Северус оскалил зубы в хищной улыбке. «Убийство слишком хорошо для тех, кто это сделал, Хагрид. Я ненавижу воров так же, как и лживых сопляков. Возможно, я прибью их шкуру к стене в своем кабинете, возможно, сделаю ожерелье из их воровских пальцев, скормлю их печень моему ястребу - возможности безграничны...»
Он развернулся, черный плащ взвился, как хищная птица, чтобы поймать добычу, осмелившуюся вторгнуться в его убежище, и бросил через плечо запоздалую благодарность.
Хагрид смотрел, как высокая фигура удаляется обратно в замок. «Дураку лучше начать составлять завещание. Сегодня он не в настроении переходить дорогу, а, Клык?» Большой человек почесал собаку за ушами и продолжил смотреть в ночь, размышляя о судьбе Гарри Джеймса Поттера, потерянного мальчика.
-------------------
Мало кто из студентов, посещающих Хогвартс, видел своего Мастера Зельеварений по-настоящему разъяренным. Злость - часто, насмешки и сарказм, достаточные для того, чтобы содрать краску со стены, - ежедневное явление, но настоящей ярости - никогда.
До той ночи, ночи исчезновения Гарри Поттера.
Не то чтобы в тот вечер в коридорах было слишком много студентов, чтобы наблюдать, как Снейп превращается из спокойного хладнокровного рационального человека в нечто, что могло бы заставить норвежского риджбека дважды подумать о пламени, но те, кто видел, немедленно вознесли искреннюю благодарность той Силе, которой они поклонялись, что Снейп не знал о них. Они прижимались к каменным стенам или за статуями, не задумываясь о рефлексе выживания, как испуганные мыши, заметившие кружащего сокола.
Не то чтобы Снейп кипел от ярости или ярость была заметна на его чертах - лицо мужчины было гранитным, лишенным выражения, тонкие губы сжаты в фирменную усмешку. Все, кроме глаз. Эти темные лужицы прямо-таки кипели и горели от ярости, а вокруг высокого волшебника витала аура надвигающейся опасности, которая прямо-таки кричала: беги и не останавливайся, пока тебя не зароют в такую глубокую яму, что никто тебя не найдет!
Студенты в коридорах не стали сомневаться в этом порыве, а просто повиновались.
К счастью для них.
Снейп прошел мимо них, чувствуя их присутствие, но его внимание было сосредоточено не на них, а внутри, в поисках проклятых злоумышленников, посмевших вторгнуться в его личные хранилища. Его взбесила не только кража, но и наглость и пренебрежение к его частной жизни. Снейп был очень замкнутым человеком, что было почти обязательным условием в его сфере деятельности, ведь он был двойным агентом. Он хранил слишком много секретов, чтобы быть уверенным в том, что кто-то заглянет к нему без предупреждения, ему было слишком больно и больно от его прошлого, чтобы доверять ему полностью, он хорошо усвоил, что люди часто предают и причиняют боль, когда ты меньше всего этого ожидаешь, и поэтому держался отстраненно, ревностно охраняя то, что принадлежало ему.
Одной из таких вещей были его зелья. В детстве у него никогда не было ничего, что можно было бы назвать своим, кроме его палочки, книги были подержанными, как и одежда, он никогда не мог позволить себе домашнее животное или метлу, не то чтобы его тиранический отец разрешил бы что-либо из этого в своем доме, и потрепанная комната Северуса подвергалась ежедневным «инспекциям» Тобиаса, проверяющего любой намек на запрещенные магические приборы. Его отец совал свой ненормально большой нос в каждый уголок, не обращая внимания на чувства сына и обычные приличия, надеясь подловить его, ища любое оправдание тому, что он родился волшебником.
У Северуса до сих пор скручивало живот, когда он вспоминал, как Тобиас разрывал ящик с его трусами, выбирал пару и насмешливо говорил, что его сыну нужно новое хобби, иначе ни одна девушка не увидит, что у Северуса под ними, пусть и маленькими. Северус считал это самым унизительным, что ему довелось пережить, до того дня, когда Джеймс Поттер и Сирус Блэк подвесили его вверх ногами и позволили половине школы увидеть его трусы и насмехаться над ним, в результате чего Лили пришла ему на помощь, а его гордость рассыпалась в прах, а унижение поглотило его.
В те времена ничто не было свято, подумал он с горечью во рту.
Именно поэтому, став взрослым, он ценил свою личную жизнь превыше всего.
И вот теперь оно было нарушено.
Даже Филч поспешил убраться с пути Снейпа после одного взгляда в его обсидиановые глаза, хотя смотритель и пробормотал что-то о чертовых студентах, оставляющих повсюду свои библиотечные книги, поскольку он только что убирался в Совятнике и нашел две книги на полу. Сгорбленный старик поспешил в библиотеку и выкинул книги в корзину, где их магическим образом вернули на полку, так как мадам Пинс уже ушла на вечер. Затем он вернулся в свои покои, не желая выяснять, какой идиот так взбесил Снейпа.
Только дурак или А́льбус Да́мблдор осмелились бы подойти к Снейпу в его нынешнем состоянии, и судьба распорядилась так, что последний окликнул его как раз в тот момент, когда он спускался по лестнице на нижний уровень замка.
«Северус! Есть какие-нибудь следы Гарри?»
«Нет».
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://tl.rulate.ru/book/116833/4639957
Сказали спасибо 0 читателей