Готовый перевод Harry Potter And The Betrayal / Гарри Поттер и предательство: Глава 21

Гарри вышел из станции метро «Кингс-Кросс» на главную площадку и направился к платформе 9¾. Хедвиг должна была отправиться в Хогвартс, как только закончит свою доставку в Гринготтс. Гоблины за определённую плату согласились присматривать за бизнесом, который он начал в немагическом мире, пока он большую часть года не будет на связи.

Сегодня начался последний год его обучения в Хогвартсе. Год, в течение которого должно свершиться правосудие над всеми, кто обидел и предал его. Он не сомневался, что Дамблдор рассчитывает использовать этот год, чтобы как-то убедить его простить его и весь волшебный мир за их последнее предательство, но он не собирался обязывать старика. Если всё сложится так, как он задумал, то его первый залп в этой кампании будет произведён в первую неделю учёбы. Он просто надеялся, что будет рядом, чтобы увидеть, как это произойдёт.

Как только он переступил через барьер, Гарри услышал, как тишина распространилась по округе, словно волна, когда те, кто был ближе всего к барьеру, сообщили, что он на платформе.

Волшебники и ведьмы молча смотрели на него, не зная, что делать и как себя вести. Это был Гарри Поттер, Разрушитель Того-Кого-Нельзя-Называть, и юноша, которого они предали. Наконец один из родителей набрался смелости и начал двигаться в сторону Мальчика-Который-Выжил, и это, похоже, стало сигналом для остальных.

Когда толпа людей начала двигаться к нему, Гарри ухватился за лямки рюкзака, в котором лежал его уменьшенный сундук и книги, которые он собирался читать в течение года. Безвольно выставив щит, чтобы не дать им возможности дотронуться до него или подойти слишком близко, Гарри начал двигаться сквозь толпу. Те, кто первым столкнулся со щитом, вскрикнули, сбитые с ног. Это предупредило тех, кто находился дальше, чтобы они не подходили к нему слишком близко, но они всё равно выкрикивали слова благодарности и добрые пожелания. Гарри не отвечал ни на одно из них. Ему не нужны были ни их похвалы, ни их благодарности.

Устроившись в купе, Гарри достал несколько книг и, вернув им нормальный размер, уселся читать. Он не обращал внимания на шум за пределами своего купе, а большинство студентов, садившихся в поезд, были не настолько глупы, чтобы войти в его купе.

***

Пока студенты готовились к отъезду с платформы 9¾, Дамблдор и преподаватели обсуждали детали, которые необходимо было уладить в последнюю минуту перед началом нового учебного года.

Профессор МакГонагалл подняла последнюю тему, которая не давала покоя всем учителям:

— Директор, учитывая, насколько могущественным показал себя мистер Поттер, вы уверены, что его присутствие здесь безопасно? Учитывая его враждебность к другим ученикам из-за событий прошлого года и тот факт, что вы фактически заставили его вернуться в Хогвартс, что помешает ему выместить свою злость на своих товарищах?

Выражение лица Дамблдора было серьёзным, когда он сказал:

— Я бы не стал навязывать мистеру Поттеру этот вопрос, если бы считал, что он может представлять опасность для других студентов. Отчасти эти законы были приняты для того, чтобы ему пришлось вернуться сюда и решить проблемы, которые у него есть с нами и со своими однокурсниками.

— Лично я, — прокомментировал Снейп, — не понимаю, зачем Визенгамоту понадобилось столько хлопот из-за одного высокомерного сопляка. Если он не захотел возвращаться в Хогвартс, то я говорю — доброе избавление. Мне надоело, что волшебный мир из кожи вон лезет, чтобы угодить этому отродью Поттера.

— Никто и никогда не гнул спину ради этого ребёнка! — жёстко возразила МакГонагалл.

— О нет. Тогда кто сделал его ловцом в первый год обучения здесь, вопреки всем правилам? — спросил Снейп. — Не говоря уже о том, что он купил ему самую новую метлу, которая была в то время на рынке.

Прежде чем начался спор, Дамблдор заговорил:

— Северус, есть несколько причин, по которым Гарри должен вернуться в Хогвартс, и не последняя из них — завершение его магического образования.

Снейп недоверчиво посмотрел на директора.

— А каковы другие причины?

— Из-за того, что произошло с мистером Поттером за последний год, у него накопилось много неразрешённого гнева по отношению к волшебному сообществу, — Дамблдор обратился к собравшимся учителям. — У нас есть год, чтобы попытаться справиться с этим гневом и не потерять его. Он нуждается в мире волшебников так же, как и мы в нём, хотя пока и не осознаёт этого.

— Почему только один год? — поинтересовался профессор Флитвик. — Я думал, его отдадут на шестой курс. Вы меняете этот план?

— Нет, Филиус, мистер Поттер будет учиться на шестом курсе, — заверил его Дамблдор. — Он никак не может быть готов к сдаче экзамена на звание профессора к концу года. Однако, учитывая, что в июле следующего года ему исполнится восемнадцать, указ Визенгамота больше не будет на него распространяться. И если он не захочет возвращаться, у нас не будет способа заставить его подчиниться.

— Я всё ещё не понимаю, почему нас должны заставлять учить нежелающего учиться студента, — пожаловался Снейп. — Те, кто действительно хочет быть здесь, создают более чем достаточно проблем. Попомните мои слова, Дамблдор, какое бы вмешательство вы ни затеяли, оно взорвётся вам в лицо.

— Ты вдруг стал провидцем, Северус? — спросил Дамблдор, прежде чем его выражение лица вновь стало серьёзным. — Я готов пойти на этот риск и прошу вас всех пойти на него вместе со мной. Я, например, не позволю гневу, который он носит в себе, разгореться в нём и превратить его во что-то злое, как гнев превратил другого многообещающего молодого волшебника по имени Том Риддл в Волан-де-Морта. Нам предстоит многое исправить в отношении мистера Поттера, и не в последнюю очередь это наша недоверчивость к нему в прошлом году, которая привела к его несправедливому заключению в тюрьму.

При упоминании имени Тёмного Лорда все замолчали, а некоторые преподаватели вздрогнули.

— Значит, к Поттеру будет ещё более особое отношение, — Снейп выглядел отвратительно.

— Нет, Северус, не будет, — возразил директор. — К нему будут относиться как к любому другому ученику.

— Однако вы могли бы попробовать воспринимать Гарри как личность, а не как Джеймса Поттера, Северус, — добавила профессор МакГонагалл. — Возможно, вам поможет, если вы будете думать о нём как о сыне Лили, а не Джеймса.

— Я буду обращаться с мистером Поттером так, как он того заслуживает, — возвышенно заявил Снейп.

***

http://tl.rulate.ru/book/117708/4775553