Готовый перевод I, Uzumaki Naruto, Want To Unify The Ninja World / Я, Узумаки Наруто, хочу объединить мир ниндзя: Глава 45

— Шисуи… Это правда ты?

Фугаку пристально смотрел на приближающегося Учиху Шисуи, и его лицо становилось всё суровее.

Он чувствовал — это действительно Шисуи. Родовая кровь клана Учиху, взаимное притяжение носителей Мангэкё Шарингана… Всё говорило об этом.

Два года назад его смерть казалась подозрительной.

Но Шисуи оставил предсмертную записку, а Учиху Итачи замел следы, так что клану оставалось лишь молча принять это.

Радикалы, однако, становились всё безумнее — и этот инцидент лишь подлил масла в огонь.

Они были уверены: Шисуи, сильнейший в их роду, не мог просто так покончить с собой. Его убили верхи Конохи, а самоубийство — лишь прикрытие.

— Что это…

— Глава, тут многое нужно объяснить. Давайте сначала посмотрим запись.

Шисуи развернул свиток с печатью, и перед собравшимися возник огромный экран. Он даже использовал земляное дзюцу, чтобы поднять его повыше, чтобы всем было видно.

[Подключение установлено.]

[Запуск воспроизведения.]

Экран вспыхнул.

При тусклом свете луны на нём проступила картина — те же ворота клана Учиху, те же люди перед ними.

В толпе пробежал шёпот, но почти сразу стих.

На экране появилась фигура в чёрном одеянии Анбу, с длинным мечом за спиной.

Веки Фугаку дёрнулись.

Ему даже не нужно было видеть лицо — он узнал походку. Учиху Итачи.

Фигура мелькнула у ворот и исчезла.

— Кто ты?!

Из здания донёсся крик, и тут же человек вылетел из ворот, рухнул на землю и затих.

За ним стоял ниндзя Анбу в лисьей маске.

Маска упала, и в лунном свете чётко проступило лицо — Учиху Итачи.

В комнате за его спиной лежали тела. Женщина медленно сползала по стене, оставляя за собой кровавый след.

— Боже… Это же я?! Чёрт возьми, Итачи, как ты мог поднять руку на свой род?!

В толпе один из мужчин в ужасе обнял жену, ощупал её плечи, убедился, что она жива, и облегчённо выдохнул.

На экране Итачи продолжал убивать.

Брызги крови заливали его лицо. Крики, падающие тела…

Чем больше крови, тем больше он походил на демона. Лишь алые глаза — Шаринган клана Учиху — горели в темноте.

— Лиса…

Учиху Микото прикрыла рот. Слёзы катились по её щекам.

Связь матери и сына. Она видела его боль, его отчаяние, его муку.

Фугаку закрыл глаза. Его лицо исказила гримаса страдания.

Когда он снова открыл их, в глазах горел тот же алый Шаринган.

— Итачи… Что ждёт нас в конце этой бойни?

— Я уже показывал тебе одно будущее. Хочешь увидеть другое?

Фугаку вздрогнул. Именно это он и хотел спросить.

На экране Итачи моргнул, и картина сменилась.

Перед зданием охраны возник человек в странном одеянии и маске. Он холодно оглядел бросившихся на него ниндзя Учиху — и в следующий миг все они были мертвы.

Маскированный вошёл внутрь.

Крики. Вспышки дзюцу. Жуткое мелькание теней.

— Чёрт… Кто этот тип?!

— Если бы мы столкнулись с ним… Разве мы смогли бы устоять?

Члены гарнизона покрылись холодным потом.

Через некоторое время маскированный вышел. За ним — мёртвая тишина.

Толпа тоже онемела.

Все понимали: это означало, что гарнизон вырезан подчистую.

Картина снова сменилась. Теперь на экране — Итачи и Фугаку, стоящие друг против друга.

— Вот будущее, которое я вижу. Будущее нашего рода.

— Правда? А Саске?

Фугаку рассыпался в белый дым. Теневая копия.

Пока клан Учиху в ужасе наблюдал за кровавым спектаклем, деревня Коноха жила своей обычной жизнью.

— Видишь это? Это "вершина" Конохи.

— Заставлять ниндзя убивать свою же семью, смотреть, как люди режут друг друга ради "блага деревни"… А сами они даже пальцем не пошевелят. Вместо этого ставят барьер, чтобы никто не услышал криков.

Наруто в белом плаще и драконьей маске холодно наблюдал за резнёй в квартале Учиху.

Рядом стоял Шисуи — тоже в белом, но в тигриной маске. Его лицо было мрачным.

С ними были Якуши Кабуто (в маске змеи) и Каорин (в маске кролика). Все маски были стилизованы под знаки зодиака.

Наруто привёл их сюда, чтобы они увидели всё своими глазами. Это была часть их "тёмной" миссии — и своеобразная тренировка.

Кабуто, опытный шпион, оставался невозмутим.

Каорин же смотрела на происходящее с тревогой и грустью. Убить всю семью… Даже собственных родителей.

Этот грех был слишком тяжел.

— Чёрт… Чёрт возьми! Как Коноха могла так поступить с Учиху?!

Шисуи дрожал от ярости. Ему было труднее всех принять эту правду.

http://tl.rulate.ru/book/115661/4527926