть, поступим так: я просто подерусь с Хао Жанем и остальными за пределами школы, так взыскания не будет, — предложила Гу Нин.

— Да ты... — у Чжан Цюхуа перехватило дыхание от злости. — Гу Нин, как ты можешь быть такой неблагоразумной? Неужели ты так уверена, что победишь Хао Жаня и его дружков? Тебе совсем не страшно, что с тобой что-то случится и твоя мама будет волноваться? А если получишь травму, ты думаешь, твоя семья сможет оплатить лечение?

Хотя слова Чжан Цюхуа были резкими, в них не было желания унизить — она беспокоилась о Гу Нин.

Гу Нин это понимала и потому не рассердилась, а с полной уверенностью ответила:

— Учитель, я уверена, что смогу победить Хао Жаня и остальных, правда.

Несмотря на это, Чжан Цюхуа никак не могла в это поверить, но понимала, что дальше выяснять бесполезно.

— Поступай как знаешь!

С этими словами Чжан Цюхуа, не глядя больше на Гу Нин, в ярости ушла.

Гу Нин беспомощно пожала плечами и вернулась в класс.

Хотя ученики в классе навострили уши и слушали, как Чжан Цюхуа отчитывает Гу Нин, голос у той был негромкий, и они ничего не разобрали. Только видели, что лицо Чжан Цюхуа пылает гневом, а потом она в ярости удалилась.

Больше всего их поражало, что Гу Нин с самого начала и до конца оставалась совершенно невозмутимой — ни тени огорчения или страха после выговора.

Как только Гу Нин вошла в класс, почти все одноклассники разом уставились на неё, будто надеялись, что на её лице расцветёт какой-нибудь диковинный цветок.

Поскольку классный руководитель ушла, в классе уже не было и следа прежней тишины — всё-таки это не класс отличников, и большинство учеников не отличались особой дисциплиной.

— Эй, Гу Нин, ты правда уверена, что победишь Хао Жаня и остальных? — сидящий перед Гу Нин парень повернулся и с сомнением спросил.

— Да-да! И ещё один против троих — ну ты и отчаянная! — подхватил другой парень с оттенком восхищения в голосе.

— Отваги хоть отбавляй, только вот хватит ли умения? — пренебрежительно высказался кто-то, охлаждая пыл.

— Вот-вот, сомнительно, по-моему, — подхватил ещё один скептик.

— ...

Среди гомона одноклассников слышалось в основном недоверие к Гу Нин и скепсис. Сама Гу Нин не придавала этому значения, но Юй Миси не выдержала и впервые возразила вслух:

— Я верю в Гу Нин, она точно победит.

Услышав это, Гу Нин слегка улыбнулась. Отлично, у Юй Миси заметен прогресс.

— Пф, ты веришь, и что — от этого она победит? — пренебрежительно парировал один из учеников.

— Вот именно! Я не верю, — сказал другой.

— Разве завтра в полдень не узнаем, сможет она или нет? Сейчас отрицать — не слишком ли рано? Глядите, чтобы завтра вам самим не осрамиться, — с вызовом произнесла Юй Миси.

После этих слов скептических голосов поубавилось, но всё равно оставались те, кому было всё равно. Как раз в этот момент вернулась классный руководитель, и у желающих охладить пыл уже не было возможности высказаться.

В доме семьи Гу, в комнате, похожей на принцессины покои, Гу Сяосяо в розовой ночной сорочке лежала на большой розовой кровати, держа в руках телефон и просматривая видео, отправленное Чэнь Цзыяо. Она сожалела, что не присутствовала там лично.

Реакция Гу Сяосяо была почти такой же, как у Чэнь Цзыяо: ей было крайне неприятно от уверенности Гу Нин, но она тоже не верила, что Гу Нин может соперничать с Хао Жанем и его приятелями. Поэтому сейчас она испытывала злорадное предвкушение.

И теперь она с нетерпением ждала завтрашнего полудня, чтобы воочию увидеть, как Гу Нин изобьют до жалкого состояния.

Кроме того, она ждала, когда Гу Нин придёт к ней извиняться, чтобы как следует поиздеваться над ней. Если же Гу Нин не извинится или извинится так, что ей не понравится, она непременно уговорит бабушку выгнать их с матерью из старого дома.

На следующее утро Гу Сяосяо намеренно ждала Гу Нин у лестничного проёма, чтобы при удобном случае отпустить пару язвительных замечаний. Но она прождала очень долго, а Гу Нин всё не появлялась, и её терпение почти иссякло.

— Уже почти время утренней читки, а Гу Нин всё нет. Может, испугалась и сегодня не решилась прийти в школу? — предположила Гу Сяосяо.

— Кто знает! — ответила Чэнь Цзыяо, тоже неуверенная.

За две минуты до начала утренней читки Гу Нин наконец появилась в сопровождении Му Кэ и Юй Миси.

Увидев Му Кэ, Гу Сяосяо и Чэнь Цзыяо почувствовали к Гу Нин ещё большую неприязнь и зависть, потому что раньше Му Кэ был заодно с ними, а теперь перешёл на сторону Гу Нин.

К тому же семья Му Кэ была влиятельнее их собственных семей, поэтому с Му Кэ они всё-таки хотели поддерживать дружбу. Но тот, как назло, ради Гу Нин пошёл против них.

Заметив Гу Сяосяо и Чэнь Цзыяо, и Му Кэ, и Юй Миси сразу поняли, что те явились не с добром, и лица у них помрачнели. И только Гу Нин была совершенно невозмутима.

— Гу Нин, говорят, ты сегодня в полдень собралась биться с «тремя побратимами из Персикового сада» из седьмого класса, причём одна против троих. Похоже, ты сильно осмелела, да и уверенности не занимать! Вот только непонятно, это истинная уверенность или просто самонадеянность? — с издёвкой произнесла Гу Сяосяо.

(Конец главы)

Для вас делал стервятник,вместе до победы!

http://tl.rulate.ru/book/12184/351978