— Чем занят, Гарри?
— М? О, это ты, Нев. Да так, размышляю. А ты как, не устал бегать?
— Не говори мне об этом. Если раньше было просто напряжно, то теперь… После каникул стало тяжелее убегать от девушек, сейчас они словно перешли на новый уровень. Особенно меня напрягают письма, я конверты даже в руки брать боюсь, кто знает, что будет внутри.
Гарри негромко рассмеялся, крутя между пальцами ручку. После каникул на Невилла устроили настоящую охоту, впрочем, страдал от этой охоты не только он. Также пристальное внимание было направлено на Луну и Ханну, и если к первой приставать не собирались (а где найдутся идиоты, которые пристанут к девушке парня, у которого отец заместитель Министра?) то вот Ханна оказалась под прицелом. Ненадолго, конечно.
Не прошло и недели, как в больничное крыло из-за драки попало четверо парней. Главным зачинщиком оказался Терри Бут. Причиной драки, как ни странно, оказалась именно Ханна, не прямым участием, конечно. И нет, Ханна никак драку не провоцировала, просто ворон оказался немного несдержанным, и набросился на тройку шестикурсников, которые стояли возле мисс Аббот. Самой девушке такое внимание от этих парней явно не нравилось, и как итог: два выбитых зуба у одного, подбитый глаз у второго и побитый ворон четверокурсник. Не слишком сильно, но чувствительно.
— Ты мне так и не сказал, чем занят и о чём размышляешь?
— О дуэте Крам-Уизли. От них надо избавляться, но если с Уизли у меня уже есть примерный план, то вот Виктор… Если бы он не был всемирно известным, то можно было бы просто его прикончить и представить это как несчастный случай.
— Да, а как назло, Крам известен не только у нас, но и во всём мире. Если ты его просто убьёшь, даже если тебя никто не заметит, то начнутся проверки, сюда понаедут не только журналисты, но и авроры. Причём не только наши. А зная, какими они могут быть дотошными, они могут найти доказательства. И что будем делать?
— Ну, предлагаю сейчас сходить и навестить Терри. А потом мне нужно прогуляться и кое с кем встретиться.
— Дай угадаю. Этот кто-то поможет тебе разобраться с Уизли, я прав?
Гарри только лишь улыбнулся, давая Невиллу понять, что он прав в своих предположениях. Ну, а то, что он не сообщил никому о том, с кем будет общаться, так это уже не впервой. К тому же, когда придёт время, он всё равно всем им расскажет.
— Эй, Терри, привет! Как ты тут?
— О, привет, ребята, — улыбнулся рэйвенкловец, удобнее усевшись на койке. — Да нормально всё со мной. А у вас как дела?
— Да мы-то хорошо, а вот как ты умудрился так влипнуть? Лезть один, против троих шестикурсников, с каких пор ты стал гриффиндорцем?
— Да понимаю я, что поступил глупо. Сам не знаю, что на меня нашло. Эм, ребят, а вы чего улыбаетесь?
Смотря на то, как на лицах Гарри и Невилла медленно появлялась улыбка, Терри Бут не мог не начать нервничать. А зная этих двоих (в конце концов, он уже четвёртый год проводит с ними в одной комнате) ему внезапно захотелось оказаться где угодно, но лишь бы не здесь.
— А вот мы прекрасно понимаем, почему ты так поступил. Итак, когда ты признаешься?
— В чём? — не понял рэйвенкловец.
— Как это в чём? Ты влюбился, парень!
Терри несколько секунд смотрел на Лонгботтома, словно увидел Мерлина во плоти. В его глазах медленно начало проявляться понимание фразы, а сам парень медленно начал краснеть.
— Невилл… ты… ты это… ты что несёшь?
— Как это что? Вижу то, что находится прямо перед глазами.
— Ты пригласил Ханну на бал, увязался за ней, когда она со Сью отправилась на расследование по поводу Ремуса, — начал перечислять Гарри, — и вообще, мы не слепые, и видим, как ты на неё смотришь. Одна только вчерашняя драка чего стоила.
— Ничего я не смотрю на неё! То есть смотрю… то есть… мы же часто на уроках все пересекаемся, чего тут такого?!
— Да нет, ничего такого. Если не считать того, что у тебя скоро будет косоглазие. А после каникул у тебя наверно глаза только на неё и смотрят. Тер, ты уж прости, но все факты на лицо.
— Ладно-ладно, поймали, — вскинул руки Бут. — Да, мне… нравится Ханна, очень, но не могу же я просто подойти и сказать ей об этом!
— Почему?
Рэйвенкловец хлопнул себя по лбу.
— Может потому, что я буду выглядеть глупо? Подойду к красивой девчонке, которая к тому же не просто состоит в вашей организации, но и является одной из её основателей! По сравнению с ней, я обычный, невзрачный пацан. Я вообще удивлён, что она согласилась пойти со мной на бал.
Невилл явно хотел что-то сказать, когда Гарри легонько ткнул его локтём в бок, останавливая.
— Ладно, Тер, ты давай вылазь отсюда, а-то все уроки пропустишь. Когда тебя выпускают, кстати?
— Мадам Помфри говорит, что уже сегодня вечером могу уходить, так что на ужине точно появлюсь.
— Вот и замечательно. Там и увидимся, Терри, отдыхай. Нев, идём, надо поговорить.
Подхватив Невилла под руку, Гарри мигом вывел его из Больничного крыла.
— Гарри, объяснишь мне, какого Мерлина ты дерёшься?
— Нев, ты же видишь, что он сам не признается. Если мы сейчас попробуем его заставить признаться, то он ещё сильнее будет отбиваться.
— О нет. Гарри, признайся, что ты опять придумал?
— Да так, кое-что. И ты мне в этом поможешь. Ведь поможешь?
Лонгботтом жалобно вздохнул, тряхнув головой. Впрочем, через несколько секунд он медленно начал улыбаться.
— Куда я денусь? Надо же кому-то тебя вытаскивать, если ты снова влипнешь в неприятности.
— Отлично. Тогда я пойду и поговорю с мистером Филчем, нам понадобится его помощь.
— А причём тут наш завхоз?
— Чтобы Ханна проходила отработку у него.
— Но у неё нет отработки!
— Значит будет. И хоть мне потом достанется от неё, это того стоит. Всё равно ведь догадается, кто всё сделал. Расходимся, братец.
Невилл уже давно понял, что если Гарри за что-то возьмётся, то его не остановить, достаточно посмотреть на то, с каким рвением он занимается своими разработками. Многие бы уже давно забросили работы, или позвали кого-то опытного помочь, но нет, он делает всё сам. Ну, и иногда обращается к помощи, как сейчас. А отказать ему в помощи, увы, почти невозможно.
Лонгботтом не мог понять, как Гарри это удалось, но спустя три дня Ханна и правда получила отработку. Не серьёзную, но ей пришлось идти к мистеру Филчу, после чего Невиллу пришлось выманивать Терри. Под Дезиллюминационным заклинанием. В итоге, спустя пятнадцать минут и много метров его нервов, он сделал то, что хотел. Одна только попытка подкинуть ему письмо, видите ли, от Энтони, чего только Невиллу стоило. И сейчас, пара друзей, под тем же самым заклинанием невидимости, медленно плелась за Терри, который осторожно шёл по коридорам.
— Гарри, ты понимаешь, что шансы на удачный исход очень малы? — тихо шипел Невилл.
— Понимаю, но ведь шанс не ноль процентов!
— Как ты вообще умудрился отправить Ханну на отработку?
— А я не отправлял, я поговорил с профессором Флитвиком и попросил помочь. Теперь мне самому идти на отработки в течение недели. Тихо, мы подошли.
К этому времени, Терри уже подошёл к двери в кладовку и оглядывался, пытаясь найти Энтони. Шум из кладовки заставил его пойти на поводу у своего любопытства и заглянуть внутрь, а Гарри, словно ожидая этого, затолкнул парня внутрь, закрывая дверь и запирая её заклинаниями, не забывая про заклинания тишины.
— Вот и всё, — выдохнул Поттер-Эванс, снимая с себя невидимость.
— И чем им это поможет? Ну, закрыли мы их, и чем это поможет Терри признаться Ханне? Особенно сидя в кладовке, пусть и просторной.
— Ну, во-первых — пусть поможет. А во-вторых — не забудь про Добби. С его помощью можно устроить небольшой ужин на двоих.
— Мерлин. Гарри, ужин в кладовке не может быть романтичным по определению!
Поттер-Эванс только усмехнулся на эту фразу.
— Нев, по сравнению с кладовкой, в которой я жил одиннадцать лет у родственников, в Хогвартсе одна кладовка лишь чуть меньше нашей комнаты. Будто Основатели страдали гигантизмом, — добавил парень очень тихо. — В общем, будем надеяться на то, что Терри всё не завалит. Хотя, пусть мы не слишком хорошо его знаем, он парень старательный, умный… и явно не упустит сегодняшний вечер. Я надеюсь.
* * *
Терри Бут не думал, что сегодняшний вечер окончится вот так. День вроде бы прошёл обычно: учёба, обсуждение приближающегося третьего этапа Турнира, и попытки выдержать уроки профессоров Сименс и Снейпа. Нет, не то, чтобы его раздражали преподаватели, наоборот, Терри с первого дня проникся к профессору Снейпу уважением, хоть его и удивляла манера преподавания. Но во имя Мерлина, когда на третьем курсе вместо Бинса появилась профессор Сименс, и за один день проходил урок зельеварения и История Магии, все ученики выматывались на полную программу. Раньше ведь все могли поспать на Истории, а теперь при попытке уснуть, тебя либо отсылают на отработку, либо снимают пятьдесят баллов. Зато хоть урок стал интересным.
Вот и сегодня, после учебного дня, когда подряд шли сдвоенные Зелья и История, Терри рухнул в кровать, морально вымотавшись. В комнате он был один: Энтони остался на дополнительных занятиях по трансфигурации, Гарри и Невилл сейчас, наверняка, на собрании своей организации. А с ними точно ещё и Ханна.
Мысли о девушке заставили парня чуть покраснеть. Он сам понять не мог, что его так в ней привлекает, но факт оставался фактом. Так что слова Невилла отнюдь не являются неправдой. На первых двух курсах он не обращал на неё внимания, то есть обращал, но не как на девушку, а как на однокурсницу. С ней и её подругой было интересно пообщаться, правда, когда к ним присоединилась Луна, он иногда начинал считать, что зря поступил на факультет умников, потому что таким идиотом, как при разговоре с ней, он себя ещё никогда не чувствовал.
А вот на третьем курсе он стал замечать, что всё чаще и чаще стал бросать на девушку взгляды, далёкие от дружеских. Естественно, он вначале решил, что всё дело в том, что она наверно оделась по-другому, или может причёска другая, но нет, дело было явно не в этом. А как она себя повела на уроке ЗОТИ, когда они сражались с боггартом? Ханне точно было страшно, но она никак не показывала этого, хотя перед их парой, да и после, многие вздрагивали, Уизли так вообще опозорился на всю школу, а она даже не вздрогнула, хотя было видно, что она слегка напряглась.
На четвёртом курсе Терри всё-таки собрался с духом, пригласил Ханну на бал и, Мордред и Моргана, она согласилась! По-дружески, скорее всего, но согласилась. А какой красивой она на балу была. Правда, самое удивление было из-за того, что устроили на выступлении. И нет, он сейчас говорит не о том, что ученики Хогвартса начали петь, хотя и это было удивительно. Нет, он говорит о том, что Гарри, Невилл, Сьюзен, Луна, Ханна и Гермиона создали новую организацию под название ≪Сердце Туманного Альбиона≫! Да и они оказались не единственными, кто в ней состоял, были ребята и с других факультетов, не было только ни одного гриффиндорца.
Естественно, что все каникулы все говорили только о них, строили догадки, зачем и для чего они создали эту организацию, но немногие обратили внимание, на слова Невилла. А ведь если слушать между строк, то можно понять, что Министерство явно не содержит их, но в тоже время, ребята стоят на стороне нынешней власти. Сразу видно, ребята за свою свободу будут держаться до последнего. Хотел ли сам Терри вступить к ним? Ну… Если сказать нет, то это будет ложью, но и навязываться он не любил. К тому же не известно, какие у них критерии отбора, может сражаться с кем-то надо? А ворон не был уверен, что достаточно силён для такого, да и его контроль довольно посредственен. Достаточно вспомнить дуэльный клуб, где он травму получил. Вот в нумерологии он да, он хорош, да и Древние Руны с Зельями ему хорошо даются.
После Пасхальных каникул, случилось что-то странное. Все создатели ≪Альбиона≫ вернулись в школу, но при этом они как-то изменились. Все, кроме Гарри. Больше всех изменился Невилл: парень и раньше выглядел внушительно, точнее, со второго курса, когда занялся спортом. А вот после каникул парень словно на медведя стал похож, с таким даже связываться не хочется — уделает так, что потом никто не узнает.
Луна тоже стала выглядеть по-другому, и дело не только в том, что в волосах появились огненные пряди. Её глаза тоже изменились, но не в плохую сторону, а совсем наоборот. И пока все смотрели на них, Терри никак не мог оторвать взгляда от Ханны. Он смотрел и не мог понять, что в ней изменилось. А потом он подрался. Ну как подрался — просто и бездумно влетел и попытался врезать шестикурсникам. А те быстро пришли в себя и наваляли уже ему. Правильно сказал Гарри — он повёл себя как гриффиндорец, а не рэйвенкловец. Вместо того чтобы с холодной головой всё продумать, он на горячую голову влез в логово льва.
Терри всё это обдумывал, пока валялся в кровати, когда открыл глаза и увидел на тумбочке сложенный листок бумаги. Им оказалось письмо от Энтони, который просил встретиться с ним вечером. Зачем так поздно — не объяснялось. Поэтому за полтора часа до отбоя, ворон выбрался из гостиной и тихонько начал двигаться к месту назначения. Придя к кладовке, парень озирался по сторонам, не видя Энтони, но услышав звуки из кладовки не смог сдержаться, чтобы не проверить, что там происходит. Но он даже не успел ничего увидеть, как его что-то толкнуло в спину, и заперли за ним дверь. Причём заперли так профессионально, что он мгновенно понял, что это явно был не Энтони. Он парень не глупый, но всё-таки таких заклинаний не знает.
— Терри?!
От этого голоса по телу парня словно пробежали мурашки, а спина выпрямилась. Мда, он всегда так реагирует на неё.
— Х-Ханна, привет, — улыбнулся Терри, оборачиваясь. — Как дела?
— Дела хорошо. А что ты тут делаешь?
— Да вот, прогуливался немного, с Энтони должен был встретиться. Только вот он что-то не пришёл, а дверь теперь закрыта.
— Как это закрыта?
Девушка мигом пронеслась мимо парня и дёрнула ручку двери, а потом саданула по ней кулачком.
— Вот же…дай мне только выбраться, надеру ему одно место. Кажется, Терри, мы с тобой тут застряли.
— Застряли?
— Именно. Гарри, кажется, решил пошутить, и запер нас здесь. Вот же засранец.
Девушка явно закипала, щёки медленно начали краснеть от гнева, поэтому Терри быстро взял её за плечи и легонечко тряхнул.
— Ханна, успокойся. Думаю, он просто надо мной хотел пошутить, и не знал, что ты здесь. Ты же не думаешь, что он нас тут специально вдвоём закрыл?
Увидев, как Ханна медленно начала успокаиваться, Терри понял, что слишком пристально разглядывает её лицо. Отпустив девушку, парень отошёл на шаг назад, смущённо почесав затылок и пытаясь перевести разговор.
— А что ты тут, кстати, делала?
— У меня отработка у мистера Филча. Он направил меня в эту кладовку, привести её в нормальный вид, вот я этим и занималась.
— Тут работы достаточно много, давай что ли, помогу тебе. Раз нас тут заперли.
Вдвоём, Терри и Ханна быстро управились с уборкой кладовки. Они могли бы управиться и быстрее, но ворон то и дело бросал взгляды на девушку, отчего несколько раз он спотыкался и падал вместе с вещами. Как же глупо он себя чувствовал в эти моменты. Закончив, и осмотревшись, Терри внезапно понял, что кладовка не такая уж и маленькая, даже наоборот, просторная и даже уютная.
— Да, — тихо произнёс ворон, — надеюсь, мы тут ещё немного времени пробудем. Хотя смысл, если тут даже посидеть не на чём.
Не успел он закончить фразу, как в центре появился стол и два стула, один из которых подсёк парня под ноги, заставив того сесть.
— Стол? — чуть удивлённо произнесла Ханна, смотря на Терри. — И откуда он тут?
Бут не был идиотом. Ему внезапно вспомнился тот разговор с Гарри и Невиллом в Больничном крыле, и странный взгляд Поттер-Эванса в конце. Сложив это, и то, что он тут его запер, до Терри быстро дошло, что они оба точно знали, что Ханна будет здесь. И чуть было не зарычал от этого. Всё было явно подстроено этими двумя. А девушка тем временем ждала ответа.
— Да вот решил, раз уж мы тут заперты, то почему бы не присесть отдохнуть? — решил не теряться ворон. — Можно ещё, конечно, перекусить, и…
На столе появились закуски и напитки, причём так внезапно, что Терри едва не рухнул со стула. Правда, его более всего удивило то, что на столе оказались свечи, поэтому он упомянул Гарри и Невилла последними словами. Про себя, конечно, и не матерными, но упомянул.
— Мда… Так как, Ханна? Ты не против перекусить, пока нас не выпустят?
— Терри, это ты меня так на свидание приглашаешь? — улыбнулась мисс Аббот.
— Ну, можно сказать, да. Если ты не против, конечно.
— Так получилось, что я совсем не против, Терри. Я с радостью приму твоё приглашение на это свидание.
От ответа Терри Бут сильно смутился, но всё-таки переборол себя, быстро встав со своего места и отставив стул для девушки. Раз уж так получилось, то он обязательно сегодня расскажет Ханне, что она ему нравится. А после, он скажет Гарри и Невиллу спасибо, если перед началом не отделает их за такую подставу.
* * *
Третий этап Турнира медленно приближался, как и конец учебного года. Также, наступило затишье в дуэте Крам-Уизли. Парни продолжали злобно зыркать в сторону Поттер-Эванса, но он просто не обращал на них внимания. Настоящую ярость в глазах парней Гарри увидел в тот день, когда эти двое всё-таки подлили зелье Гермионе.
≪У меня в кубке постороннее зелье.≫
≪Какое именно знаешь? ≫
≪С учётом того, как жжётся медальон, что-то подобное тому, которым напоили тебя, Гарри. Оно должно поменять моё сознание.≫
≪Хе-хе. Ну, сейчас оно не сможет этого сделать.≫
≪Гарри, ты уверен? ≫ — заволновалась Луна.
≪Уверен. Салазар сам проверял это на себе и делал пометки. В течение целого года после Ритуала на вас не действует никакое зелье, даже яды, кроме самых-самых смертоносных, но вряд ли они смогут достать вытяжку из трупа. В таком случае, даже известность Крама ему не поможет. Правда, минус в том, что и лечебные зелья на вас не подействуют. Так что, чтобы вам не подливали, смело можете пить.≫
Взгляд той двойки, когда Гермиона, как ни в чём не бывало, выпила содержимое кубка, будет долго вспоминаться ребятам. Сам Гарри с трудом сдерживался, чтобы не заржать над ними.
Прекрасно зная, что его ждёт, Гарри продумал несколько вариантов исхода, по некоторым из них, Том Реддл не должен был возродиться, но от этого плана пришлось отказаться. Во-первых — так он отвлечёт Дамблдора от себя, а во-вторых — только таким способом можно будет его полностью уничтожить. Как ему сообщил мистер Крокер — если все крестражи уничтожить прямо сейчас, пока у Тома нет тела, то после возрождения его душа будет снова целостной, и он опять создаст якоря для души. А вот сделают они это потом, и ему придётся несладко, вот и пришлось отказываться от таких планов.
Параллельно с этими планами, Гарри разрабатывал то, как уничтожить дуэт Крам-Уизли. И если с первым он нашёл способ, то вот с Рональдом все было не так просто. Он хотел не просто уничтожить его, а сделать так, чтобы он мучился, перед тем как отойдёт в мир иной. Ради такого он решил посоветоваться с тремя людьми: Аластором Грюмом, Сириусом, и тем стариком, который спас его и Гермиону из французского кафе — Джейкобом. Советов было много, но больше всего ему понравилось то, что ему сказал крёстный:
— Если хочешь заставить врага мучиться перед смертью, то заставь его испытать настоящий ужас. Победи его, обезвредь и сыграй на его страхе.
Именно на этом и решил сыграть Гарри, уже зная, что он сделает. Как он связался с Джейкобом? Ну, Добби ведь никто не отменял, поэтому сказав ему проявить максимальную осторожность, он попросил домовика доставить старику письмо. Пришлось ждать практически месяц, прежде чем ему пришло ответное письмо. Также, Джейкоб писал, что продолжает отвлекать Кэмбелла, но не уверен, что сможет делать это долго. Максимум, его хватит на полтора-два года. Эту новость Гарри передал друзьям, глаза у которых загорелись огнём решимости. Вспоминая тех магов, с которыми Лохматая Парочка встретилась в кафе, ребята понимали, что хоть они и стали сильнее, но ещё не достаточно, чтобы сражаться с ними на равных. Пришлось взяться за тренировки по полной программе, а ведь ещё и новички были.
Да, в организацию ≪Сердце Туманного Альбиона≫ (или СТА), вступили ещё двое: Терри Бут и Энтони Гольдштайн. Лицо Терри, когда он к ним подошёл, металось между мечтательно-радостным и гневно-хмурым. В конце концов, собравшись, он вначале высказал все, что о них думал в тот момент, потом поблагодарил, а потом спросил можно ли присоединиться к ним. Как оказалось, Терри своего всё-таки не упустил, и нашёл в себе силы, наконец, признаться Ханне, как итог — теперь встречаются. За время того ужина, парень успел не только узнать о ней получше, но и спросить насчёт СТА.
Чем ближе становился третий этап, тем более нервными становились Альбионцы, в особенности Гермиона. В том, что её жених справится с опасностью, она не сомневалась, но всё равно не могла перестать нервничать, вот её и отвлекали, как могли.
— Кстати, а вы заметили, что Бэгмен куда-то пропал? — спросил Невилл за неделю до третьего этапа.
— Заметили, только не придали этому значение. Он же не постоянно должен проводить время в Хогвартсе.
— Но ведь он должен был разъяснить Чемпионам условия третьего этапа. Почему это сделал Крауч?
— Потому что Бэгмен больше никогда не сможет тут появиться.
Все обернулись к Драко, который, как ни в чём не бывало, сидел на стуле в Выручай-Комнате и пил чай.
— Что смотрите? Ничего я не делал. Просто мой отец по секрету узнал от Министра, что Бэгмен заключил с гоблинами контракт, что в Турнире победит Гарри. Только вот он не прочитал шестнадцатый пункт третьего параграфа, где говорится, что никто из двух сторон не должен помогать Чемпионам, и на этом погорел.
— Это ты имеешь ввиду тот момент, когда Бэгмен подошёл к Гарри и предложил свою помощь? — спросила Сьюзен, вспомнив, что Гарри рассказывал об этом случае.
— Ага. Он нарушил договор, и должен был выплатить огромный штраф, два миллиона галлеонов, а так как у него не было таких денег, он решил переждать бурю в Министерстве. Министр и глава нации гоблинов несколько часов препирались, пока отец не шепнул Фаджу, что благодарный гоблин лучше рассерженного.
— И что теперь с ним будет?
— Кто знает, Невилл, — пожал плечами слизеринец. — Гоблины очень не любят тех, кто пытается их обмануть, думаю, сейчас Бэгмен как минимум убирает навоз за драконами, и пока не выплатит штраф, света белого не увидит. Сам виноват, идиот.
Пока ребята общались на эту тему, Гарри думал, как, а главное когда ему заманить Уизела в лес. И доверить он это никому другому не мог. Не потому, что думал, что другие ошибутся, нет — он сам хотел это сделать. Сам заманить, победить и покончить с ним, а потом и с Крамом. Наконец, день был выбран.
* * *
Двадцать четвёртое июня. Вечер перед Турниром.
Гермиона сидела на трибуне рядом с друзьями и нервничала. Три часа назад Гарри внезапно сказал, что у него есть одно дело и убежал в неизвестном направлении. Что за дело никто не знал, по телепатии он не отвечал, заставляя всех нервничать от этого молчания. Турнир должен был начаться через полчаса, а её жених так и не появлялся на поле для квиддича.
Чтобы отвлечься, Гермиона стала смотреть по сторонам, отмечая, что здесь чуть больше десятка авроров, которые будут следить за безопасностью, преподаватели готовятся к дежурству вокруг лабиринта, чтобы успеть прийти на помощь. На трибунах сидела Амелия Боунс рядом со своей племянницей, также тут присутствовал Министр, который сидел возле директора и тот ему что-то говорил.
≪Отец всё ещё борется за то, чтобы его закон прошёл, а директор пытается отговорить Фаджа от этого, ≫ — раздался мысленный голос Драко.
≪Закон по поводу первородных? ≫
≪Именно. Для директора это будет хороший удар под дых, ведь если таких как ты признают не просто магглорождёнными, а ещё и первородными на законодательном уровне, то это поставит вас гораздо выше по статусу. А директор сейчас держится только за счёт того, что магглорождённые его поддерживают как своего покровителя. Мордред и Моргана, да где же Гарри? ≫
≪Я здесь. ≫
Одновременно с мыслями на поле выбежал и сам Гарри. В один мысленный голос, все друзья Поттер-Эванса взвыли.
≪Ты где был всё это время? И…почему ты такой потрёпанный? ≫
Вопрос Невилла был как раз к месту, так как ворон и правда был потрёпан. Волосы были взлохмачены ещё сильнее, чем обычно, одежда пыльная и чуть в подпалинах. Издалека это было почти незаметно, но Гермиона смогла отметить, что на лице жениха было несколько царапин, а его рука словно была в нескольких местах сломана.
≪Потом, всё потом. Мне сейчас не до этого, Турнир начинается. ≫
В отличие от остальных, Драко всё-таки был эмпатом, и хоть его силы ещё только развивались, он прекрасно успел ощутить в эмоциях друга оттенки радости и предвкушения.
Что же такого произошло?
Три часа назад. Поттер-Эванс.
Нервы Гарри были натянуты до предела. Именно сегодня начнётся возмездие проклятому дуэту, и начнёт он с рыжего ублюдка. Выманить Рональда было легко — он никогда не обладал терпением, и стоило Гарри громко сказать друзьям, что ему нужно срочно по делам и одному, как Уизел тут же пошёл за ним следом. Крам ему помочь не мог, тот готовился к последнему этапу Турнира и был сильно занят.
Прекрасно зная о преследовании, Гарри не торопясь шёл в сторону Запретного Леса, стараясь никому не попадаться на глаза. Он не хотел, чтобы заметили его и рыжего, а потом сложили вместе два и два. В течение почти целого часа Поттер-Эванс продолжал идти вглубь леса, когда у Уизела, наконец, не выдержали нервы и он выстрельнул ему в спину Авадой. Неудачно. Гарри вовремя увернулся, откатившись в сторону, и встал наизготовку с палочкой в руке.
— А я всё ждал, когда ты, наконец, останешься один, Поттер, — с безумный взглядом и оскалом произнёс Рон, выйдя из темноты.
— Неплохо, Рон, неплохо. Авада Кедавра, причём так спокойно. Вижу, Волан-де-Морт хорошо тебя обучил.
— Да… Да, Хозяин научил меня сражаться! Он научил меня концентрироваться на моей ярости и ненависти, и теперь я с радостью убью тебя!
— А силёнок-то хватит? То, что ты вместе с Тёмным Лордом убил своих родных, не даст тебе сил для победы надо мной. Или ты думаешь, что я не тренировался? Знаешь, вся твоя семья совсем лишена мозгов, и только Билл и Чарли были умны, отказавшись от вашей проклятой фамилии.
— ЗАТКНИСЬ, ПОТТЕР! — брызгая слюной от злости, заорал Уизли-Пруэтт. — Я УНИЧТОЖУ ТЕБЯ, И ЗАЙМУСЬ ТВОЕЙ ГРЯЗНОКРОВКОЙ! ОНА БУДЕТ УМОЛЯТЬ МЕНЯ, БУДЕТ ЛИЗАТЬ МНЕ НОГИ, А МОЯ ФАМИЛИЯ ВНОВЬ ПОДНИМЕТСЯ ИЗ ПЕПЛА!
— Сколько пафоса, Рон. Сразу видно — ученик Волан-де-Морта. Жаль, что это тебе мозгов не прибавит, — спокойно произнёс Гарри, но внутри него всё горело от гнева.
Он прекрасно понимал, что этот урод говорил, и его сущность Василиска требовала, чтобы он наказал наглеца, который позарился на то, что принадлежит ему. Но приходилось себя сдерживать. Сейчас Рон не тот пацан, который ни на что не способен. Он стал сильнее, и лучше сражаться с холодной головой, чем лезть вперёд безрассудно.
— Кстати, Рон, у меня один вопрос — каково это знать, что из-за такого ничтожества как ты, было уничтожено всё, чего ты пытался добиться? Что ты никогда не получишь того, что есть у меня?
— УБЬЮ! УБЬЮ-УБЬЮ-УБЬЮ!!! КРУЦИО!
Гарри увернулся, пропуская рядом с собой пыточное заклинание, в ответ бросая в рыжего Конфринго. Рон устанавливает щит Протего, достаточной мощи, чтобы он не разрушился, и резко сняв щиты, кинул в Гарри Бомбарду. Заклинание не попадает в ворона, но ударяет в дерево, разнося его в щепки, и взрывной волной отбрасывает Поттер-Эванса вперёд. Парень падает на землю и тут же перекатом откатывается в сторону, уходя от огненного заклинания, которое лишь слегка подпалило одежду.
Уизли кидает в Гарри четыре Авады, от которых ворон вовремя защитился, подставив под зелёные лучи волшебную палочку, и контратакует противника тремя ледяными шипами. Уизли быстро ретировался за дерево, куда и угодили шипы, а затем из-за дерева рыжий начал обстреливать врага огненными и Непростительными заклинаниями.
≪Жаль я не научился беспалочковой версии этого заклинания, как Ханна, ≫ — корил себя Гарри, также прячась за дерево.
Решив, что пора заканчивать, Поттер-Эванс резко выбегает из-за укрытия в сторону Рона, по пути увернувшись от Круцио и трёх Секо, которые пусть и слабо, но задели его по лицу. Оказавшись прямо перед рыжим, Гарри левой рукой отбивает нацеленную на него палочку, нанося правым кулаком удар прямо ему в лицо, затем левой рукой в живот, и снова правой туда же, отчего Рон отходит на два шага назад. Но прийти в себя Уизли не успел. Едва подняв взгляд, с ненавистью смотря на Гарри, тот увидел в левой руке ворона появляющийся сгусток тёмной энергии, которая как вихрь ветра накапливалась в его ладони*, а затем, Поттер-Эванс сильно ударяет этой рукой с энергией ему в грудь.
(* примечание автора — вначале я хотел описать Шар Тьмы наподобие того, как выглядит бросок в Масс Эффекте, но блин, он получился как Расенган в Наруто. Пора перестать читать фанфики про него, хотя бы ненадолго.)
Раздался негромкий треск воздуха (и рёбер Рона), и рыжий, с мощностью хорошей пушки отлетел назад, ударяясь в дерево, которое выбило из него дух, и теряет сознание. Когда он пришёл в себя спустя некоторое время, то первое, что ощутил Рон — сильную боль в рёбрах. Дышать было очень тяжело, руки не двигались, как он понял позже, потому что был связан, а рот был завязан тряпкой.
— Очнулся, Рон?
Голос врага заставил рыжего открыть глаза и со злостью уставиться на него. Гарри стоял возле дерева, потирая руку и стиснув зубы.
— Никогда ещё не использовал Шар Тьмы на полную мощность, — продолжил Гарри, оттолкнувшись от дерева. — Зато теперь знаю, что если бы мой контроль над магией был бы хуже, Шар попросту превратил бы кости в моей руке в пыль. А так, пару переломов получил.
Уизли-Пруэтт заёрзал на земле, пытаясь вырваться из магических верёвок, но связан он был очень крепко.
— Знаешь, Рон. Мне немного жаль, что ты оказался таким уродом и ничтожеством. Может, не будь ты таким, мы могли бы дружить. Впрочем, это лирика. Всё закончится здесь и сейчас.
Рыжий придумал несколько слов, которыми хотел наградить Поттера, но тут услышал странные звуки, словно множество ног передвигаются по дереву, и звучное щёлканье.
— Ты пришёл, друг Хагрида?
Попытавшись обернуться, Уизли резко дёрнулся…и тут же об этом пожалел. Недалеко от него стоял огромный древний паук, возвышаясь над ним
— Пришёл, Арагог. А это, — кивнул Поттер-Эванс, — моя плата за твой яд.
— Какой-то он щуплый, — проговорил огромный паук.
— Зато питательный. К тому же не надо мне говорить, что ты питаешься только живыми или мёртвыми. Я ведь прекрасно знаю, что ваша главная пища — это страх ваших жертв перед вами.
— Ты прав, друг Хадрида. Эти эмоции, наш лучший деликатес.
— Ну вот, а он как раз очень сильно боится пауков, просто до жути. И да, если хочешь попугать его подольше, то не ешь сразу, а помедленнее. Поверь, ты не разочаруешься. Помнишь договор?
В голосе Гарри в этот момент появились шипящие нотки, как у змеи, которые заметил даже Рон, пытающийся отползти. Но не это его удивило больше всего — огромный паук, услышав его, отодвинулся назад, словно боялся хозяина голоса.
— Да, Василиск. Он, в обмен на часть моего яда. И мы должны оставить его руку.
— Правильно. А взамен на последнюю часть, мы с моей любимой будем обходить вашу колонию стороной, не мешая вам охотиться. Рад, что ты помнишь о нашем соглашении. Ладно, мне уже пора, скоро начнётся третий этап, а я там участник всё-таки.
Едва Гарри хотел уйти, как бросил последний взгляд на Рона. Тот со страхом смотрел то на него, то на пауков.
— Как я однажды сказал твоей сестре: ваша ошибка в том, что вы пытались разлучить меня и Миону. Вы сами виноваты в том, что произошло, Рон. Ну, и ещё дело в том, что вернувшись назад во времени, я просто стал умнее, и не повёлся на ваши провокации. Прощай, старый друг. И гори в Аду!
Поттер-Эванс убежал, оставляя Уизли одного, окружённого тишиной. Но постепенно, лес стал наполняться звуки сотен или даже тысяч ног и щёлканья жвал. Последнее, что увидел Рон, перевернувшись на спину, перед тем как сойти с ума от сильнейшего страха, это множество пауков, медленно ползущих по деревьям вниз, и огромного паука, что навис над ним, смотря на него своими огромными паучьим глазами, постепенно приближающихся к нему.
Поле для квиддича.
≪Я здесь. ≫
Гарри выбежал на поле буквально за несколько минут до начала третьего этапа Турнира. Чтобы не вызывать подозрений, ему пришлось оббегать Лес и пробираться под Дезиллюминационным заклинанием в Хогвартс, а потом легально выбегать из главных дверей.
— Простите, что чуть не опоздал, — проговорил Гарри Краучу, прибежав на место и очищая себя заклинанием. — Тренировался и чуть не забыл о времени.
≪Ты где был всё это время? И…почему ты такой потрёпанный? ≫
≪Потом, всё потом. Мне сейчас не до этого, Турнир начинается. ≫
Прямо сейчас ему не хотелось объяснять друзьям, что он практически только что победил Рона и оставил его умирать в логове пауков. Рука слегка горела, так как пыталась регенерировать, и если бы не Турнир, Гарри не стал бы пить зелье, подстёгивающее его организм на восстановление. Поэтому приходилось терпеть.
По очкам, он в лабиринт заходил вторым вместе с Седриком, первым был Крам и это его злило. Теперь этот урод может подготовиться, и единственное, что его радовало, это то, что у Виктора будет всего три минуты форы. Не больше.
— Начинаете по свистку! — произнёс Крауч, когда ученик Дурмстанга исчез в темноте лабиринта. Гарри, посмотрев на Седрика, кивнул ему в сторону прохода, мысленно говоря, что надо бежать. — Три! Два! Один!
Едва раздался свисток, как дуэт Альбионцев рванул с места, вбегая в лабиринт под аплодисменты толпы.
— Гарри, что-то случилось?
— Сед, мне нужно тебе кое-что сказать. Если увидишь Крама, то будь наготове и не поворачивайся к нему спиной.
— Гарри, что ты…
— Не перебивай! Я не знаю, что он задумал, но их директор — Пожиратель Смерти, ты сам видел, как он весь Турнир выделял его, и несправедливо судил в его сторону. Кто знает, что этот ПёС ему наговорил и сказал сделать ради победы. Просто будь осторожен, и не подставляйся, хорошо?
Седрик внимательно смотрел на Поттер-Эванс, когда они остановились на развилке. Он видел, что ворон очень сильно нервничает, а в свете палочки от Люмоса, заметил, что тот слегка потрёпан.
— Хорошо, я услышал тебя и постараюсь быть осторожным. Но ты мне потом всё расскажешь.
— Потом расскажу. Так, я налево. Удачи, Сед.
Поттер-Эванс как змея юркнул в левую развилку, пропадая в темноте прохода. В этот раз, он не искал прохода к Кубку. Он искал Крама.
— Добби?
— Добби пришёл, Гарри Поттер-Эванс, сэр, — тут же появился перед вороном домовик.
— Друг мой, у меня для тебя важное задание — эльф встал прямо, показывая свою серьёзность. — Мне нужно, чтобы ты следил за Седриком, и отводил его от правильного пути, но чтобы он этого не заметил. Он не должен прийти к Кубку раньше меня, и не должен погибнуть. Справишься?
— Добби справится! Добби хороший домовик!
Раздался хлопок, и домовик исчез, оставляя Гарри одного.
— Ну, хоть это неправильно, но в правилах нигде не говорится, что нельзя применять помощь домовиков. Ну что, Виктор, я иду.
Используя заклинание Направления, Гарри быстро перемещался по лабиринту. На бой с Роном он потратил чуть меньше четверти своей магии, поэтому и надеялся, что сил хватит на Крама. Сколько времени он бежал, Гарри не знал, но тут он услышал громкий девичий крик.
— Флёр, — выдохнул Поттер-Эванс, ускорившись.
Поворачивая в очередной проход, ориентируясь на крик, он увидел следующую картину: Виктор Крам, который стоял над Делакур и целился в неё палочкой, отчего она кричала, но уже более глухо. Ворон замешкался лишь на секунду, и бросил в спину Крама заклинание Каменного Кулака. Крам, почувствовав, что кто-то появился, развернулся, но увернуться не успел, заклинание ударило не в спину, а в бок, отбрасывая его. Но надо отдать ему должное, тот практически сразу встал, бросив в Гарри Огненный Шар, не давая ему приблизиться к Флёр.
Между парнями завязалась битва. По-очереди бросая друг в друга заклинания и уворачиваясь, они пытались переломить ход сражения. Гарри приходилось чуть тяжелее, так как Виктор атаковал не только его, но и пытался прибить Флёр, и ворон старался её защитить.
— Ну, ты и урод, Виктор, — зашипел Гарри, бросая в болгарина Редукто. — Уродом являешься, и уродом сдохнешь.
Тот ничего не ответил, продолжая хмуро смотреть на ворона и пытаясь его атаковать. Вот мимо Гарри проносится зелёный луч Авады, едва не попав.
— Совсем с катушек съехал, Крам?!
— Я добьюсь победы любой ценой, — ответил Виктор, вновь посылая Аваду. — Каркаров заметёт все следы, а тёмный Лорд, которому служит Уизли, покончит с тобой. И всё достанется мне.
Если бы не бой, Гарри бы рассмеялся, но ему было не до этого. И так приходилось сдерживать болгарина и защищать француженку, тут не посмеёшься. Когда рядом с Гарри пронеслось неизвестное взрывное заклинание, парень разозлился. Перестав защищаться, он начал быстрыми, короткими заклинаниями атаковывать Крама, не давая ему времени на контратаку. Плюнув на запас магической энергии, Гарри взмахнул палочкой над головой, и обрушил на щиты Виктора дождь из Ледяных шипов, которое буквально слизало почти половину имеющихся запасов. И не потому, что заклинание настолько энергозатратное, здесь дело в том, что каждый шип требует магию, и чем больше шипов, тем больше магии заклинанию нужно. В итоге, защита Виктора не выдержала атаку трёх с половиной десятков шипов — щит дёрнулся, уничтожился с громким хлопком, а сам Крам отлетел от Ступефай Дуо, усиленного отбрасывающего заклинания.
Болгарин отлетел назад к перекрёстку, громко матерясь, и медленно вставая. Гарри же, подбегая к Флёр, исполнил неполное превращение в Василиска, увеличив свои физические данные, и бросил взгляд на Крама. Тот, оказавшись на ногах и пошатываясь, поднял палочку, грозясь проклясть пару, но внезапно замер, обернувшись назад. Из темноты, на болгарина медленно надвигалось нечто большое. Этим нечто оказался трёхметровым соплохвостом.
≪Мерлин. Хагрид, как я благодарен, что ты прислал это существо на Турнир. Век тебя не забуду, и обязательно пришлю тебе бочку вина. ≫
Взяв девушку на руки, Гарри мгновенно ретировался назад, как раз в тот момент, когда Виктор решил уничтожить существо. Соплохвост, словно не обращая внимания на атаку, замер и внезапно выплюнул струйку кислоты, попав прямо в ногу болгара. Кислота оказалась такой силы, что мгновенно прожгла насквозь ногу, точнее полностью лишила Крама конечности, отчего тот громко закричал и упал, держась за ногу.
≪А это уже что-то новенькое, ≫ — подумалось парню, выглядывая из-за угла и вспоминая, что раньше такого точно не было.
Видно, в заповеднике, получив полную свободу, никто не мешал великану экспериментировать по полной программе. Парню пришла мысль, что когда всё закончится, то навестит большого друга и расспросит его подробнее об этом. Натура учёного буквально требовала этого.
А тем временем, Соплохвост навис над раненым болгарином, словно о чём-то раздумывая, и решив, мгновенно вонзил в него своё жало. Гарри даже моргнуть не успел, как соплохвост пропал из виду, и только захлёбывающийся крик Крама давал понять, что существо уходит, оставляя Гарри в полном ох… охреневании.
* * *
— Флёр, ты в порядке?
— Н…Нет, — с трудом ответила француженка, у которой едва хватало сил не то, чтобы говорить, но даже на то, чтобы прямо сидеть, опираясь на ограждение.
Гарри быстро обследовал девушку, обнаружив несколько ран, и все последствия долгого использования на ней Круцио. Руки дрожали настолько сильно, что казалось, будто у неё болезнь Паркинсона.
— Палочку держать не можешь, я прав?
Девушка на это кивнула, хотя Гарри скорее задал вопрос для проформы. Пришлось поднимать палочку вверх и посылать в небо сноп красных искр. В этот раз, они имели другое значение. Если раньше, красные искры означали, что Чемпион просто не готов участвовать дальше, то теперь, по просьбе Крауча, все должны были запомнить два вида этого заклинания: жёлтый, означающий что участник просто сдаётся, и красный, означающий, что Чемпион в беде и нужна серьёзная помощь. В таком случае, вместе с преподавателями прибудут тройка авроров и целитель, чтобы оказать медпомощь. Запустив искры, Гарри стал дожидаться помощи, не забыв заставить француженку принять зелье, снимающее последствия Круцио. Беспокоиться за Кубок он не стал, так как Крама нет, Флёр неспособна сейчас к продолжению, а Седрика отвлекает Добби.
Помощь пришла оперативно: уже через три минуты к ним продрались шесть магов: три аврора, целитель, Ремус и профессор Флитвик.
— Гарри?
— Профессор Люпин, Флёр нужна помощь, но она не способна взять в руки палочку. Я подал сигнал и остался с ней, чтобы ничего не случилось.
Профессор Флитвик едва прибыв на место, вместе с целителем двинулся к пострадавшей, делая пасы палочкой. Когда он закончил, его глаза вспыхнули.
— Мистер Поттер-Эванс, можете объяснить, почему девушку пытали Круциатусом?
— Если я расскажу, вы не поверите, а времени у меня нет. Могу предоставить вам свои воспоминания и поклясться, что я не атаковал Флёр…
— Арри…меня…спасти, — подала голос француженка, явно проваливаясь в сон после зелья. — Виктор…меня…пытать…
Сказав последнее слово, девушка закрыла глаза и уснула. Целитель, обведя землю взглядом, нашёл пустой пузырёк.
— Я дал ей зелье от Круциатуса, чтобы она могла уснуть и отдохнуть. Вот мои воспоминания, готов принести клятву!
— Не стоит, мистер Поттер-Эванс, — ответил Флитвик. Ремус же в это время осторожно поднял девушку на руки, готовясь уходить. — Мы обязательно все проверим. Теперь бегите, Турнир ещё не окончен.
* * *
И снова это проклятое кладбище. Гарри уже в третий раз попадает сюда, но в этот раз, как и во второй, по собственному желанию. Погасив желание начать бой, Поттер-Эванс симулировал потерю сознания. Так как Питера больше нет, а Беллатриса мертва, неизвестно, кто станет помогать Тому, хотя у Гарри догадки были. Все подтвердилось, когда спустя две минуты его буквально за шкирку подняла сильная рука и чуть ли не швырнула в статую, связав веревками. Пришлось показательно застонать и открыть глаза. Ну, как он и думал: Долохов, а рядом с ним…
— Гарри Поттер, — раздался холодный голос Волан-де-Морта. Сейчас, он представлял из себя не младенца гомункула, а более взрослую версию этого существа. По прикидкам, лет шестнадцать-восемнадцать.
— Поттер-Эванс, с твоего позволения. И я тебя рад видеть, Том. Сколько лет, сколько зим.
— А ты наглец, Гарри Поттер. Смотри, что стало со мной, после того Хэллоуина. Я превратился в ничто, но сегодня, с твоей помощью, я верну былое могущество. Долохов, начинай!
≪Вернёшь, как же! ≫ — произнёс Гарри про себя, невербально и по-тихому разрезая веревки беспалочковой Секо. Заклинание получалось слабым, и веревки слишком медленно разрезались.
Тем временем, Долохов помог дойти Реддлу до кипящего котла, и забраться ему внутрь. Сражаться с этим Тёмным магом в своём нынешнем состоянии Гарри не собирался, а просто ждал момента, когда тот будет отвлечён и ослаблен. А ритуал возрождения уже шёл полным ходом: из могилы вылетела кость, превращённая в прах и отправленная в котёл, меняя её цвет. Занеся серебряный нож, Долохов отрезал кисть руки, кидая её туда же. В голосе Антонина, в отличие от Петтигрю, не было даже намёка на страх, язык не заплетался, а сам маг даже не дрожал. В конце, приблизившись к Гарри, он сильно разрезал левую руку ворона, стараясь сделать это как можно сильнее. Долохов не обратил даже внимания ни на повреждённые веревки, ни на бинты на правой руке парня.
Когда кровь оказалась в котле, а Антонин отвлёкся на свою рану, Гарри разрывает веревку, держащую его правую руку и бросает в спину мага Усиленную версию Шара Тьмы, который сегодня атаковал Уизли. Бросок был совершён правой рукой, так как парень боялся, что лишится левой, если атакует ей. Не тратя время зря, Гарри достал запасную палочку, которую держал в ботинке, и разрезал остальные веревки, окончательно освобождая себя, затем, не давая Долохову встать, бросил ему в спину три Ледяных Шипа, убивая мага, и стал ждать.
Ожидая возрождения, Поттер-Эванс услышал шелест травы. Бросив взгляд в ту сторону он увидел Нагайну, что злобно зашипела на него. Усмехнувшись, парень трансформировал свои глаза в змеиные, и яростно зашипел в ответ. Нагайна опасливо отпрянула назад, пытаясь грозно шипеть, и поползла к котлу.
Наконец, котёл забурлил, огонь под ним начал трескаться, поднялся молочно-белый туман, и из котла медленно выплыла высокая, худая фигура. Волан-де-Морт возродился.
— Одень меня! — приказал Тёмный Лорд, но была проблема. Исполнить приказ было некому.
— Долохов тебя больше не услышит, Том, — спокойно сказал Гарри, прижимаясь к статуе.
Реддл резко обернулся, яростно смотря на своего врага. Палочки сейчас в его руках не было, но пальцы явно дрожали, что означало, что он готов если не убить, то проклясть точно. Нагайна поднялась и воинственно зашипела, почувствовав настроение Хозяина. А Гарри быстро отдал два приказа на парселтанге: раз — и из рукава выполз Шес, размерами превышая Нагайну почти вдвое. Два — и Шес воспламенился, но огонь ему вреда не наносил.
— Не стоит, Том. Ты же не хочешь, чтобы Нагайна погибла, и ты лишился ещё одного крестража.
Глаза Реддла расширились от удивления, после его слов. В них плескался страх и паника, отчего Гарри улыбнулся. Последний раз он видел этот взгляд перед тем как погибнуть, когда на Аваду Лорда, Гарри ответил тем же. Этот взгляд ему не забыть.
— Я знаю про все крестражи, которые ты создал, начиная с шестнадцати лет. Даже про кольцо, которое ты спрятал в доме своей матери, после того, как убил отца и его родителей. Откуда у меня эти знания, спросишь ты? От человека, который знает тебя как облупленного, который сказал тебе, что ты волшебник.
— ДАМБЛДОООООР!!!
Крик Реддла огласил всё кладбище. Гарри не знал, что Том умеет так громко и яростно кричать.
— Я недооценил этого старика, он всегда следил за мной, всегда не доверял. А вот ты оказался очень доверчивым, если решил, что останешься жив, Гарри Поттер.
— Ты можешь меня убить, Том, вот только если я не вернусь назад, меня будут искать, а когда найдут мой труп, то Дамблдор уничтожит все крестражи. А в бою, Шес уничтожит Нагайну. Но ты можешь уйти и продолжать играть в свои игры с Дамблдором, тогда я никому не скажу о твоём возрождении.
— И что же получишь взамен? — заинтересовался Тёмный Лорд, быстро избавившись от гнева.
— Спокойствие от вас двоих, по крайней мере, пока ты снова не начнёшь лезть ко мне, но ведь ты можешь подготовиться к этому моменту, разве нет? У тебя нет людей, нет связей и денег, ты сейчас никто, существо без имени и фамилии. Так какой твой выбор? Рискнуть сейчас, и дать Дамблдору шанс на победу, или же отступить, и подготовить лучший момент для себя?
Реддл и Гарри смотрели друг другу в глаза. Про себя ворон молился, чтобы выбор пал на второй вариант, иначе ему не сдобровать. Но сегодня, звёзды благоволили Поттер-Эвансу.
— Мы ещё встретимся, Гарри Поттер, — прошипел Тёмный Лорд. — Нагайна, мы уходим.
Хлопок аппарации, и Гарри остаётся один, наедине со своим фамильяром и мертвецами. Там же где и стоял, он упал на пятую точку и громко рассмеялся, с нотками истерии в голосе.
— Хозяяин? — забеспокоился фамильяр.
— Я…я в порядке… Шес, — через силу ответил Гарри, вытирая слёзы от смеха. — Просто…я не ожидал…что он…согласится отступить.
— Вы могли его победить!
— Нет. Не в этот раз. Я слишком…устал за сегодня и потратил очень много сил на бои. К тому же, моя левая рука едва работает, несмотря на зелье.
— Тогда почему, вы его отпуссстили?
— Как я и сказал, ради спокойствия. Дамблдор отстанет от меня, так как его бывший ученик вернулся, а я никому ничего не скажу, чтобы меня не считали сумасшедшим. В итоге, старик будет из кожи вон лезть, чтобы доказать свою правоту, а Реддл будет искать способы сохранить жизнь Нагайне, и справиться с Дамблдором. Пока они заняты друг другом, я буду относительно свободен. Ох, ладно, пора уходить, Шес.
Змея быстро заползла на своё место, обернувшись вокруг своего Хозяина, который привёл себя в порядок и поднял палочку.
Все только начиналось.
— Акцио, Кубок!
http://tl.rulate.ru/book/114882/4677426
Сказали спасибо 0 читателей