Готовый перевод Player Manager - A Sports Progression Fantasy / Игрок-Менеджер: 2.20

Мальчики-подростки, юноши-подростки.

Грязь, разруха и мусор.

Затхлый пот, брошенные свитера, мешки с носками, и потные, и брошенные.

Приходит женщина, чтобы прибрать, почистить, потереть, отбелить. Король Кнуд идет на берег и приказывает приливу повернуть вспять. Тот же результат.

По меркам всей истории человеческой цивилизации, общага обитаема. По сравнению с домом Анри Лиона, со вкусом обставленный и чистый, общага навевает атмосферу музейной реконструкции.

Вот как жили викторианцы. 18 человек делили эту одну комнату, а чувство собственного достоинства ещё не было изобретено.

И там, каким-то образом умудряясь не давиться от зловония, выглядя совершенно непринужденно, сидела девушка моей мечты. Одетая как юрист, но сексуальная американская. Почему она здесь? Мне было всё равно, моё сердце взлетело. Ее губы дернулись, я воспринял это как сигнал к игривости, и стипендиаты повернулись на своих местах, чтобы посмотреть, чему она улыбается.

Нахмурившись, я медленно, но осторожно двинулся к столу, слегка подняв руки ладонями вниз. Пытаясь излучать успокаивающую, умиротворяющую атмосферу.

- Барк, - сказал я, мой голос заставил его напрячься. - Бензо… кто впустил этого человека?

- Э-э… - сказал Бензо. Мальчики явно были без ума от этой сексуальной блондинки, вошедшей в их жизнь, и почему бы и нет? Она идеальнок сочетание привлекательности и доступности.

- Это моя сталкерша, - пробормотал я. Медленным, громким голосом я сказал: - Здравствуй, Эмма. Почему ты здесь? - На ней был костюм, но с элегантным серым свитером вместо рубашки. Она, должно быть, приехала прямо с работы. Крупная юридическая фирма в Ньюкасле.

Её лицо разгладилось, выражение изменилось. В ее глазах появился какой-то безумный взгляд.

- Увидеть тебя, Макс. Ты же знаешь, я всегда хочу тебя видеть.

Я покачал головой. Я посмотрел на Барка.

- Ты знаешь, что у нее есть татуировка? Моего лица?

Две мысли вошли в его голову. Одна была "О Боже мой". Другая "Да, но где?" Он сглотнул.

- Хочешь увидеть? - сказала Эмма. Она начала поднимать свитер.

- Они слишком молоды, - рявкнул я. Ее рука расслабилась, как и юноши. - А теперь, Эмма, - сказал я. - Отложи нож.

Мы все посмотрели на него. Он был весь в клубничном джеме, который очень походил на кровь.

- Нет, - сказала она, сжимая ручку. - Он мне нужен. - Она соскребла джем на свой тост. Волосы у меня на шее встали дыбом; я могу только представить, что чувствовали мальчики.

- Парни, - сказал я, облизывая сухие губы. - Не двигайтесь. - Бензо пошевелился. - Бензо, правда. Не двигайся. Она может метнуть его с убийственной точностью на двадцать метров… Её вырастили в цирке.

- Ох, - простонал Барк. Он плюхнулся вперед, положив руки на стол, голову на руки. Он сел обратно и рассмеялся. - Ты меня разыграл! Твою мать, Макс!

Я усмехнулся и подошел к Эмме, она встала без ножа, и мы обнялись. Это было очень мило, очень целомудренно.

- Мисс Уивер, - сказал я.

- Мистер Бест, - сказала она.

Веселое настроение долго не продержалось. Казалось, это нормально в Дарлингтоне.

- Я думал, тебе не нравятся розыгрыши. - Это донеслось с кухни, позади меня и справа. Это был Глинн. По моим расчетам, он был подражателем Команды Пещерного Человека.

- Макс? - сказала Эмма, реагируя на враждебность.

Ну вот. Он не знал этого, но Глинн вывел меня один на один с вратарем. Огромная возможность! Мои цели многочисленны, победить пещерных людей, сблизиться с Барком (если возможно) и проверить свои навыки управления людьми. Если я хотел быть футбольным менеджером, я не мог полагаться на проклятие. Мне нужно на самом деле управлять футболистами. Вне поля, во всяком случае. И это был способ попрактиковаться с низкими ставками. Бензо, к сожалению, не обладал "этим". Барк находился в хорошем клубе и на пути к хорошей карьере без меня. И оба склонны встать на мою сторону, пока рядом находилась Эмма.

Итак. Время историй.

Моей естественно хотелось держать всё это издевательство при себе, держать внутри, но это не поможет мне достичь целей. Я знал, какой угол истории сработает лучше всего, и хотя это чрезвычайно неприятно, я решил пойти на это. Загвоздка когда? Когда я мог начать это, чтобы мои намерения не были очевидны? Что ж, Эмма решила эту проблему.

Я уговорил её снова сесть. Я сел рядом, взял ее маленькую руку и начал свой рассказик. Настоящей аудиторией, конечно, являлись Барк и Бензо.

- Эмма. Я говорил тебе, что моя мама больна. В доме престарелых. Вещи, которые она помнит лучше всего, из времен, когда я был подростком. Когда я был полным мудаком, другими словами. Она пыталась наладить контакт через футбол. "Ты видел матч? Как ты сыграл?" Меня это раздражало. Я не понимал. А теперь, когда я теряю ее понемногу каждый день, я оглядываюсь на те времена со… со стыдом. Одно, однако. Одно, в чем я не был мудаком. Она, должно быть, спросила моих друзей или что-то в этом роде, потому что я не знаю, как она узнала, как угадала так идеально. Она купила мне те футбольные бутсы на мой семнадцатый день рождения; я играл за команду Воскресной Лиги. Мы были на дне лиги, но бутсы были топ. Я чувствовал себя в них Джорджем Бестом. Ну, Воскресная Лига была не для меня, но ты знаешь, я сохранил те бутсы. Думал, сохраню их навсегда. Перенесемся в понедельник, я приезжаю в Дарлингтон на свой первый день тренировки. Первый день в качестве профессионала. Я даже не рассказал об этом маме. Хочу, чтобы моя фотография была в газете, чтобы я мог отнести ее ей. "Смотри, мама! Я забил гол в бутсах, которые ты мне купила! Помнишь?"

Я начал эту историю как математическое упражнение в манипуляции, но, черт возьми, я сманипулировал собой. У меня потекла слеза из правого глаза, и моё горло пыталось сжаться, чтобы я не мог причинить себе дальнейшую боль. Я отпустил руку Эммы, чтобы вытереть щеку.

- Парни, - сказал я, искренне разъяренный воспоминанием, - решают разыграть новичка. Я им не нравлюсь, потому что занимаю место их приятеля в команде, потому что я агент Анри, или это то, что они делают со всеми, потому что они гребаные пещерные люди. Они говорят мне оставить свои бутсы в раздевалке...

- О, нет, - сказала Эмма, чьи глаза увлажнились. Она посмотрела в ту сторону, где был Глинн, я почувствовал, что он свалил во время истории. Виновен как черт.

- Пока один из них отвлекает меня, остальные берут бутсы в душ, включают воду и мочатся на них. Они думают, что это чертовски смешно. Они думают, что я должен просто принять это. Но эти бутсы, одна из немногих вещей, которые у меня остались от моей… от моей… Одна из немногих вещей, которые что-то значат для меня. Я делал дерьмовые вещи в своей жизни, Бог знает, делал, но я никогда не делал ничего непростительного.

Наступает тишина, которая наконец заканчивается словами Бензо:

- Черт возьми.

И вот как всё просто. Слово распространится. Парни из основы, которые думают, что я плакса из-за моей реакции на розыгрыш, будут иметь выбор. Некоторые выберут плохо. Это нормально; это даст мне чем заняться, когда тренировки станут скучными. Мужчине нужно хобби.

Сцена заканчивается тем, что я получаю теплое, влажное объятие от величайшего достижения северо-востока, в то время как Барк удаляется в свою комнату и звонит матери.

***

Пять минут спустя настроение нормализовалось достаточно, чтобы я мог расспросить Эмму, почему она здесь.

- Чтобы преследовать тебя, конечно. И потусоваться. Ты больше не так далеко! Я попросила Джемму узнать подробности у Анри.

- Ты действительно агент Анри? - сказал Бензо.

Барк вернулся в комнату.

- Да, - сказал я, глядя на него. - И я всегда в поиске талантливых игроков.

Барк посмотрел на меня.

- А как насчет Бензо?

- Как я уже сказал, я всегда в поиске талантливых игроков.

- Мудак! - сказал Бензо, смеясь.

- Итак, - сказал Барк. - Куда ты ведешь свою девушку? "Раби Хант"? - Это ресторан в этом районе с двумя звездами Мишлен. Такое место, как я представлял, которое накачивает овощи гелием и подает это как блюдо под названием "гороховые шарики". Или делает прекрасный чизкейк, а затем официант разбивает его молотком перед тобой.

Шанс вбросить еще один маленький кусочек истории.

- Шикарный ужин? Я потратил все свои деньги на новые бутсы, забыли? - Он был прав, однако. Куда мне её вести? - Эмма, я обещал сводить тебя на футбольный матч.

- Ты обещал!

- Ладно, - сказал я. - Пойдем.

- Подожди, - сказал Барк. - Кто играет? Сегодня вечером нет матча.

- Барк, приятель. "Миддлтон Рейнджерс". Я приглашал тебя пойти. Ты сам о них рассказал.

- Ты не… ты серьезно? Ты собираешься повести свою девушку смотреть… это?

Мы с Эммой посмотрели друг на друга. Собирался ли я позволить ярлыку "девушка" остаться? Я усмехнулся.

- Я провожу большую часть своего времени, смотря футбол, Барк. Моя девушка должна быть таким человеком, который знает, что когда она предлагает поехать на мини-отпуск в Дублин, она знает, что я проверю, играют ли "Шемрок Роверс". И если она заезжает навестить меня, когда я нахожусь на краю света, она всегда готова быть унесенной в аэропорт Тиссайд, чтобы посмотреть ужасный матч в холод и дождь.

- Дождя нет, - сказала Эмма. - И я взяла шляпу. Так что хватит болтать и садись в машину.

- Нас все еще приглашают? - сказал Бензо.

Вот это интересно. Я бы не привел Эмму обратно в общагу, и я сделал большое дело из того, что наш первый поцелуй будет после забитого гола. Наш вечер будет безопасным для детей.

- Мне бы хотелось.

- Ты не возражаешь? - спросил он Эмму, вопрос, который, вероятно, должен был задать я.

- Будет приятно иметь с кем поговорить, - сказала она. В ответ на его смущенное выражение она добавила: - Очевидно, он увлечётся и начнёт тренировать команды.

- Управлять, - сказал я. - Я не очень хорош в тренировках.

- В чем разница?

- Я объясню в машине. Барк, ты идешь? Да? Отлично. Можете надеть тренировочную футболку "Дарлингтона" или что-то в этом роде? Это может мне помочь. Спасибо.

***

Итак, мы вчетвером отправились в аэропорт. Я пытался объяснить Эмме, что для меня управление означало выбор команды и тактики, а в настоящих клубах участие в трансферах. А тренировка это улучшение игроков. Но между ролями всё больше и больше пересечений. Она сказала, что не очень понимает разницу.

- Я хочу быть менеджером, - сказал я. - А не тренером. Пока этого достаточно.

- Но… - сказала она, - разве ты не говорил мне, что хочешь получить тренерские сертификаты?

- Да, - сказал я. - Они мне нужны, чтобы стать менеджером.

- Значит, это одно и то же.

- Парни, - сказал я детям, чтобы сосредоточиться на дороге. — Помогите мне здесь.

Барк выступил как чемпион.

- Ему нужно научиться тренировать, чтобы, когда он станет менеджером, он мог убедиться, что тренеры делают все правильно.

- Менеджер это как шеф-повар, - сказал Бензо. - А тренеры это как повара. Но этот шеф-повар не готовит еду. Он пишет меню.

- И флиртует с официантками, - сказала Эмма. - Гордон Рамзи был футболистом, - добавила она, и мы все с облегчением вышли из этого разговора.

***

Был холодный вечер, и парни вскоре начали жаловаться. Эмма впервые выглядела сожалеющей. Через несколько секунд она дула в руки.

Но я находился на седьмом небе. Два десятка детей, разделенных на четыре команды, играли на четверти полноразмерного поля каждая. Замечательно! Они приехали со всего региона. Много машин, много родителей, но только один главный тренер и только один помощник. Много возможностей, чтобы втереться в ситуацию.

Я направился прямиком к тренеру. Проклятие подсказало, что ему пятьдесят два. У него огромные мешки под глазами и та грубая северная манера быть подозрительным, но дружелюбным.

- Привет, я Макс, - сказал я. - Я играю за "Дарлингтон". Я здесь с двумя стипендиатами и одной счастливой, счастливой леди.

- О, привет. Приветик. Я Тревор. Думаю, Нас предупреждал о тебе.

Я рассмеялся.

- Предупреждал? Да, звучит правильно. Нас это тренер мужской команды?

- Да. Он сказал, что ты получаешь лицензию. Ищешь подопытных кроликов.

- Я бы не так выразился, - солгал я. - Дело в том, что я дебютирую в субботу. - Бензо издал странный звук позади меня. Я проигнорировал его. - Так что я близок к достижению своей мечты стать профессиональным футболистом. И я хочу что-то отдать взамен. Помочь этим детям достичь того, чего они хотят. Но слушайте, сегодня я здесь просто посмотреть. Если понадобится помощь, кричите. И эти парни тоже чертовски умны. Вам понадобится лицензия UEFA B, чтобы просто поиграть с ними в Fifa.

- Да? - Он кивнул на парней. - Этому учат в "Дарло"? Хорошо знать. Ладно. Макс, верно? Приятно познакомиться. - Он отошел, чтобы подготовиться.

Я, мои братаны и моя девушка, знак вопроса, смотрели и болтали друг с другом, пока начиналась тренировка. Тревор размял игроков, сделал несколько упражнений, а затем разделил их на четыре команды, A, B, C и D. A играла с B, и именно этот матч мы смотрели.

Когда игроки начали роиться и сталкиваться друг с другом, я дал своим спутникам краткий экскурс в пара-футбол, рассказал им всё то, что узнал в Честере. Но пока я был внешне спокоен, внутри я прыгал. Проклятие всё ещё боролось с профилями игроков, но вместо того, чтобы переключаться с ничего на всё вопросительные знаки и обратно, теперь оно переключалось со всех вопросительных знаков на реальные цифры! Почти для каждого атрибута у игрока была одна из трех цифр: 1, 10 или 20.

Томми Гордон

Род. 24.12.2010	Возраст 13	Англичанин
Ускорение 1
	Игра руками 1	Выносливость 20
	Игра головой 1	Сила 20
		Отбор 20
	Прыгучесть 1	Командная работа 10
Смелость 10		Техника 1
	Скорость 1	Рабочая нога П
	Пас 1
Дриблинг 1
Забивание 1
ОА ??	ОП ??
??

Очень загадочно!

Мое лучшее предположение, что проклятие пыталось сопоставить способности игроков с инвалидностью с шаблоном профессионалов. И оно оценивало игроков как либо дерьмовых, либо нормальных, либо отличных по каждому атрибуту.

Что было нё идеально, но оно явно старалось изо всех сил быть менее мудацким. Что, по моему мнению, очень хорошо отражалось на мне и моем личностном росте.

Мысль почти заставила меня поцеловать Эмму прямо там и тогда.

Отсутствие данных ОА и ОП меня не беспокоило, но я задавался вопросом, появятся ли они однажды. Может быть, если я буду смотреть пара-футбол на более высоком уровне? Чтобы у проклятия были точки сравнения? Стать экспертом в этой теме действительно не было одной из моих жизненных целей, но, может быть, однажды у меня появится шанс...

- Макс, - сказала Эмма.

- Что?

- Чему ты ухмыляешься?

- Я думал тебя поцеловать.

Барк и Бензо отодвинулись, вероятно, съежившись, но Эмма осталась невозмутимой. Возможно, легкое поднятие уголка ее рта.

- Нет, правда. Давай.

- Я просто люблю это. Я знаю, что это не имеет смысла для любого нормального человека.

- Но что ты делаешь? Ты что-то делаешь.

Она хотела знать, что происходит у меня в голове. Ха.

- Ладно... - сказал я осторожно. - День из жизни Макса Беста. Итак... Я пришел на футбольный матч. Э-э… Я никогда раньше этого не формулировал. Я начинаю с просмотра игроков. Это основа, верно? Тебе нужно знать, быстр ли игрок, или техничен, или что-то еще. Что они могут делать? Чего не могут? Затем ты определяешь их лучшую позицию и предполагаешь, насколько хорошими они могут стать однажды. Этот шаг для моего маленького агентского бизнеса. Я не делаю этого сейчас. В этом нет денег. - Я указал на поле. - Но я ходил посмотреть на стипендиатов "Дарлингтона", и Барк хорош. Он был бы отличным клиентом.

- А как насчет Бензо?

Парни были в пределах слышимости. Я надеялся, что они оба слушают, но мне нужно быть осторожным.

- Он защитник, - сказал я. - У меня нет клиентов-защитников. - Это была правда, но только по совпадению. - Может быть, однажды будут, но сейчас я думаю, что лучше справляюсь с атакующими парнями. Я могу им лучше помочь.

- А кто Барк?

- Правый полузащитник. Как и я.

- О, идеально! Ты говорил о его подписании?

- Нет. Ему, вероятно, следует остаться в "Дарлингтоне", пока он не закончит стипендию. Я буду проверять его каждые несколько месяцев, убеждаться, что он прогрессирует. Ему, возможно, лучше остаться здесь, пытаясь пробиться в основу.

- Но ты не заработаешь на этом денег. Анри сказал, что не будет платить тебе за сохранение места в старом клубе.

- Если я буду хорошо управлять карьерой клиента и приведу его в большой клуб, я заработаю больше денег за одну неделю там, чем за пять лет здесь. На самом деле для меня лучше ставить футбол на первое место. В любом случае, нам не следует обсуждать это до того, как я поговорю с Барком. Итак, я просмотрел игроков, матч начался, и теперь я думаю о тактике, расстановках и так далее. Когда ты играешь в шахматы, фигуры должны начинать в фиксированной позиции. Но если бы я был менеджером команды А, я мог бы делать всё, что хотел.

- Что бы ты сделал, Макс? - сказал Бензо. Значит, они слушали. Идеально.

Я отбежал и взял одну из крошечных магнитных тактических досок, которые были у Тревора. Я возвращался, когда подумал, что маркер может быть полезен, так что я схватил и его.

Вернувшись к Эмме, я использовал магниты, чтобы показать, что команда делала в настоящее время.

- Вероятно, это выглядит довольно хаотично для тебя, но они делают два-два-два. Вратарь, два защитника, два полузащитника, два нападающих. - Я сдвинул все магниты в сторону доски и вернул один обратно. - Вратарь. Представь, что у нее мяч в руках.

- У него, - сказал Барк.

Я поднял глаза.

- Точно. У него. Теперь мой вопрос: как нам доставить мяч оттуда в позицию, где мы могли бы забить гол?

- Близко к другому вратарю, - сказала Эмма.

- Точно. Как это называется, Барк? - Когда я стал гребаным школьным учителем? Боже.

- Позиция максимальной возможности.

- Ага. То, что я делал в Честере, было вот это, - сказал я и разложил магниты. - У меня была эта девочка здесь, которая умела пасовать, и я сказал ей пасовать этому парню. Джонни Вингер. Затем он мог пробежать по всему этому флангу. - Я снова убрал магниты. - Но у нас здесь нет аналога Джонни Вингера.

- Аналога? - сказала Эмма.

- Подобия, - сказал Бензо. - Эквивалентного игрока.

Я указал на группы игроков.

- Видите здесь? У меня есть два типа защитников. Три типа пасующих. Один забивающий. И один вратарь, - добавил я, как запоздалую мысль. - Когда мы говорим два-два-два, это показывает, что это семь на семь, потому что всегда есть вратарь. В субботу "Дарлингтон" будет играть четыре-четыре-два. Это в сумме десять, плюс есть вратарь.

- Понятно.

- Так что сейчас думаю о чем-то вроде этого...

Я разделил поле на девять зон, как делал в Честере. В правых зонах (зоны три, шесть и девять) я написал букву П.

- П значит пасующий. Вратарь отдает мяч этому парню, который пасует вперед этой девочке, которая пасует вперед, и теперь у нас один из наших лучших пасующих, с мячом, в передней позиции, и мы ставим нашего забивающего в зону восемь. - Я написал З вверху доски. - Легко. Бум.

- Это пять игроков, — сказала Эмма. - Куда идут остальные?

Я пожал плечами.

- Куда угодно. Защита переоценена. Не так ли, Бензо? Но ладно. Давайте оборонятся. Я бы, вероятно, поставил их в зоны один и два. - Я написал О в этих клетках.

- Макс! - пожаловался Барк. - У тебя ничего нет в центре полузащиты, и ты отдал другой команде весь левый фланг.

- И что?

- Так это безумие.

Я рассмеялся.

- Это сработает. Сто процентов.

- По крайней мере, перемести парня из зоны один в зону четыре.

- Почему? - спросила Эмма.

- Он все еще может выполнять свою защитную работу там. Он может поддерживать центр. И он может оказаться на забивании некоторых атакующих ходов. Например, если пас справа слишком сильный, он часто уходит влево.

- Барк! - сказал я. - Я одобряю. - Я перерисовал тактику.

- Я на самом деле это понимаю, - сказала Эмма с легкой улыбкой. - Это как планировка фабрики. Но у другой команды тоже есть менеджер, верно? Они могут попытаться остановить тебя.

- О, конечно, - сказал я, вытирая доску. - Обычно людям требуется некоторое время, чтобы понять, что я сделал, и, как вы можете видеть, даже две минуты в этих матчах могут принести много голов. Но да. Допустим, я менеджер команды Б, и мой оппонент гений уровня Макса Беста.

- Да, допустим, - сказала Эмма, дразня меня.

- Как мне победить себя? Это легко. Один пасующий в зоне три, кто-то в зоне девять. Это наша атака.

- Ты никогда не идешь по центру? - спросила Эмма.

- Там обычно тесно. - Я добавил З в зоны четыре и семь.

- Приятель! - сказал Барк. - Ты делаешь это вверх ногами.

- Нет, - рассмеялся я. - Эти парни блокируют линии паса.

- Но сзади кто-то есть! Неприкрытый.

- Это не имеет значения, - сказал я. - Мяч никогда до нее не дойдет. То же самое с их нападающим. Так что у нас два атакующих справа, два защитника слева. Черт, этого может быть достаточно. Пять против семи. Вот почему я хочу управлять футбольным клубом, Эмма. Чтобы я мог проводить эти безумные эксперименты, не получая разрешения от всех.

- Подожди, - сказала Эмма. - Я не разбираюсь в футболе, но разве вратарь не может пнуть мяч на другую сторону?

- Конечно, - сказал я. - Это называется длинный мяч. Но эти дети этого не делают, потому что половина из них не видит так далеко.

- А когда вы, ребята, играете? Ты можешь делать всё это модное шахматное планирование, но потом упс! - Она изобразила удар по мячу. Определенно талант ОА 1. - Я только что обошла весь твой план.

- Вот почему у каждой команды есть пещерный человек в защите, - сказал я. - Чтобы отбивать мяч своей массивной атавистической плитой головы. - Я огляделся. Мы смотрели пара-футбол без ОО, и я держал тактическую доску размером с рождественскую открытку. Я, по сути, играл в воображаемые шахматы сам с собой, на холоде. Парни были вовлечены, но едва. Эмма заинтересована, но дрожала. - Ладно. Ребята. Нам не нужно оставаться всю ночь. Это я. Вот чем я занимаюсь. Что думаете?

- Я могу честно сказать, что никогда не видела ничего подобного, - сказала Эмма. Она улыбнулась мне той улыбкой. Той, о которой я мечтал. - Значит, мы можем идти? Слава Богу. Кто хочет ужинать? Я угощаю.

- Что, правда? - сказал Бензо.

- Да. Желательно где-нибудь с подогревом сидений. Моя задница онемела. Что едят футболисты?

- Я не знаю, - сказал я. - Мне никто не говорил. - Я закрыл глаза. - Не знаю почему, но я бы с удовольствием съел горохового супа.

- Футболисты едят курицу, - сказал Барк. - Я знаю идеальное место.

Мы поблагодарили Тревора и попрощались, и пошли в заведение, известное своими блюдами на основе курицы и странной системой заказа. Мы болтали обо всем на свете и согревались. Через полчаса Эмма перевела разговор на мой дебют. Она сказала мальчикам, что придет и спросила чего ей ожидать. Видели ли они, как я играю? Будут ли они там? Она была очень взволнована, и Барк был рад ответить на все её вопросы.

Но Бензо начал выглядеть больным.

- Ты в порядке? - сказал я, наклоняясь к нему.

- Да, - прошептал он. - Ты очень милый. А Эмма... - Он несчастно жевал чипс. - Макс, слушай. Твой дебют. Я слышал… Слушай, слушай, может быть, тебя пнут на тренировке завтра. И может быть, ты пропустишь матч. Я просто думаю... может быть, ей следует проверить, что ты в команде, прежде чем она выйдет из дома. Чтобы она не тратила свое время. Понимаешь.

Я обдумал это. Конечно, пещерные люди попытаются что-то подобное завтра. Это мог быть их последний шанс. Как только я попаду в команду, меня будет трудно оттуда выгнать. Их лучший шанс, помешать мне когда-либо играть.

Фе. Есть сто способов справиться с этим. Пока что я счастлив. Эмма не знала этого, но она помогала мне получить нового клиента. И признание Бензо стало доказательством, что я достиг по крайней мере одной из своих целей.

Я указал на него куриной ножкой.

- Приятель, - сказал я, - эта история пойдет по другому пути. - Я улыбнулся. - Никто на тренировке не подойдет ближе чем на сто миль ко мне. Можешь на это рассчитывать.

http://tl.rulate.ru/book/117049/6354913